Форум » Когда-нибудь, однажды... » "Свадьба в Савиньяке", замок и одноименная провинция, 398 к.С. » Ответить

"Свадьба в Савиньяке", замок и одноименная провинция, 398 к.С.

Лионель Савиньяк: Действующие лица: Лионель Савиньяк Марианна Савиньяк Арлетта Савиньяк, родственники, друзья(НПС)

Ответов - 87, стр: 1 2 3 All

Лионель Савиньяк: За воротами Ли сравнял Грато с лошадью Марианны, чтобы он не рвался слишком вперед. - Покажу, - сказал он, - Поля сейчас покрыты снегом, а вот в лесу хорошо. Егеря подкармливают животных и следят за тропками. Там есть большая прогулочная тропа, на которой точно не заблудишься. Ты сможешь там гулять в мое отсутствие. Только бери с собой служанок, одна не ходи никуда, - предупредил Савиньяк. Потом они въехали под заснеженные деревья. Утро было солнечным, и здесь было красиво. Ли сорвал пушистую еловую лапку и подарил Марианне вместо букета.

Марианна: Как же здесь было красиво! Даже если бы кругом были горы, или бескрайнее море со штормом, или бурелом с непроходимой чащей - все бы это восхитило графиню. - Мой первый букет, - она приняла еловую веточку и закрепила ее застежкой на плаще, - Разве здесь кто-то может угрожать Савиньякам? Да я и сама смогу с ними справиться, ты меня еще не знаешь, дорогой! - хорохорилась Марианна, - Я уже примеряла мужскую одежду и отстаивала свои права среди фрейлин во дворце, если ты помнишь, - смеялась она норовя обогнать мужа, - Если подаришь мне пару мушкетов и шпагу, я буду непобедима! - дурачиться было самое время, как ей показалось, пока их никто не видит и не слышит.

Лионель Савиньяк: Лионель рассмеялся. - Твоя храбрость не знает границ, дорогая! - он подхватил ее игру, - И ты это доказала... моя бесстрашная. Кони взрывали копытами снег и всхрапывали игриво. Они чуяли веселое настроение своих хозяев, и Лионелю тоже было легко на душе, как никогда. Тропа в снегу расширилась, и он опять осадил Грато, чтобы тот ехал бок о бок с лошадью Марианны. Ли перехватил поводья одной рукой и взял Марианну за руку.

Марианна: Так они и ехали по тропе, потом спустились вниз, к оврагу, здесь снега было намного больше и лошади высоко поднимали ноги, чтобы передвинуться через сугроб и выйти на вытоптанную полянку. Вокруг стояли громадные сосны с тяжелыми ветвями, укрытые рыхлым снегом. Опять можно было пустить лошадей вскачь, наклоняясь, чтобы не задеть ветви, хотя от снежных шапок им все же досталось - снег сыпался на головы хозяев и всхрапывающих лошадей. - Ли, если бы я знала, что благодаря тебе увижусь с самим Дораком, мало того, буду с ним долго беседовать, я бы никогда этому не поверила! Где уж тут не быть храброй милый! Да у меня душа в пятки ушла и еле вернулась! Чем страшнее, тем храбрее я становлюсь. Вся моя отвага от превеликого страха! - смеялась Марианна.

Лионель Савиньяк: - Это значит, что ты смогла его перебороть, - сказал Лионель, - И это делает тебе честь, любимая. Я восхищен тобой! А Дорак не заслужил столь долгой беседы с такой преркасной женщиной, - усмехнулся он, - Ему просто повезло. Ли подъехал ближе к Марианне на полянке и обнял ее, заставив Грато нетерпеливо подтанцовывать на месте рядом с ее лошадью. - Ты не озябла, любовь моя? - спросил он, - Здесь неподалеку есть место, где можно согреться.

Марианна: - Я не знала, что выйдя за тебя замуж, получу куда больше влиятельных связей, чем кто-либо, - смеялась графиня, - Пропуск Его Святейшества и покровительство Катари. Но ведь цель главная была достигнута - я тебя нашла! Муж прижал ее к себе, он пах мокрым от снега мехом, елью. Может это был настоящий запах его угодий? - Еще не успела озябнуть, но этого может не следует ждать. И где же можно укрыться и согреться? Твое охотничье логово, милый?

Лионель Савиньяк: Лионель поцеловал раскрасгевшиеся от мороза щечки любимой. - Радость моя, я тут не при чем. Тебе самой хватило сил, ума и характера сделать все, как надо. Еще раз говорю, что восхищен своей храброй малышкой! Он улыбнулся. - Здесь был охотничий домик поблизости, и егеря должн держать егов порядке. Но если ты устала, мы можем вернуться в замок. Ли внимательно посмотрел на супругу. Утренние прогулки по лесу - это хорошо, но сейчас ее нужно было беречь особенно.

Марианна: - Я ни капли не устала, дорогой! И когда у нас еще будет время, чтобы побыть наедине? - она посмотрела на Лионеля и засмущалась, - Сейчас я еще не осознаю, насколько серьезное мое положение, но ведь потом живот не позволит мне скакать верхом и уединяться с супругом посреди леса в домике. Я хочу узнать твое поместье получше до того,как родится малыш,чтобы знать, куда повести его гулять, если ты будешь далеко...

Лионель Савиньяк: Лионель поцеловал руку супруги через перчатку. - Ну хорошо, - сказал он, - тогда поедем туда. Егерь следит за домиком, там должно быть натоплено. Потребуем, чтобы напоил нас шадди. Ли улыбнулся и дернул поводья Грато. Застоявшийся на месте конь с удовольствием фыркнул и побежал по дорожке между деревьями вперед. Скоро они расступились и впереди показался охотничий домик Савиньяков. Из трубы валил дым, значит, егерь как раз протапливал камин и готовил завтрак.

Марианна: - Кажется, что все поместье проснулось, едва ты приехал сюда, дорогой, - Марианна так хотела прижаться к мужу, как в постели, но верхом это было крайне затруднительно. - Мы побудем здесь недолго и вернемся, чтобы твою матушку не волновать раньше времени. Уверена, что она уже не спит, как хозяйка дома. Уловив запах дыма, Марианна, глубоко вздохнула, она все же проголодалась, что даже стыдно стало.

Лионель Савиньяк: Лионель кивнул.Грато сам ехал вперед, почуяв жилье впереди, еду и теплое стойло, а Савиньяк неотрывно смотрел на Марианну. Он как будто не мог поверить до конца, до сих пор, что обладает этим драгоценным камнем. Эта женщина прекрасна, внутри и снаружи, и она принадлежит ему. Лионелю захотелось снова поскорее прижать ее к себе. Домик был близко, и егерь уже вышел навстречу хощяину и низко поклонился. - Хорошо, любовь моя, - сказал Лионель Марианне, соскакивая с Грато и протягивая руки, чтобы снять ее с лошади, - Отдохнем здесь недолго. Первая половина сегодняшнего утра будет принадлежать только нам. Егерь проводил их в хорошо протопленную комнату, обставленную, как гостиная, принес туда свежесваренный шадди и закуски. - Здесь есть и мои трофеи, - сказал Лионель, указав на чучела голов животных на стенах.

Марианна: Ее ни капли не смущал влюбленный взгляд мужа, она ведь тоже отвечала ему этим теплом через касания пальцев рук, через взгляд, через случайное касание колена его ноги в стременах. Они будут еще какое-то время наедине, в тепле, в его гнезде. Соскользнув из седла в руки Лионеля, Марианна кивнула приветливо егерю и с любопытством стала осматривать охотничий домик, а после прижала ладони к прогретой стенке камина. На жест мужа в сторону звериных морд, она заулыбалась. - Знаешь, милый, можешь назвать меня трусихой или девчонкой, но я бы не смогла быть украшением охоты, хотя победить дикого зверя, это все равно что победить и себя. Это наш страх. И сколько оскаленных морд смотрит на меня, столько раз кто-то побеждал себя. Расскажи об этом.

Лионель Савиньяк: Лионель тихо засмеялся и прижал к себе жену, зарылся лицом в ее темные локоны, вдохнул с наслаждением нежный аромат. - Все немного не так, как ты себе представляешь, дорогая, - объяснил он, - Один на один со зверем я никогда не ходил. Обычно его загоняют в лесу с егерями и собаками. Ты никогда не бывала на охоте? - спросил Ли, целуя руку Марианны.

Марианна: Марианна замялась, смутилась. - Ли, я была на охоте, но не за хищным зверем. При пришлось прирезать косулю, причем я знаю, что когда я буду добивать ее, надо, чтобы ее взгляд отразился на клинке кинжала, иначе ее дух войдет в меня. Наверно, у меня не получилось это сделать правильно, потому что после того, как я вскрыла ей горло и окропила снег кровью, мне стало не по себе. Я не притронулась к этой добыче потом. Мне стыдно, Ли. Это непозволительная слабость... Лучше расскажи, как охотился ты, - тут же переключила она тему беседы и засунула обе руки ему под отворот меховой куртки.

Лионель Савиньяк: Савиньяк сел на укрытый шкурами диван и усадил жену к себе на колени. - Ты моя прекрасная охотница, - сказал он и поцеловал нежную шею возлюбленной возле мочки ее ушка, - Не думал, что тебе приходилось брать в руки кинжал. Но стыдиться тебе нечего. Немногие дамы так бесстрашны, как ты... И я горжусь талантами своей жены. Лионель расстегнул на себе куртку и распахнул шубку на Марианне. Егерь постарался с дровами и печкой, и в комнате становилось теплее. - Я стрелял на охоте, - сказал он, - В первый раз лет в тринадцать или в четырнадцать, я уже не помню точно. Бывало, что мазал, но и попадал тоже. Помню азарт, когда загоняли зверя, и торжество, когда с добычей возвращались домой. Такие вот ощущения. В тот раз били лис и волков, и какие-то из их шкур до сих пор лежат в этом домике... Савиньяк замолчал и пригубил шадди, когда егерь поставил перед ними поднос. - Мы еще обязательно поохотимся в этих лесах, - сказал он, - С тобой вместе. С Эмилем и Арно. А потом, позже, с нашими детьми. Привыкай к тому, любовь моя, что все это вокруг теперь и твои владения. Лионель поцеловал разрумянившуюся щечку любимой, а потом нашел губами ее губы.

Марианна: Как же было с ним тепло и надежно. Марианна и сама прильнула к мужу вместе с поцелуем впитывая вкус шадди на его губах. - Милый, я далеко не такая мужественная... Но от твоей близости может произойти все, что угодно, - оторвавшись от поцелуя, что бы это сказать, Марианна опять нашла его губы и провела ногтем по его шее, имитируя лезвие кинжала. Жар от камина и запах шкур будоражил фантазию.

Лионель Савиньяк: Лионель просунул руку под подол платья жены и там, в обилии складок нижних зимних юбок провел ладонью по ее ножке в теплом плотном чулке. - Ты моя тигрица, - улыбнулся он, когда коготок Марианны прошелся по его шее. Он ласкал ее между ног, настойчиво и умело и добился того, что на кружеве белья проступила влага. Но потом озадачился. - Можем ли мы сейчас заниматься любовью? - спросил Ли и поцеловал нежный изгиб белой шейки Марианны..

Марианна: - Милый, думаю, у нас еще есть время и возможность, - Марианна нетерпеливо заерзала на руке мужа и занялась своим корсетом, торопливо ослабляя шнуровку, - Надеюсь, будущие Савиньяки нас поймут, - она опять начала целовать Лионеля в губы, стараясь заглушить его протест. - Может, ты покатаешь меня, охотник?... Погонишься за ланью или хочешь волчицу? - прикусила она его подбородок.

Лионель Савиньяк: - Хочу всего и сразу, - улыбнулся Лионель, - Хочу тебя. Он сказал это уже сквозь поцелуй без всяких возражений. Женщине самой лучше знать, что ей можно, а что нет, так что, этим нужно было воспользоваться. Ли помог Марианне расшнуровать корсет и прижался лицом к ее груди, целуя соски. Потом стянул с ее ножек белье, быстро развязал пояс собственных штанов и посадил жену на себя. Медленно приподнимал ее бедра, сжимая их руками под юбками, и целовал грудь любимой.

Марианна: Хотеть всего и сразу, возможно, это же желание и бурлило в сознании и самой Марианны, так ей хотелось близости с мужем. Совсем не дома, в лесу, среди его собственных трофеев, запаха шкур... "Теперь ты мой. Полностью мой. Даже если бы я была ведьмой, я бы поставила на кон свою жизнь, но обратила бы тебя в свою веру, даже если бы ты начал защищаться" - она наклонилась к нему, привлекая жарче к себе. "Я буду наездником-победоносцем" - жаркое лоно принимает в себя всю незыблемую твердость Савиньяков, Марианна сжала колени по бокам графа и со стоном стала покачиваться, насаживаясь и приподымаясь в вымышленном седле, желая видеть все в глазах супруга, поэтому нажала руками в его грудь, заставляя откинуться, жадно смотрела в его глаза. - Ли, - с хрипотцой проговорила она, - Ты будишь во мне совсем не трепетную лань...

Лионель Савиньяк: Лионель откинулся назад и сильнее сжал бедра Марианны руками, сминая шелк ее нижней юбки. Он ловил ее взгляд своим горящим, ловил ее слова и дыхание. Только она, его желанная супруга, могла дарить ему такое наслаждение. Ли тоже двигал бедрами, было трудно сдерживаться. Дыхание становилось прерывистым. Марианна как будто дразнила, ее движения были медленными. Савиньяк высунул одну руку из-под юбок и потом обвел ладонью и сжал ее грудь. Другая рука оглаживала нежные ягодицы "наездницы", которую он решил подогнать легким шлепком.

Марианна: Марианна широко улыбнулась, надо же! Она поплотней прихватила пальцами плечи супруга и задвигалась бодрей, раскачиваясь на нем, наклоняясь вперед, касаясь грудью лица. Эта скачка и распаляла, и завораживала, так как остановиться она сейчас не сможет да и что помешает удерживать мужа в мнимом подчинении, когда он задает тон сам того не ведая? - Аххх!...Ааахх!... - она прильнула к его губам на миг, не ослабляя темпа, - Да!

Лионель Савиньяк: Лионель ловил соски груди любимой губами, пока Марианна не нагнулась к нему, чтобы поцеловать его. Вздохи и аханья наездницы заставляли входить в нее резче. Ли глубоко проникал языком в ротик Марианны в поцелуе, насаживая ее на себя в этом бешеном темпе. Он не мог ею насытиться. Но в какой-то момент сдерживаться стало уже невозможно, и Лионель еще раз приподнял бедра Марианны и двинулся вверх сам, излившись в нее.

Марианна: Марианна откинула волосы на спину, коротко вскрикнув и часто задышала. Победный вскрик и тут же стон наслаждения, она еще качнулась на своем "скакуне", как бы завершая скачку, еще и еще раз... Вместо возможных слов благодарности и любви она целовала его губы, не желая терять эти драгоценные моменты, когда и говорить-то ничего не надо. - Я люблю. Люблю тебя... - шептали ее губы, касаясь его переносицы, скулы, губ, - Люблю, Ли, люблю... Огонь потрескивал, жар не проходил и возвращаться не хотелось. Для этого пришлось бы одеваться, а ее муж так прекрасен сейчас. Марианна провела ладонями по его шее и груди, стараясь запомнить его именно таким.

Лионель Савиньяк: Лионель просто купался в нежности любимой женщины. Слова любви вместе с поцелуями ее прекрасных губ. Она сама, вся была прекрасна, и теперь не только принадлежала ему полностью, но и носила его ребенка. А может быть, это будут близнецы. Савиньяк молчал, жадно, с восхищением глядя на Марианну, покаона целовала его и говорила "люблю". И ведь он тоже любил. Еще никогдла у него не было такой сильной взаимной любви, ни с одной женщиной. - Я тоже люблю тебя и счастлив, что тебя повстречал, - сказал Ли и поцеловал руки Марианны и погладил ее роскошные волосы. - Ты необыкновенная. Он тоже обнимал ее, долго гладил ее волосы. Время текло медленно в фамильных угодьях, теперь у них его было много, на двоих, как дыхания, как страсти.

Марианна: Они совсем забылись в этом своем мирке, посреди зимнего леса, кажется, даже задремали и первой встрепенулась именно Марианна. - Ох... Ли! - она приподнялась в локте и куснула мужа за подбородок, - Кажется, уже полдень! Твои родные еще не трубят по всей округе, чтобы нас искать? Представляю, что творится с твоей матушкой, - она сел и попыталась стянуть волосы в узел лентой, поправляла нательную рубашку и оглядывалась в поисках своей остальной одежды, - Дорогой, нам пора обратно... признаться, я ужасно голодна!

Лионель Савиньяк: Савиньяк улыбнулся игривому укусу и притянул к себе жену, чтобы поцеловать. Затем, он стал помогать Марианне одеваться и зарылся лицом в ее ароматные любимые волосы до того, как она стянула их лентой. - Время вернуться, и правда, - сказал Ли, - А то, матушка еще отправит слуг по нашему следу или сама поедет нас искать, - улыбнулся он. Они оделись, но жену не хотелось спускать с рук. Лионель поднял возлюбленную на руки и понес к выходу, сажать на лошадь. - Едем обратно, - сказал он, - Скоро мы будем дома. Савиньяк поцеловал Марианну в яркие на морозе, соблазнительные губы, перед тем, как устроить в седле. Эпизод завершен



полная версия страницы