Форум » Когда-нибудь, однажды... » "Ты говоришь, как поэт, но и дерешься тоже", 398 год К. С. » Ответить

"Ты говоришь, как поэт, но и дерешься тоже", 398 год К. С.

Ричард Окделл: Действующие лица: Адела Мартин Ричард Окделл

Ответов - 23

Адела Мартин: Это был самый обычны день. Точнее, уже вечер. Закрутившись с работой и вдоволь набегавшись с разными поручениями, Адела даже не заметила, как день стал клониться к ночи. Но народ в трактир продолжал прибывать, а значит, размышлять о быстротечности времени, девушке было совершено некогда. Кухня, кладовка, общий зал. Бутылки, кувшины, миски. Бесконечный шум и пьяные окрики. От духоты и пряных запахов, доносившихся с кухни, уже начинала кружиться голова - так случалось время от времени. Остановившись ненадолго передохнуть возле стойки и сделать глоток воды, Дела мельком осмотрела главный зал. Народ отдыхал довольно шумно, но не больше, чем обычно. Можно было даже сказать "в границах приличия", насколько это самое "приличие" понимали в трактирах, а суровые вышибалы в разных концах залы зорко следили, чтобы подвыпившие гости эти самые границы не переходили. Конечно, еще ни разу не случалось так, чтобы услуги двух громил не пригодились. Скорее всего, сегодня вечером тоже найдется несколько особо ретивых забияк, которых придется "вежливо попросить покинуть трактир". Насколько в подобных местах понимали вежливость...

Ричард Окделл: С утра настроение было прекрасным и, можно сказать, даже возбужденным. Отгул из Лаик. Что может быть прекраснее? Целых полдня не видеть ни Арамоны, ни Колиньяра с его дружками. Да и вообще, жизнь налаживалась. Теперь у него есть друзья, которые помогут и прикроют в нужную минуту. Может даже, когда Ричард закончит Лаик и его возьмет в оруженосцы какой-нибудь Человек Чести, они будут вместе служить, вместе отправятся на войну... А через три года Дикон станет рыцарем, отстроит Надор, найдет сестрам достойную партию... Словом, все будет хорошо. Жаль, правда, что отгул этот так быстро подошел к концу. Они с Налем и двумя его друзьями-офицерами приятно провели время в трактире. Поговорили, посмеялись. Эрик - один из офицеров - был в восторге от истории Сузы-Музы и даже подумывал провернуть что-нибудь похожее. А потом Налю нужно было бежать по каким-то своим делам, а офицерам на следующую гулянку. Они великодушно пригласили Ричарда с собой, но время поджимало. Не так, чтобы очень, но идти веселиться в другое место было бессмысленно. Тем более Норберт говорил, что Арамона перевел часы на сорок минут вперед. Так что отгул сокращался еще на чуть-чуть. Осталось только дождаться слугу, расплатиться и можно будет отправляться в обратный путь.

Адела Мартин: - Две кружки пива за вон тот стол и еще кувшин вина за вот этот, - Роберт Мартин, как обычно, казался несколько суровым. Дела только молча кивнула, принимая от отца разнокалиберные сосуды и аккуратно, но довольно быстро располагая их на круглом деревянном подносе. Балансирование с таким грузом требовало некоторых усилий, но человек многому способен научиться, и девушка давно уже умудрялась довольно грациозно сновать с тяжелым подносом между столиками в переполненном зале. - И еще, - поспешил добавить Роберт. – Станешь возвращаться, рассчитай вон того молодого человека. Отец быстро пробежал глазами по спрятанному под прилавком свитку и назвал Аделе сумму, которую нужно было получить от гостя. Дела кивнула еще раз, и вскоре скрылась среди шумных посетителей трактира. Возле столика молодого господина она оказалась довольно скоро. Впрочем, «молодым господином» он именовался скорее благодаря своему положению – хотя посетитель и был одет без излишней роскоши, слишком многое выдавало в нем дворянина. Но на деле «господин» являлся, скорее, мальчишкой, хотя по возрасту и был, пожалуй, немногим младше самой Делы. Дворяне слишком долго предпочитали считать своих отпрысков детьми, в 16-17 лет простолюдин уже мог быть кормильцем семьи, дворянин же – все еще продолжал оставаться ребенком. Разумеется, обо всех этих праздных размышлениях дочка трактирщика не стала говорить вслух. Она лишь приветливо улыбнулась и назвала гостю причитающуюся с него сумму.

Ричард Окделл: В трактире было шумно, но сейчас Ричарду это даже нравилось. Контраст с пустыми холодными коридорами Лаик и тихими слугами, похожими на серых безликих мышей. Кстати о мышах... Ричард запоздало вспомнил, что хотел забрать с собой что-нибудь и приманить крысу. В конце концов, нужно же ее когда-нибудь поймать. Наглая толстая зверюга. И как только она умудрилась растолстеть? На харчах "Загона" это довольно трудно. В любом случае, стол уже был пуст, а делать заказ ради какой-то крысы было по меньше мере глупо. К Дику подошла молодая улыбчивая служанка и назвала цену. Все еще витая в своих мыслях, Ричард как-то растерянно кивнул, засуетился и, наконец, выложил на стол нужную сумму. Он хотел заплатить сам, но Наль настоял на обратном и оставил нужное колличество денег за еду, питье и даже пару монеток для прислуги перед уходом. Он тогда смущенно сказал:" Кто приглашал, тот и платит". Но на самом деле, конечно же, просто помнил о положении дел в Надоре. Несмотря на всю свою нелепость, кузен был настоящим Человеком Чести, и когда-нибудь Дикон отплатит ему добром за добро. Когда будет свергнут узурпатор. Что ж, здесь все закончено. Можно отправляться.

Адела Мартин: Адела легко и быстро пересчитала монеты. Когда изо дня в день тебе приходится одновременно принимать деньги, запоминать, что еще нужно принести вон за тот столик да еще и приглядывать, чтобы оборванец за соседним не вздумал сбежать, не расплатившись, тоже кое-чему научишься… - Благодарю вас, сударь. Будем рады, если снова решите заглянуть в наше скромное заведение. Собрав монеты, девушка отправилась обратно к прилавку. Путь, конечно, был не долгий, однако по дороге Адела еще успела увернуться от слегка подвыпившего посетителя, намеревавшегося отправиться на поиски выхода, а также едва не споткнуться о слишком длинные ноги другого гостя – долговязый в одиночку занимал стол в углу и едва не бился головой о потолочные балки. От духоты общего зала у Аделы уже не на шутку разболелась голова, тогда девушка пообещала себе: еще один круг с заказами, и она выйдет из трактира на воздух, хотя бы совсем ненадолго. Иногда Деле начинало казаться, что даже узники Багерлее бывают на прогулке чаще, чем любимая дочка Роберта Мартина.

Ричард Окделл: Ричард улыбнулся девушке, пообещал, что обязательно заглянет сюда еще, подхватил плащ и направился к выходу. Заглянет. Если вырвется из Загона... После духоты трактира, на улице было на диво приятно. Дикон подставил лицо ветерку, прикрыл глаза и глубоко вдохнул. Из трактира и других домов доносились голоса и смех. Город живет своей собственной жизнью, жаль, что придется его так рано покинуть. Надо позвать конюха и забрать Баловника. Но не успел Ричард об этом подумать, как кто-то толкнул его в плечо, а откуда-то сзади послышался грубый голос: - Что встал, рот раззявил?! Ну-ка подвинься! - Дикон открыл глаза и обернулся. Перед ним стояли два подвыпивших громилы и нахально скалились. Место было предостаточно, просто мужчинам не терпелось после пьянки позадирать кого-нибудь. Окделл сделал шаг назад и положил руку на эфес. Драться сейчас не было ни времени, ни желания. Но громил это не остановило, лишь подзадорило. - Ха, да это просто молокосос какой-то. - Кто тебя без мамки пустил-то сюда? - первый положил руку на плечо второму, и вместе они залились неприятным пьяным смехом. - Интерено, а сколько денег мамка дала сыночку с собой? Их всего двое, вряд ли они прилично владеют шпагой, а, значит, особого труда с ними расправиться не составит. В Лаик Дикон был не лучший, но и не худший. В конце концов, капитан Рут много сделал, чтобы обучить Ричарда фехтованию. Дик почувствовал, что у него внутри все закипает и трепещет от гнева. Какие-то мужланы смеют называть его молокососом. Они заплатят за это! Юноша зло сжал зубы и обнажил шпагу: - Вы ответите за свои слова! - тот, что стоял впереди сначала посмеялся, а потом сплюнул Дику под ноги: - Не зарывайся, малыш. Нас, в конце концов, больше... - как по команде за дверью раздались еще чьи-то шаги. Подкрепление? Какая разница, Ричард сейчас был слишком зол, чтобы объективно оценивать опасность.

Адела Мартин: Аделе уже начинало казаться, что этот самый «последний круг» затянулся до невозможного. Не успевала девушка устроить кувшины и чаши на одном из столов, как ее тут же звали к следующему … Один желал горячей еды да побыстрее, другой – лучшего вина да подешевле, а третий и сам не знал, чего хочет, но непременно желал это обсудить! Но многое, что сперва кажется бесконечным, так или иначе, подходит к своему завершению. Вот и Дела, наконец, смогла спокойно вздохнуть, оставляя поднос на прилавке. - Я на минуту, - сказал Адела отцу, тот в ответ промолчал, значит, возражений не было. Но стоило поторопиться, пока они не появились. Девушка осторожно открыла скрипучую дверь и вышла на воздух с черного входа. Адела оказалась в небольшом переулке по соседству с широким двором. Гости обычно выходили в этот самый двор, черным входом пользовались редко, разве что те неприятные визитеры, что время от времени приходили к Роберту Мартину, старались не привлекать к себе лишнего внимания, а потому и заходили через переулок. Адела закрыла глаза и вдохнула прохладный вечерний воздух – отдыхать долго ей не придется, так что стоит поскорее насладиться моментом. Но, увы, ее мечтам о минутке отдыха, кажется, не суждено было исполниться – расслабленную атмосферу вечера слишком уж портили шум и лязг, доносившиеся аккурат из двора родимого трактира. Тяжело вздохнув, Адела распрощалась с мечтой об отдыхе и отправилась разбираться. Аккуратно ступая и стараясь не привлекать к себе внимание, девушка обошла пристройки таверны и оказалась в самом дворе. Положение у Делы было весьма удобным для наблюдения – от остальных присутствовавших ее скрывала одна из стен конюшни. Но, в общем-то, не надо было смотреть долго, чтобы понять, что здесь происходит: двое крепких парней задумали «потолковать по душам» с отпрыском благородного семейства. Кажется, с тем самым мальчишкой, которого она недавно рассчитывала. А, может, и с другим похожим – сегодня в трактире было столько людей, что не мудрено и перепутать. Парень, конечно, так просто сдаваться не собирался, но его шансы на успех таяли буквально на глазах, ведь в компанию к двоим громилам уже спешила еще парочка ребят… Не то, чтобы Адела считала себя святой, призванной помогать попавшим в беду мальчишкам, но оставить дворянчика на растерзание этим мужланам было как-то жалко. Да и наследят тут эти забияки, напачкают, а служанкам потом трудиться и убирать. И это еще не говоря о том, что убийство дворянского отпрыска надолго обеспечит «Праву господина» дурную репутацию. Еще раз тяжело вздохнув, Адела вышла на свет – так, чтобы собравшаяся во дворе компания могла ее видеть. План был прост и рассчитан исключительно на везение. - Эй, вы там, да-да, я к вам обращаюсь! Парня вашего-то бьют там, возле кожевенной лавки. Ребята явно были из местных и, наверняка, завсегдатаи здешних трактиров – так что у них вполне могли быть тут знакомцы… Крепкие парни замерли как по команде, переваривая услышанное. Кажется, соображали они не слишком быстро. - Это кого же из наших-то? – Наконец, пришел в себя один из громил. – Да и с чего ты взяла, что наш он? - А мне вот прям и дел других нет, как разбираться, кого из ваших! – дочка трактирщика лихо уперла руки в боки, как часто делали сварливые жены. – Сказано тебе, с вами в трактир приходил! Почем я знаю, кто?! Некоторое время ребята еще сомневались, стоит ли ей верить, наконец, самый сообразительный все-таки произнес: - Жюль, сходи-ка, глянь, кто там. Тот, кого звали Жюлем, нехотя затопал прочь со двора. Оно и понятно, кому захочется тащиться к лавке, когда тут такая добрая драка назревает. Сообразительный тем временем обратился к Аделе: - А ты, если обманула, пеняй на себя! Девушка пожала плечами. Хотя бы на время одним противником у них стало меньше.

Ричард Окделл: У мужчин при себе были шпаги. Ничего удивительного, это не предмет роскоши, но, если бы их у противников не оказалось, Ричард бы тоже не удивился. Громилам под амплуа больше подходили кинжалы или дубинки, но никак не благородные шпаги. Впрочем, вскоре уже не было времени рассуждать о положении соперников. К сожалению, они были пьяны меньше, чем хотелось бы. Запах, раздражительность и пьяный смех. Но при этом твердая стойка на ногах. Дикон сделал еще пару шагов назад, пока не уперся спиной в какой-то столб. Первым делом обезопась спину, - звучал в голове спокойный, уже почти старческий голос капитана Рута. Да, спина защищена, только противников от этого меньше не стало... Вертлявый, тот, что был справа, сделал пробный выпад и противно осклабился. Дик с легкостью отбил его, но ведь это только начало. Прощупывают почву, упиваются своим могуществом. С их стороны кажется, что юноша загнан или забился в угол. Но это не так. Ричард сжимает зубы и проделывает простую, но быструю и неожиданную атаку слева. Громила выставил вперед шпагу и как-то неуклюже парировал удар. У него на рукаве проступило пару капель крови. Всего лишь царапина. Даже шрама не останется. Но этого хватило, чтобы "обидеться". Кто-то заржал, кто-то пошутил на тему все еще огрызающегося волчонка, а у кого-то в глазах загорелся гнев. Ричард отбил еще пару атак, но двигался недостаточно быстро. Уже и на нем появились первые "царапины". И ведь это еще не самый быстрый бой, ведь это еще не самые искусные противники. К чему шпаги в пьяной драке? Им было бы легче просто побить его, навалиться кучей, всем вместе, повалить на землю... - пронеслось в голове у Ричарда, как поспела неизвестно откуда помощь. И помощь ли?.. На пороге трактира стояла девушка, та самая, с которой он расплачивалась. И смотрела как-то... Не безразлично, а как будто обыденно. Уперла руки в боки, стала ругаться и говорить еще про какую-то драку. Зачем?.. Да, наверное, она не в первый раз видит драку, это для Ричарда она была чем-то большим, значимым, еще одной трудностью, которую надо преодолеть, еще одним доказательством, что в столице всё против старой аристократии... Однако какие бы цели не преследовала юная особа - Ричард так понял, что она совсем немногим его старше - казаться перед ней "мальчишкой в углу" не хотелось да и попросту было недостойно герцога. Еще один громила попытался его "пощекотать", на что юноша ответил настолько яростным взмахом шпаги, что оружие противника, описав широкую дугу, улетело прочь, а оружие самого герцога Окделла чуть не полетело следом. Итак, осталось четверо противников, трое с оружием, против герцога, его шпаги и Чести. И девушки, разносящей заказы...

Адела Мартин: Итак, крупному, но не слишком сообразительному парню Жюлю, чтобы добежать до кожевенной лавки, убедиться, что никакой драки там нет и в помине, а затем еще быстрее вернуться обратно, порядком разозленным на дерзкую девчонку, хватит четверти часа. Не слишком-то много. Но Адела надеялась, что к этому времени и она сама, и этот довольно резвый юный господин уже успеют отсюда сбежать. Кстати, как оказалось юноша даже смог дать отпор обидчикам, ни то, чтобы громилы уже в панике бежали прочь, но невредимыми они уже точно не останутся… Правда, неизвестно, как долго сможет продержаться мальчишка со своей «благородной» школой фехтования против любителей грязных приемчиков. Дела огляделась вокруг, размышляя, чтобы еще можно было приспособить к делу. Двор освещали лишь окна таверны да тусклый фонарь у выхода на широкую улицу, так что девушке пришлось приглядеться повнимательнее. И, похоже, ее поиски увенчались успехом… Прямо под стенкой сарая стояла большая деревянная бочка, высотой, пожалуй, в рост самой Аделы. Мастер-бондарь по праву мог гордиться своим творением, вещь получилась крепкая, ладно собранная и надежно скрепленная. В бочку собирали дождевую воду для хозяйственных нужд, но дождей не было уже давненько – и бочка пустовала. Дела довольно быстро подкралась к сараю. - Эй, господин, поосторожнее там! Когда один из громил ринулся в очередную атаку, девушка выждала момент и толкнула бочку прямо на него. Шедевр неизвестного бондаря покатился туда, куда надо, сбивая с ног, незадачливого вояку. - А чтоб тебе! – ругнулся верзила и полетел на землю. - Ты гляди, такого громилу подкосила, и не треснула даже, - удовлетворенно подумала Адела. А вслух только запричитала: - Ну вот, говорила же я вам, сударь, осторожнее! У нас Мария есть, служанка одна, так она вечно эту бочку посреди двора выставит! Уж я ей раз сто говорила! А она все равно по-своему делает! Вот задаст ей хозяин сегодня!

Ричард Окделл: Драка становилась похожей на балаган... Мало того, что первый раз сцепился Ричард не на дуэли за Честь отца или какой-нибудь дамы, а с какими-то простолюдинами в подворотне, так эти простолюдины еще и стоят хлопают глазами, на помощь друзьям бегут и падают, сшибленные бочкой... Либо Дидерих все же на самом деле не видел ни одной драки, либо эта драка была какой-то неправильной. Ричард зло тряхнул головой и мысленно одернул себя. Человек, неблагодарно относящийся к помощи, не достоин быть герцогом! Не все так красиво и романтично как пишут в книгах. В жизни есть место и для грязи, зла и несправедливости. Дикон поднял голову и чуть заметно благодарно улыбнулся девушке, всячески гоня от себя мысль о том, что ему, герцогу Окделлу, помогает женщина. Впрочем, глазеть по сторонам было совсем несвоевременно. Тем временем один из двух оставшихся при оружии верзил воспользовался замешательством Ричарда и ринулся в новую атаку. Юноша чудом успел выставить шпагу. Два скрещенных клинка оказались в опасной близости от горла Дика. Ричард стиснул зубы. Сил, чтобы оттолкнуть клинок, у него явно не хватит. Придется отступать. Дик собрал все свои силы, с трудом оттеснил вражеский клинок и шмыгнул в бок. Прощай, спасительная свая, но удерживать двоих, не позволяя им зайти сзади, пока третий бегает за своей улетевшей шпагой, четвертый валяется на земле, а пятый разбирается у лавки кожевника, вполне реально и без стены за спиной. О том, что будет, когда вся компания соберется вместе, Ричард предпочитал не думать.

Адела Мартин: Им с парнишкой явно везло. Малосимпатичные ребятки один за другим покидали драку. Впрочем, Адела была реалисткой и прекрасно понимала, рано или поздно этому везению придет конец. Хотелось бы, конечно, чтобы это случилось попозже, но стоило быть готовыми и к другому варианту развития событий… Тем временем благородный юноша решил сменить тактику и отступил с удобной позиции. Впрочем, это было Аделе даже на руку. У нее в голове возникла очередная идея. Быстренько шмыгнув в сторону, девица обошла один из сарайчиков с другой стороны. Хоть двор и освещали лишь окна таверны да пара фонарей возле самого входа, девушке вполне было достаточно и этого, чтобы хорошо ориентироваться, ведь все здесь она знала, как свои пять пальцев. Еще бы не знать, когда едва ли ни по сто раз на дню приходилось носиться из трактира к конюшне, а оттуда к погребу или к сараю! Тут поневоле тщательно изучишь местность! Так вот, обойдя уже упомянутый сарайчик с другой стороны и протиснувшись между ним и конюшней, Адела оказалась как раз возле того места, где сейчас парнишка старательно демонстрировал, как он умеет обращаться со шпагой. - Эй, сударь, послушайте-ка. Адела говорила не слишком громко – юноша должен был ее услышать, а вот двое оставшихся громил – нет. - Кончайте тут геройствовать. Бежать вам пора. Полезайте сюда, за мной, я вас выведу. Тем двоим красавцам сюда не пролезть, а пока они сообразят, что к чему, я уже успею вывести вас отсюда.

Ричард Окделл: Выпад, выпад, блок. Еще блок. Пока отбиваться получалось успешно, но вот долго ли это продолжится? Юноша уже начал уставать, а вот громилы, если и подустали, то виду не показывали. Вдруг погруженный в бой Ричард услышал чей-то голос, который доносился откуда-то сзади. Да это же та самая девушка. И как она успевает быть то там, то тут? Что? Кончайте геройствовать?! Бежать?! Ричард чуть удар не пропустил от такого предложения. Чтобы он, Ричард, Ричард Окделл, потомок Святого Алана, сын великого Эгмонта Окделла, сбежал от пары пьяных верзил?! Да ни за что! Да Дик бы на дуэль за одну такую мысль вызвал. А потом вспомнил, что мысль эту выразила девушка. И немного смягчился. Что поделать, женщины всегда волнуются за мужчин и предпочитают бою побег, не понимая, насколько не уронить Честь в бою важно для мужчины. А вот и шаги чьи-то грузные слышатся где-то в переулке. Неужто "тот" от кожевной лавки вернулся? В следующем выпаде Дик успел немного повернуться, отрицательно качнуть головой, сделать мах рукой, призывая девушку уходить, пока можно, и упрямо поджать губы, возвращаясь на прежнюю позицию. За ящиками было темно и лица девушки за эти секунды он не разглядел, но его она должна была видеть - двор освещали огни из трактира.

Адела Мартин: От дельного предложения юнец предпочел отказаться – по всему видать дворянчик собрался играть в героя до самого конца. Кстати, не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять – конец этот наступит очень даже скоро. Адела только руками развела. Первым побуждением девушки было бросить все, да и убраться поскорее обратно в таверну, предоставив благородному юноше самому доиграть в собственную легенду. Наверняка, история о его гибели получиться очень слезливой, и благородные барышни изведут ни один десяток платочков, когда станут слушать ее в пересказе какого-нибудь бездарного менестреля. Но, увы, жизнь была штукой куда более приземленной и прозаичной, и в ней по-прежнему вместо благородного героя был всего лишь глупый мальчишка, обрекавший себя на бессмысленную смерть. - Ох, уж эти мужчины – подумала Адела. – Все приходится делать за них! Дождавшись, когда юноша окажется вблизи от ее убежища девушка дождалась, когда он выполнит очередной свой фехтовальный финт. А потом поступила совсем уж не благородно, зато весьма благоразумно. Исхитрившись, Дела подставила горе-герою подножку, а тот увлеченный выполнением какого-то очередного головокружительного элемента, не сумел сохранить равновесия. Юноша бы непременно рухнул прямо в жидкую грязищу, но Аделе удалось ловко схватить его за рукав и втащить вслед за собой в щель между конюшней и сараем. Тут уж у него не было никакой возможности извернуться для маневра, а потому, пока молодой человек еще не пришел в себя, дочке трактирщика удалось протащить его еще несколько метров. Теперь громилам не так-то легко было достать их обоих.

Ричард Окделл: Чего-чего, а такого подлого "спасения" Ричард не ожидал. Он даже сначала не понял, что произошло. Вот удар, он почти дотянулся шпагой до "того с усами", но не достал! Потому что споткнулся и полетел вниз. Нет, его, конечно, ответные удары не задели, и это было прекрасно. Но не такой же ценой! Не ценой барахтанья на земле. Время как будто замедлило свой бег, чтобы дать Дику шанс вовсю насладиться значимостью момента. Перекошенные злобой, к которой медленно-медленно примешивается удивление, лица напавших, шпаги, метнувшиеся вверх и застывшие в нерешительности. Ричард уже напрягся, вот-вот ожидая удара об землю. Но его не последовало. Кто-то подхватил юношу сзади, чуть не уронил, но все же пыхтя и отдуваясь, протащил какое-то расстояние до "входа в пещеру". Никогда еще Дикон не чувствовал себя так беспомощно. Громилы явно в такой ситуации были тоже впервые. Только что был юнец, с которым можно быстренько разобраться, и уже нет. Дикон хлопал глазами и ничего не предпринимал, пока его тащили. Наконец от встрепенулся, вскочил на ноги, развернулся и яростно сверкнул глазами, сжимая кулаки. Герцога вытащила из боя девушка из трактира! Абсурд и позор на всю жизнь. - Сударыня! Что Вы вообще делаете?!

Адела Мартин: Хотя дворянчик производил впечатление юноши не слишком крупного, тащить его за собой оказалась не так уж легко. Преодолев еще пару метров, девушка остановилась, чтобы хоть немного перевести дух. Кажется, ее спутник почувствовал слабость своего проводника, а потому поспешил вновь обрести самостоятельность и даже разговорился. - Что я делаю, сударь? – отвечая на вопрос, Адела передразнила интонацию своего собеседника. - Ну, во-первых, я спасаю репутацию своего трактира. Мертвые юноши благородных кровей на заднем дворе очень, знаете ли, не нравятся приличным клиентам. А во-вторых, я еще и спасаю вам жизнь. Можете не благодарить, только топайте быстрее! Тащить за собой упирающегося мальчишку ей точно будет не по силам, пусть Дела и являлась чересчур хрупкой девицей. - Кстати, времени на раздумья у вас не так уж много. Те громилы, конечно, не слишком умны, но рано или поздно даже они сообразят, что могут встретить нас с другой стороны…

Ричард Окделл: Ричарду оставалось только глазами хлопать, да на девушку смотреть. Оттащили как баранчика так беспардонно и только для того, чтобы "не испортить репутацию трактира". Юноша настолько растерялся, что даже ответить ничего не смог. Хорошо хоть рот не открыл от удивления. Ну и что теперь делать? Что-то в наставлениях отца или матушки о таком ни слова. Нельзя порочить родовую честь. А как ее в такой ситуации не опорочить? Ричард задумчиво обернулся, тряхнул головой и шумно выдохнул сквозь зубы. Принять такую трусливую идею "бежать" было нельзя. Но возвращаться обратно - невозможно глупо! Дикон нахмурился, но все же заставил себя процедить: - Спасибо, сударыня... - Дик гордо вскинул голову. - Но я справился бы сам! Или погиб. Но тоже сам. Однако этого вслух юный Окделл предпочел не говорить. Он предложил девушке опереться о свою руку, ибо среди бочек было темно, и она могла оступиться. А дамам нужно помогать. Даже когда они бесчестно утаскивают тебя с поля боля. - Кажется, здесь делать больше нечего... Царапина на руке немного саднила, да и рукав был разорван. Но это было не важно. Важно было как-то скрыть это от Арамоны.

Адела Мартин: В темноте было совсем не видно, что Адела улыбнулась. Как ни крути, а «сударыня» из нее получалась никудышная. - Сударыни, как известно, в кварталах, вроде нашего, не живут. И сами вы бы не справились, это понятно даже такой как я – глупой девице, ничего не смыслящей в военных премудростях. Юноша хоть и пытался возражать, но шагал уже весьма бодро и, что самое главное, самостоятельно. А значит, был шанс, что все закончится благополучно. Тем временем дворянин надумал предложить Деле руку, и девушке стоило приложить усилия, чтобы не рассмеяться и тем самым не обидеть молодого человека, которым двигали, наверняка, самые лучшие побуждения. Хороши бы они были, разгуливающие по темным переулкам под ручку, прямо как благородные господа в каком-нибудь королевском саду! Разумеется, дочка трактирщика понятия не имела о том, как гуляют в королевских садах, но ей отчего-то казалось, что это происходит именно так. - Благодарю за предложение, сударь, только мы вдвоем тут не поместимся. Я лучше вперед пойду – дорога мне знакома, а вы аккуратно за мной идите – только под ноги смотрите, а то тут, знаете ли, всякое может быть. Прежде чем выскользнуть из их укрытия в очередной узкий переулок, Адела подала своему спутнику знак остановиться и прислушалась. В переулке, вроде бы, было тихо, чтобы окончательно убедиться, что путь свободен, девушка выглянула из-за угла и, не заметив нигде нежеланных гостей, наконец, вышла вперед. Однако задерживаться тут долго не было смысла, пройдя еще немного вдоль невысокого дома, Дела и ее спутник оказались на широкой, хорошо освещенной улице. - Отсюда направо повернете. Вон там,- девица махнула рукой в нужном направлении. - Вы, сударь, похоже, в Олларии не так давно, иначе долго бы с таким характером не протянули. Если хотите подольше наслаждаться столичной жизнью, старайтесь думать, прежде чем хвататься за шпагу.

Ричард Окделл: Ричард уже смирился со своей судьбой на сегодняшний вечер, вздохнул и устремился за своей "провожатой". Темные улочки и замысловатые переходы, какие-то повороты и дорожки между бочками и ящиками. Пожалуй, никогда здесь не бывавшему человеку трудно было бы ориентироваться. Хотя, Ричард тоже не ручался за то, что смог бы повторить эту прогулку и не заблудиться. Наконец переулки кончились, и они вышли на широкую улицу. Хорошо. Дорогу он, допустим, найдет. Только надо в любом случае забрать Баловника. Не пешком же ему до Лаик идти. К тому же, в трактире можно будет попросить кого-нибудь из слуг заштопать рукав. Да уж, девушка угадала. Терпение не было главной благодетелью Окделлов, однако в данном случае, по скромному мнению самого Ричарда, вспыльчивость была не при чем. - Спасибо, сударыня, правда, боюсь, нам пока по пути. Мне надо забрать свою лошадь и привести себя в порядок, - Дикон слегка смущенно улыбнулся. Верх глупости - возвращаться обратно к трактиру, но по-другому то никак.

Адела Мартин: Адела замерла как вкопанная, услышав о желании юноши, вернуться обратно. - Умоляю, сударь, скажите, что вы пошутили! Вы ведь на самом деле не думаете, что у тех крупных ребят настолько короткая память, что они уже успели позабыть, как вы выглядите? Или, по вашему, у этих парней столь добрый нрав, что они теперь простили вам все и смирились с позорным поражением? В этот вечерний час прохожих на улице было не так уж много, и все они торопились или же неспешно шествовали по своим собственным делам, так что странный диалог простовато одетой девушки и, по всему видать, благородного юноши припозднившимся горожанам был совсем неинтересен. - Возвращаться обратно вам никак нельзя! И себя погубите, и мне достанется за то, что помогла вам. Ступайте-ка лучше поскорее домой, а за конем утром слугу пришлете.

Ричард Окделл: Ричард вздохнул и нахмурился. Девушка говорила правильные, Леворукий и все его кошки, вещи. Но, во-первых, надо было привести себя в порядок, во-вторых, нужно было во что бы то ни стало, вернуть Баловника, а, в-третьих, потарапливаться, потому что время "прогулки" подходило к концу. Юноша огляделся и наткнулся взглядом на вывеску очередного трактира. Дикон усмехнулся своей глупости и покачал головой. Конечно эе, ему не нужно возвращаться. Можно просто зайти в любой другой трактир и послать кого-нибудь за лошадью. Юноша с облегчением вздохнул и вновь посмотрел на девушку. С одной стороны, без него ей явно будет безопаснее добираться до дома. Но с другой стороны, отпускать девушку одну было вопиющем безобразием. - Сударыня, Вы несомненно правы. Возвращаться глупо. Я просто пошлю кого-нибудь за лошадью, а сам подожду здесь, - Ричард указал на ближайших трактир. - Но мне кажется небезопасным оставлять Вас одну. Не согласитесь ли Вы подождать, пока я попрошу кого-нибудь отсюда проводить Вас? И... - Дикон немного замялся, вспоминая предыдущие события, - чем я могу Вас отблагодарить?

Адела Мартин: Неожиданно оказалось, что благородный юноша все-таки способен на рассудительные поступки. То ли столь эмоциональные речи девушки так на него повлияли, а то ли молодой дворянин, наконец-то, сумел услышать голос собственного разума, но, так или иначе, решение молодой дворянин принял весьма здравое. - Вот и хорошо, - Адела согласно кивнула, кажется, впервые за вечер соглашаясь со своим спутником. - Пришлите слугу непременно и лучше поскорей, а то вдруг те молодчики задумают конем вашим поживиться, раз уж хозяин им не достался. Здесь все было ясно, а вот со следующим предложением дочка трактирщика согласиться уж никак не могла. - За меня не переживайте. Доберусь уж как-нибудь. Да и благодарность мне не нужна, я вам вовсе не ради нее помогала.

Ричард Окделл: Ричард вздохнул и серьезно посмотрел на девушку. Он во все с ней соглашался, вроде бы даже к компромиссу они пришли, но его не оставляло какое-то чувство неправильности. - Вы всюду правы, сударыня. Вы лучше и район этот знаете, и без меня Вам дойти проще будет, и возвращаться мне нельзя, но я не могу Вас просто так отпустить. Прошу Вас, подождите минуту. Юноша шагнул к двери трактира, рывком открыл дверь и скрылся внутри. Немного погодя он вышел оттуда вместе с мужчиной-слугой и вновь обратился к девушке: - Этот человек приведет сюда мою лошадь, а раз уж вам по пути, позвольте ему проводить Вас, - слуга не возражал, почему бы ему не пойти с компанией, а не в одиночку, оставалось только получить согласие девушки. - И да. Сейчас у меня нет ни времени, ни возможности, но после я обязательно отблагодарю Вас. Скажите, как Вас зовут?

Адела Мартин: Немного остыв от азарта такой необычной прогулки, Адела начала понимать – в таверне ее, наверняка, уже хватились, и если девушка не явится в самое ближайшее время, то получит весьма нешуточный нагоняй. К счастью, ей не приходилось больше тратить время на бессмысленные споры. - Ладно, ладно, я согласна, - Дела лишь развела руками на предложение юноши, чтобы один из слуг здешнего трактира, составил ей компанию. - Пусть уж будет по-вашему. Только мне бы поторопиться надо, иначе неприятностей точно не избежать, вот только не в темном переулке, а в родном трактире. Девушка кивнула слуге, в знак того, что готова принять его сопровождение. - Имя мое ничем не примечательно, и вам не стоит трудиться его запоминать. Тем более что вряд ли нам придется встретиться снова. Разве что вы опять ввяжетесь в неприятности, чего бы мне совсем не хотелось. Так что лучше будьте осмотрительнее. Адела улыбнулась на прощанье и поторопилась скрыться в одном из извилистых переулков, которых так немало в столице. Эпизод завершен



полная версия страницы