Форум » Когда-нибудь, однажды... » "Прощай, оружие!" Оллария, 398 год к.С. » Ответить

"Прощай, оружие!" Оллария, 398 год к.С.

Лионель Савиньяк: Действующие лица: Марианна Капуль-Гизайль Лионель Савиньяк

Ответов - 66, стр: 1 2 3 All

Марианна: Перед тем, как начать "экзекуцию", Марианна посмотрела на руки Лионеля - не сжал ли опять в кулаки, - и вздохнула. Конечно, ему больно, но ведь сейчас массаж просто необходим, а потом она надолго его оставит в покое... если, конечно, граф этого захочет. Женщина опять оседлала лодыжки капитана и принялась втирать в кожу на спине и пояснице снадобье с маслом, усиливая согревающий эффект. Она даже не пыталась ослабить руки, ощупывая каждую мышцу. Отметина на пояснице из красной с фиолетовым центром стала еще темней, кровоподтек пугал своим размером, Марианна быстро укрыла Лионеля теплым ворсистым покрывалом и пересела на другой конец кровати, чтобы вымыть руки. - Бок у тебя будет болеть еще неделю, но это самое лучшее, что можно себе представить. С этим ушибом и простудой тебе нельзя вставать дня три. Притираний уже достаточно, остается обильное горячее питье и сон, - она сама удивилась, что говорит как местный лекарь, но уж лучше так, чем просто сидеть рядом и ахать от огорчения.

Лионель Савиньяк: Лионель лежал и хмуро думал, что если бы на месте Марианны сейчас был какой-нибудь лекарь-старикашка, он бы отправил его с этими растираниями ко всем кошкам, а то и в Закат. Однако, на месте Марианны была Марианна... Но легче от этого не становилось, кроме того, Ли в целом чувствовал себя скверно. В какой-то момент он осознал, что от боли кусает губы, словно девица. Это уж совсем никуда не годилось. Боль была далеко не самой мучительной в его жизни. Савиньяк глубоко вдохнул и выдохнул, тут же закашлялся и после отдал себе приказ терпеть. Приказ подействовал, и остаток процедуры Ли выдержал, как он надеялся, более-менее достойно. Когда Марианна закончила, капитан быстро провел ладонью по глазам, приходя в себя, и, повернувшись к любимой, постарался улыбнуться. Три дня - это, конечно, была непозволительная роскошь. Савиньяк собирался вскочить в седло и отправиться по делам уже завтра, но прямо сейчас Марианне это говорить было необязательно, тем более, сказать пока он ничего и не мог.

Марианна: Марианна вернулась к Лионелю на постель и осторожно провела ладонью по его щеке. - Даже если бы не этот ушиб, как же ты сможешь разговаривать, милый? Голосовые связки воспалены и требуют покоя. Любовь моя, нужно потерпеть, прошу, - она обняла его и легла рядом. - Может быть, мне не оставаться здесь, ты смущаешься? Откуда такая неуверенность в голосе? - удивилась она сама. Ли привык считать себя сильным мужчиной и долго терпеть наставления про здоровье не стал бы. А она его опекает, как маленького... Но это были минуты именно для нее. Хоть сейчас она чувствовала себя не как любовница, а как любящая заботливая женщина. Взглянув в его глаза, Марианна потянулась к губам Лионеля для поцелуя.

Лионель Савиньяк: Лионель, подвинувшись под пледом, нежно прижал к себе Марианну, поцеловал в висок. А после приник к ее подставленным губам. Правда, долго поцелуй не продлился - кашель снова рванулся наружу. Сотрясаясь от приступа, Ли помрачнел. Болеть он не привык, не привык чувствовать себя настолько беспомощным, чтобы не суметь подарить любимой удовольствие даже от поцелуя, не говоря уж о прочих удовольствиях, насладиться которыми мешала больная спина. Да что спина, он был лишен даже голоса... Откашлявшись, Лионель откинулся на подушки и жалобно взглянул на Марианну, словно пытаясь дать понять, что дело не в смущении, а просто он находится в крайне непривычной для себя ситуации и потому немного растерян.

Марианна: Милый кашляет, и так сильно. Поцелуй не получился, Марианна отклонилась и поймала его жалобный взгляд. Как же она эгоистична. Пришлось усмирить свои желания и даже такие свойственные ей стремления, как опека. Теперь уже и баронесса растерялась, нужно было срочно успокоиться, иначе она все испортит суетливостью и лишними вопросами. - Прости, дорогой, - Марианна, приподнялась, - Я слишком многого хочу. Это неправильно, - она поплотнее запахнула халат и встала, чтобы принести новое лекарство.

Лионель Савиньяк: Лионель проводил любимую взглядом. Какое все же счастье, что она есть у него! И что она пришла вчера, словно почувствовав, как ему скверно. Ли решил, что сегодня он будет очень послушным пациентом и станет делать все, что Марианна скажет, пить все тинктуры и прочую... необходимые для выздоровления "жидкости". Он дал себе такое обещание и слово был намерен сдержать. Так и получилось. Несмотря на скверное самочувствие, Савиньяк был терпелив и, лежа в постели, слушался рук и слов любимой. Однако, это послушание лишь пошло ему на пользу. Днем он подремал пару часов, к вечеру его самочувствие ухудшилось, но ночь прошла гораздо спокойнее предыдущей. Купаясь в любви и нежности Марианны, достаточно тренированный организм графа восстанавливался от простуды быстро. Кашель никуда не делся, но наутро вернулся голос, так что Лионель смог тихо проговорить заботившейся о нем баронессе слова любви и благодарности. С постели он поднялся, хотя от слабости слегка шатало, и, надев по настоянию Марианны, теплую рубашку под мундир, а шею обмотав шерстяным шейным платком, на службу все же отправился, прежде посадив любимую в экипаж, чтобы она могла вернуться в свой особняк.



полная версия страницы