Форум » Оллария. Дома горожан, площади и улицы » "Эр и оруженосец", 399 к.С. » Ответить

"Эр и оруженосец", 399 к.С.

Бледный Гиацинт: Действующие лица: Рокэ Алва Ричард Окделл Хуан Суавес, слуги особняка Алвы (НПС)

Ответов - 9

Ричард Окделл: По сравнению с тем, что Ричард запомнил во время своего первого приезда в столицу, она была ужасной. Грязная. Пыльная. Плачущие, а не улыбающиеся женщины. Это давило. Это огорчало. Бедная Катари... Неужели она пережила такую страшную ночь? Бедная Айрис. Если будет возможность - Ричард обязательно навестит Катарину. В такую минуту и он сам, и Алва... Они должны быть рядом. Вселить в нее уверенность. Чтобы она улыбалась, прекрасная Катарина. Любимая Катарина. Мысли Ричарда раз за разом возвращались к сестре, к Надору, сумевшему стать очагом, и к крысам - точнее, крысомордым. Ричард чувствовал, что он подвел своих домашних, и до сих испытывал вину за это. За все то, что хрупкой и нежной сестре пришлось пережить, взвалить на себя и тащить на свохи плечах. А он, ее защита и опора, вместо помощи дал ей дополнительные трудности. Это... Выводило из себя. Она заслуживала опеки своего брата. Если же вспомнить крысомордых... Ричард почти слышал, как камни орут ему: "Здесь они! Здесь опасно! Уходи! Помоги!" Они звали его, чувствуя, что сила этих крыс становилась все могущественнее, и Ричард тоже понимал это: голова болела и ему все время казалось, что кто-то пытается влезть в его мысли и спутать их. Это пугало, но Дик не терял уверенности. Он помнил одно, очень четко и ясно: если он потеряет уверенность, его сожрут. Ричарда и его охранника не хотели пускать в особняк Алвы, дескать, не верим, что это ты! Помог фамильный перстень, но на такие мелочи Ричард не оьращал внимания. Все, что его волновало - Алва. Сердце забилось быстрее, когда он увидел сидевшего в кресле у стола человека. Все тот же, черноволосый. Единственный во всем этом мире, кто его смог бы понять в вопросах этих крысоголовых. Единственный, с ккм можно было бы это обсудить - кто тоже испытывал это. А еще... Друг. Ричард надеялся, что друг. Эмоций было так много, что казалось, они вырывались из груди со вздохом: - Монсеньор.

Рокэ Алва: Алва покрутил в пальцах ножку бокала с вином, который держал поднятым. Он всегда смотрел через вино на свет перед тем, как хотел его выпить. Сегодня это получилось символично, Ворон поднял бокал именно тогда, как в комнату вошел Окделл. - Здравствуйте, юноша, - ответил он, как обычно, немножко лениво и растянуто. Нет, это был теперь не просто юноша. В кабинет вошел Повелитель Скал, который прошел инициацию, и прошел ее честно. Алва это видел прекрасно, но не собирался пока заострять на этом внимание. - Присядьте, - кэналлиец показал на кресло и спросил, - Выпьете? Не дожидаясь ответа Ворон налил вино во второй бокал, который уже был на столе, как будто ждал. - Как здоровье вашей матушки и сестер? - вежливо, но с легкой ехидцей осведомился он, - Хорошо, что вы сами в добром здравии. Оно необходимо Талигу, Олларии и королеве.

Ричард Окделл: Ричард чуть покривился на "юношу". Не любил он, когда его так звали. Совсем не любил. А Рокэ Алва любил его так называть - и довольно часто. Тем не менее, когда он сел выпить, он улыбнулся широкой и открытой улыбкой. Он действительно был рад видеть Рокэ. - Здоровье неплохо, спасибо. Мои сестры в добром здравии, - сказал Ричард, избегая темы матери, о которой ему было нелегко говорить. - а что можно сказать о здоровье столицы? И государства?

Рокэ Алва: Рокэ неторопливо допил вино и только после этого ответил. - Сказать можно только одно, юноша, - он повертел в пальцах ножку теперь уже пустого бокала, - Верьте глазам своим. Верьте больше, чем прежде, и делайте, делать теперь тоже нужно больше. Если встретите на улице мармалюку, будьте уверены - она настоящая, и идет отнимать чьих-то детей. Всей остальной нечисти на улицах города это тоже касается, но, в наших силах ее удерживать, пока. Ворон налил еще вина себе, добавил Дикону и уставился на него. - Ночью нам придется патрулировать город, - сказал он, - вдвоем веселее, но сначала, вам нужно выспаться. Пейте, так будет проще уснуть. Хотите меня еще о чем-то спросить? Рокэ склонил голову к плечу.

Ричард Окделл: - Эр... - Ричард осекся, вспомнив о нелюбви Алвы к этому названию. Следовало освежить память после потрясений в мире стихий, - Монсеньор... - медленно сказал Ричард, смотря много более взрослыми глазами. Самое парадоксальное было вот в чем: он прошел инициацию. Его слушались камни. Но Ричард прискорбно мало знал о том, с кем они должны бороться. А еще... Он очень и очень хотел сейчас быть перед эром Рокэ не мальчиком. Чтобы на него не смотрели свысока, чтобы он был... Не равным, но достойным. - С чем вы сами сталкивались... С какими силами? - серые глаза Ричарда сейчас смотрели на Алву каменно-спокойно. Казалось бы. Ричард хотел думать, что они спокойны, как камень. Как у настоящего Повелителя. - И что они сделали со столицей, пока я был... там, - чуть побледнев, сказал Ричард. Он еще долго не будет хотеть об этом вспоминать. Ни о том, что ему показывали, ни о том, что делал этот крыс с его разумом. Ни о пытках Айрис, ни Катариной, ни тщеславием и честью. "- И как Её Величество?" - хотел было спросить Ричард, но осекся. Вряд ли Рокэ одобрит юнца, который интересуется женщиной - пусть и прекраснейшей! - до столицы.

Рокэ Алва: Рокэ сделал еще глоток вина и посмотрел на Дика. - Происходит вторжение извне, - сказал он, - Вы ведь читали гальтарские сказки, когда пользовались моей библиотекой, не так ли, юноша? Ваши познания в истории также были похвальны, но если задуматься самому над простым вопросом, а что там, наверху, - Алва поднял указательный палец к потолку кабинета, - над нами, то можно понять, что Кэртиана, которая плывет в огромном пространстве, усеянном звездами, мала и беззащитна. Как и другие бусинки ожерелья, которое в том числе составляет наш мир. Существа, которым удалось разгрызть нить ожерелья, чтобы бусинки посыпались, зовутся раттонами. Вы уже, скорее всего, видели их, Дик. Может быть, в своих снах, а может быть, прямо сегодня, на улицах Олларии. Кровь Повелителей и эориев может им противостоять, и мы будем это делать, чтобы нас не поглотили целиком. Что уже не удалось отстоять, к сожалению - это темный, тонкий мир Кэртианы. Выходцы, мармалюки, кэцхен - раттоны уже сумели подмять их под себя, и изменить, поэтому, от них тоже приходится теперь защищать столицу. Раттоны не собираются уничтожать наш мир, - пояснил Алва, опрокинув в себя очередной бокал, - но они изменяют его под себя. Вместо моря - ледяная пустыня. Вместо лесов и городов, не знаю, может быть, какие-то норы... Люди, юноша, тоже пришлись им по вкусу. Раттоны не убьют нас, но изменят, мы останемся жить, но станем другими, если они победят. И этой победы допустить нельзя. Ворон откупорил новую бутылку, поскольку вино в предыдущей кончилось.

Ричард Окделл: Ричард чуть передернулся, когда услышал возможные последствия действий этих крысомордых. - Вместо моей сестры ангела - ведьма, вместо Ее Величества - злая фурия, а вместо вас - ворчливый старик? - чуть усмехнулся Ричард, стараясь скрыть волнение от этих картин. - А на дружественные силы надеяться не стоит, да? - чуть поник Дик. Ричард отпил из своего бокала, чуть смотря в окно. Так вот почему земля плакала и просила его помощи. Положение оказалось еще хуже, чем Ричард себе представлял, хуже, чем он думал. Тяжелый груз ответственности упал на Ричарда. Он понимал, что от них четырех повелителей зависят судьбы всех. Либо они выиграют... Либо он потеряет Айрис, Ее Величество, эра... Всех. Так нельзя - Люди уже начали сходить с ума от этих крыс? А страны? Что происходит тут? - глухо, все еще смотря на землю за окном, сказал Ричард.

Рокэ Алва: Рокэ улыбнулся невесело фантазиям Дика. - Это в лучшем случае, юноша, - ответил он, - И надеяться сейчас можно только на себя, так что, примите все, как данность. Ничего другого нам не остается. Ворон проследил за взглядом оруженосца и тоже взглянул на сумерки за окном. - Люди напуганы, - ответил он, - Мы должны их защитить, пока это возможно, так что, патрулировать придется каждую ночь, пока не настанет финал. Какой - я не знаю, но буду стоять до последнего. И я надеюсь, вы со мной? - спросил он Окделла. - Что касается других стран, насколько я знаю из последних докладов - там такого не происходит, или это тщательно скрывают. Рокэ налил остатки вина себе и Дику в бокалы. - Нужно собираться, - сказал он, - Надеюсь, юноша, вы не разучились фехтовать, пока лежали в родовом замке?

Ричард Окделл: - Не разучился, Монсеньор, - голос Ричарда был несколько хмурым, когда он вспомнил свои битвы с крысой. Там не только фехтовать приходилось. И да, эр Рокэ, - словно чуть мстя за юношу, Ричард назвал герцога нелюбимым прозвищем, - Я с вами. Юноша и мужчины - или, быть может, уже двое мужчин - вышли из комнаты. Эпизод завершен



полная версия страницы