Форум » Оллария. Дома горожан, площади и улицы » "Романтики с большой дороги", 21 Осенних Молний, 398 к.С. » Ответить

"Романтики с большой дороги", 21 Осенних Молний, 398 к.С.

Бледный Гиацинт: Действующие лица: Адела Мартин Разбойники со Двора висельников(НПС)

Ответов - 31, стр: 1 2 All

Адела Мартин: Людям свойственно изо всех сил цепляться за тонкую нить надежды. Даже тогда, когда надежда эта кажется совсем уж безумной. Особенно тогда. Шли дни, а от отца не было никаких вестей, Адела старательно гнала от себя мрачные мысли и дурные предчувствия, но получалось плохо. Однако у нее еще оставалась одна, самая невероятная надежда. - Как там они его называли? Гастон? Дела даже в этом не могла быть точно уверенна. Однажды, задолго до всем теперь известной заварушки в «Дне», девушке удалось услышать имя одного из незваных гостей отца. Долговязого парня с повязкой на глазу подельники, кажется, величали Гастоном. Впрочем, Адела вполне могла ошибиться – неверно расслышать или понять. И все-таки это давало ей надежду. Вдруг с помощью одного из «висельников» девушка сможет узнать что-то о своем отце? Адела Мартин, конечно, была девицей отчаянной, но уж никак не глупой, а потому прекрасно понимала, заявиться во Двор висельников – верная смерть. Это если еще опустить жутковатые подробности. Но был один способ передать весточку тамошним обитателям, не слишком надежный, но более-менее безопасный. Каждый горожанин знал, едва ли ни все нищие столицы собираются подле собора святого Эгидия. Хромые, слепые, глухие и прочие обделенные судьбой, но не лишенные сообразительности личности непременно появлялись тут. Считалось, что все они просят милостыню, однако не одно подаяние служило им заработком, здесь же, во дворике, орудовали мелкие карманные воришки, высматривая кошельки поувесистей. Да и сами нищие внимательно присматривались к хорошо одетым господам, и если считали, что встреча с кем-то из них в темном переулке способна поправить благосостояние нескольких крепких парней, подавали условный знак своим подельникам. Тем оставалось лишь устроить горожанину «достойную» встречу… Некоторое время Дела размышляла, станут ли за ней следить. Но вскоре решила – у благородных господ есть дела поважнее, чем разбираться с бедовым семейством Мартинов. А даже если бы кто-то и желал присмотреть за Аделой, то поход в храм не вызвал бы никаких подозрений – девицам в беде положено молиться и искать помощи у Создателя. Так что ни от кого не скрываясь, девушка шагала теперь к собору святого Эгидия.

Бледный Гиацинт: Несмотря на траур в городе, а может быть напротив, из-за него, на площади у церкви было людно. Нищие попрошайки, старающиеся выглядеть как можно жалостливее, просили подаяние на все лады. Немолодая женщина в грязном платке, повязанном вокруг головы, и изорванной робе, поскольку иначе нельзя было назвать надетое на ней платье, босая, несмотря на холодную осеннюю погоду, держала в руках завернутого в тряпье младенца и бесконца била поклоны всем прохожим. Когда Адела поравнялась с ней, она вдруг замерла, внимательно глянула на нее, а после продолжила кланяться и выпрашивать монеты.

Адела Мартин: Адела раздала попрошайкам несколько мелких монет, не забывая при этом внимательно следить за собственным кошельком, закрепленным у пояса – отдавать воришкам всю имеющуюся наличность в планы девушки не входило. - Одна примета и едва расслышанное имя – один шанс из тысячи, - подумала Дела. – Что ж самое время испытать свою удачу. Девушка скользнула взглядом по мрачной толпе попрошаек, размышляя, с кем лучше заговорить. Дочка трактирщика размышляла недолго, выбор ее пал на женщину в лохмотьях, прижимавшую к себе младенца. В следующий момент Адела положила перед ней монету чуть покрупнее той, что обычно подают нищим. - Как тебя зовут? – спросила она обездоленную.

Бледный Гиацинт: - Роберта, госпожа, - ответила та, поспешно пряча монетку. - Спасибо за щедрое подаяние... Я помолюсь в за ваше здоровье, и ваших родных, - пообещала она. - День-то какой... Все ко дворцу цветы носят на упокой усопшего короля нашего... - добавила нищенка, - Но сперва надо бы и в храм заглянуть. Ребенок у нее на руках расплакался, и бродяжка принялась разворачивать на нем грязное тряпье, чуть отвернувшись от Аделы.

Адела Мартин: - Да, нелегкое теперь время, - уклончиво ответила Адела. О смерти короля в городе говорили много, но девушке было недосуг слушать сплетни. Как и положено добропорядочной горожанке, Дела присоединилась к общей молитве за короля в приходской церкви, но сказать, что девушка сильно скорбит о его смерти, было бы обманом. Правителя, конечно, жаль, но собственные печали и заботы волновали дочку трактирщика гораздо больше... Дождавшись, пока нищенка успокоит ребенка, Адела заговорила снова. - У меня знакомец один есть, из ваших. Приметный такой парень - Гастоном зовут. Носит повязку на глазу. Так вот дело у меня к нему, поговорить хочу.

Бледный Гиацинт: - А ты в храм зайди, - продолжила советовать нищенка, - Сегодня все там... Она отвернулась от Аделы, давая понять, что продолжать разговор о Гастоне не будет, но какой-то грязный оборванный мальчишка, стоявший неподалеку и явно слышавший разговор, вдруг глянул на Аделу и сорвался с места, затерявшись в толпе.

Адела Мартин: Адела только плечами пожала. Что ж, в храм, так в храм. Она все равно собиралась зайти в собор, ведь иначе ее приход на площадь мог бы показаться слишком странным. - В храм я, конечно же, зайду, для того ведь и пришла сюда. Скоро назад идти буду, так что подумай, не знаешь ли, где Гастона отыскать. Или, может, кого из друзей его. На обратном пути еще раз спрошу. Если сможешь подсказать, получишь еще одну монету, хватит тебе на достойный ужин и на молоко для ребенка. Сказав так, Адела зашагала к собору. Всего через несколько мгновений девушка потянула на себя тяжелую кованную дверь и вошла внутрь. В интерьере храма царил полумрак и, оказавшись там после яркого дневного света, Дела ненадолго будто бы ослепла.

Бледный Гиацинт: - Храни тебя Создатель, - сказала ей вслед нищенка свою дежурную фразу. Собор был не сказать, что битком набит, но народа внутри было достаточно. У стен расположились все те же оборванцы, кто-то из людей поприличнее молился сидя на рядах, а к Аделе вдруг шмыгнул все тот же мальчишка, что отирался возле нищенки, и дернул ее за руку. - Иди за мной, если тебе Гастон нужен, он с тобой тоже говорить хочет, - сказал он, шмыгнув носом, и скрылся за колонной, обернувшись на Аделу, словно предлагая последовать за ним.

Адела Мартин: Когда глаза Аделы несколько привыкли к полумраку, девушка, наконец, смогла получше разглядеть внутреннее убранство храма, однако слишком долго глазеть на росписи и не менее живописных посетителей собора ей не довелось. Откуда-то вынырнул шустрый мальчишка и посулил дочке трактирщика встречу с тем, кого она искала... - Не годиться, конечно, поминать Леворукого в храме, но, говорят, за удачу отвечает именно он, - размышляя так, Дела невольно усмехнулась. - Что ж, либо Зеленоглазый сегодня мне благоволит, либо наоборот - все это лишь его злая шутка, и за пределами храма меня ожидают только неприятности... Адела никогда не была глупой, а потому прекрасно понимала - второй вариант гораздо более вероятен, но... Но это была ее единственная возможность узнать, что случилось с отцом, а значит надо было идти. Даже если Леворукий собственной персоной в компании всех своих кошек ожидает ее там лично! - Иду, малец. Девушка поспешно шагнула вслед за своим чумазым проводником.

Бледный Гиацинт: Мальчишка явно чувствовал себя среди толпы и колонн собора, как рыба в воде. Он ловко лавировал вперед между встречающимися по пути "препятствиями" и следил, чтобы Адела следовала за ним и не потерялась. Как оказалось, в стене храма был какой-то таинственный ход со ступеньками вниз, довольно темный. - Давай сюда, быстро, пока не заметили, - позвал он Аделу, шмыгнув в проход, - Тут темновато, но зато, лестница сразу выведет, куда надо. Ты иди прямо за мной и ноги аккуратно ставь... Он начал спускаться по ступенькам винтовой лестницы.

Адела Мартин: Адела ожидала, что мальчишка выведет ее куда-то за пределы собора, но оказалось, что для встречи с "висельниками" девушке даже не нужно покидать храм. Странный потайной ход обнаружился тут же, неподалеку. Предстоящий путь во тьму Делу вовсе не радовал, дочка трактирщика уже успела пожалеть, что не захватила с собой из дому хотя бы старый и ржавый кинжал. Конечно, это было не слишком надежное оружие, но оно давало хоть какой-то шанс в случае чего оказать сопротивление. Но, увы, даже этого шанса у нее сейчас не было. Внутренний голос подсказывал дочке Роберта Мартина, что встреча с Гастоном вряд ли обернется культурной светской беседой, однако разговор с "висельником" по-прежнему оставался единственной возможностью узнать о судьбе отца. А значит придется идти. Хоть во тьму по винтовой лестнице, хоть к самому Леворукому в пасть... Девица вздохнула и начала неспешно спускаться вниз вслед за своим провожатым. В конце-концов, Адела решила, что какие-то подручные средства для собственной защиты она сможет найти даже в подземелье, ведь в изобретательности девушке точно никак нельзя было отказать.

Бледный Гиацинт: Лестница вывела в подвал храма, освещенный коптящим факелом на стене. В самой стене зияла арка-желоб для сточных вод, в которую можно было войти, пригнувшись. Мальчишка быстро юркнул туда и сказал Аделе: - Ты не бойся, ноги не замочишь. Тут по краю можно пройти, недолго... Я тебя выведу к Гастону, идем. Он протянул ей чумазую руку, призывая идти за ним.

Адела Мартин: Слегка подобрав подол юбки, чтобы ненароком не споткнуться, Адела осторожно спускалась по полутемной лестнице. Мальчишка впереди шагал весьма уверенно – сразу видно, не впервые ему приходится идти этим путем. Из подвала тянуло холодом и сыростью, кажется, служители храма не слишком-то заботились о том, чтобы содержать его в чистоте. Девушке подумалось, что, скорее всего, слуги Создателя знали о том, что ребятки вроде Гастона время от времени шастают по этому маршруту, а потому опасались встревать в дела «висельников». О том, что бандиты могли быть в доле с кем-то из нечистых на руку храмовников думать не хотелось… Когда в конце лестницы никакой засады не обнаружилось, Дела даже позволила себе облегченно вздохнуть, но расслабляться было рано – впереди дочку трактирщика еще ожидал путь через арку сточных вод. - Иду, куда уж я денусь, - девушка отправилась вслед за своим спутником, принимая его руку. Адела не сделала еще и пары шагов, как из-под ее ног испуганно метнулась крыса. Девушке стоило больших усилий, чтобы не завизжать от испуга – этих серых обитателей столицы Дела не жаловала. Девица Мартин теперь изо всех сил старалась убедить себя, что хвостатая тварь была тут в полном одиночестве, хотя здравый смысл Аделы подсказывал ей совсем другое… - Ну и запах тут! – сточные воды воняли гнилью. – Не лучшее, знаешь ли, место для прогулок! Что часто тут бродишь? Болтовня ни о чем позволяла девушке ненадолго отвлечься от неприятных мыслей. Они с мальчишкой бодро топали по невысокому тоннелю, время от времени даже Деле приходилось скрючиваться. Но проводник не обманул – их путь по воде длился действительно не так уж долго.

Бледный Гиацинт: - А ну брысь! - шикнул мальчишка на крысу и тут же обернулся к Аделе, - Они трусливые тут, убегают сразу, просто так не кинется, - постарался утешить он ее. - Да вот, пришли уже! После выхода из арки перед Аделой и ее провожатым открылись глубокие катакомбы, настоящий подземный мир, освещенный чадящими факелами, видимо, давно живущий по своим правилам и устоям. "Жители" этого мира не заставили себя ждать, и тут же появились из-за груды каких-то нагроможденных ящиков и ширм из тряпья и мешковины - все хотят иметь иллюзию личного пространства.. Одним из них был тот самый одноглазый Гастон с повязкой, с которым хотела поговорить Адела. Двое других тут же зашли сзади, закрывая ей выход через арку. Чумазый мальчишка тут же незаметно скрылся куда-то, словно и небывало. - Ну что ж, девица Мартин, потолкуем, раз пришла? - предложил "висельник".

Адела Мартин: - Ох, - только и усела выдохнуть Адела. Неожиданное явление господ «висельников» оказалось весьма впечатляющим зрелищем! Персонажи – столь яркие, что ни одному менестрелю ни за что не придумать таких нарочно – выползали чуть ли не со всех щелей. Похоже, ребятки давно обжили это гнилое местечко. Сперва девушка остановилась, а затем даже немного отступила назад, но, оглянувшись, поняла, что обратного пути не было. Сердце Делы бешено колотилось, а в душу предательски вползал отвратительный липкий страх. Казалось еще немного, и дочка трактирщика будет готова сорваться и броситься бежать. - Сделаешь так – и упустишь свою единственную возможность разузнать об отце… – пронеслось в голове у девушки. Такая простая и очевидная мысль вдруг помогла Деле придти в себя и справиться с волнением. Глубоко вздохнув, она сжала кулаки и вздернула подбородок вверх, чтобы казаться понаглее. Сейчас главное не показать этим голубчикам свой страх, тут ведь как с бродячими собаками – стоит своре понять, что ты боишься, и они тут же бросятся, оскалив свои вонючие пасти. Аделе понадобилась вся ее воля, чтобы казаться спокойной, но, кажется, у нее даже неплохо получалось. - Поговорим, а как же, затем и явилась. Пожалуй, с Гастоном не стоит долго ходить вокруг да около, вряд ли «висельник» оценит тонокости умной беседы. - Я хочу знать, где мой отец.

Бледный Гиацинт: Гастон кивнул и галантно предложил Аделе руку. - Негоже прямо у входа говорить о делах, - усмехнулся он, - Пойдем, поговорим о твоем отце, мне есть что тебе сказать.

Адела Мартин: Похоже, Гастон решил поиграть в ловеласа. Адела, правда, плохо себе представляла, как млеют здешние дамочки под томным взглядом единственного глаза «висельника», но вслух говорить об этом, конечно же, не стала. Вместо этого девушка решила подыграть неожиданному любителю галантных бесед, насколько уж это было в ее силах… - Ну, пойдем, чего уж, - Дела осторожно оперлась на руку одноглазого, стараясь при этом не находиться к нему слишком близко. - Вот только, если ты собрался со мной светские беседы вести, может, своих галантных друзей отпустишь отдыхать? Адела указала на парочку бандитов, расположившихся возле арки. - Или тебе теперь не положено без свиты ходить? А может… Тут девица решила сделать многозначительную паузу. - Может, ты меня боишься? Так я тебя обижать, вроде как, и не собираюсь. Дочка трактирщика пожала плечами. Все-таки хорошо смотреть на мир с усмешкой – так ведь гораздо легче совладать с собственными тревогами и страхами.

Бледный Гиацинт: - Они здесь живут, куда их отпускать? - ответил Гастон, - Здесь наше общее пристанище. Он вел и вел девушку вперед, в полутемные катакомбы, поворот за поворотом, и везде здесь были люди, кто-то из оборванцев, просивших милостыню на площади, подсчитывал дневную выручку, кто-то, разложив костер, готовил на нем какое-то варево, кто-то просто отдыхал на устроенных вдоль стен лежанках. Когда арка выхода осталась далеко позади, Гастон усадил Аделу в некое подобие кресла у колченого стола, зажег на нем свечу в плошке и сам устроился рядом. - Вот теперь можно все обсудить, - сказал он, - Я сам ищу твоего отца, вернее, не я, а наш главарь, Тень его желает найти. А я должен, стало быть, это пожелание выполнить, потому что я с твоим отцом раньше кое-какие дела имел. Когда я узнал, что ты меня ищешь, я подумал, что с тобой мне это сделать будет проще, - добавил "висельник".

Адела Мартин: - Не самое приятное местечко, - заметила Адела в ответ на реплику об общем доме. Сказала скорее просто так, без особого умысла, все-таки было глупо утверждать очевидное. Девушка изо всех сил старалась не показать, как ее пугают здешние обитатели – калеки в лохмотьях; рослые громилы, сурово глядящие из подлобья; безобразно худые женщины – все они казались выходцами из Заката, хотя, пожалуй, даже Зеленоглазый опасался бы держать таких подле себя. Местные обитатели косились на них с Гастоном, но, к счастью, приблизиться никто не решался и разговору не мешал. Адела осторожно уселась на краешек ободранного кресла, и ее «трон» тут же едва не завалился на бок, что было не удивительно, учитывая то, что он обладала всего тремя ножками вместо четырех, да и те были изрядно погрызены хвостатыми соседями местных. Девушке удалось удержать равновесие и даже устроить кресло в более-менее устойчивом положении. - Почему я должна тебе верить? Откуда мне знать, что тебе и правда ничего не известно об отце? Ожидать от бандита правды было бы глупо, но можно попытаться узнать, хоть что-то достоверное. - Что за дела ты вел с моим отцом? И что случилось в «Дне»? Почему отца теперь ищет королевская охрана? Такие ребята не станут суетиться из-за какой-нибудь обычной трактирной заварушки.

Бледный Гиацинт: - Если бы мне было известно, я б сейчас говорил с ним, а не с тобой, - усмехнулся Гастон, - Но Мартин скрылся после облавы, про которую тебе уже тот белобрысый капитан рассказал, как я понял, сбежал и от чужих, и от своих, раз ты его ищешь. Что за дела - это ты сама у отца спросишь, если он найдется, только денежки на трактир ему не с неба когда-то упали, сама должна понимать... В общем теперь, чтобы отца вернуть, тебе немного пожить тут придется. Ты не бойся, - добавил Гастон, - Из наших тебя тут никто не тронет, я прослежу. По городу распустят слух, что ты пропала. Так что Мартин за единственной дочерью явится обязательно, коль он жив, - пообещал "висельник" девушке.

Адела Мартин: - Деньги на трактир – приданное моей матери, - без темни сомнения ответила Адела «висельнику», изо всех сил теперь старавшемуся очернить ее отца. – Про дела спрошу, уж не сомневайся, да вот только любопытно было бы твою историю послушать. Раз уж ты на отца так смело напраслину возводишь. В словах Гастона была доля правды, и Адела, к сожалению, это понимала, однако верить в то, что отец был замешан в кровавых делишках, девушка отказывалась, так что оставалось лишь выяснить, что именно поручали «висельники» Роберту Мартину, и как глубоко он мог увязнуть … Но здраво поразмыслить об этом Дела не успела, услышав следующие слова Гастона, девушка едва не задохнулась от возмущения. - Пожить немного? Мне? Здесь? Адела рывком вскочила со своего кресла, которое, не преминув воспользоваться случаем, тут же потеряло равновесие и шлепнулось на пол. - За приглашение, конечно, благодарю, - криво улыбнулась девица Мартин. – Но у меня, знаешь ли, дела. Так что в другой раз как-нибудь. Да, в другой раз непременно. Продолжая говорить, девушка медленно отступала назад, в сторону одного из поворотов извилистого коридора, по которому они сюда пришли. - Интересно, уже пора бежать или стоит подождать момента получше? – подумала Дела. И все-таки решилась на первый вариант. Чуть подобрав полы своей длинной юбки и прихватив заодно с нею еще пару нижних, Адела бросилась прочь. Дороги она не разбирала, но, как ей казалось, теперь со всех ног неслась назад, к спасительной арке. Бежать в подземелье было не очень-то удобно: то и дело любимая дочка Роберта Мартина спотыкалась о наваленное всюду тряпье, рискуя подвернуть себе ногу; несколько раз девушка едва не поскользнулась на мокром полу; да и дышать зловонным воздухом катакомб становилось все труднее.

Бледный Гиацинт: Гастон не двинулся с места, когда после предложения "погостить" у висельников, от которого, на самом деле, невозможно было отказаться, Адела все же попыталась это сделать, вскочила и опрометью кинулась бежать, в надежде вернуться к выходу. Но сделать это было не так просто. Арка со сточными водами осталась не только далеко позади, но и отыскать ее теперь было не так просто, поскольку Гастон вел "гостью" поворотами и закоулками. Кроме того, в обычное время арка была закрыта решеткой и завалена ящиками и тряпьем, чтобы далеко не все служители и посетители храма могли спуститься по лестнице и пройти в обиталище висельников. Большинство и не подозревало о нем. Так что Гастон лишь сидел и ждал, пока девушка набегается вдоволь, и следящие за ее попыткой вернуться к выходу его сообщники приведут ее, запыхавшуюся, назад.

Адела Мартин: Такого разочарования Адела не испытывал уже давно. Столько плутать в вонючих подземельях «висельников», чтобы, в конце концов, упереться носом в гору тряпья на месте спасительной арки! Когда девушку под белы рученьки привели обратно к Гастону, она уже успела несколько раз помянуть Леворукого и его пушистых любимцев, а также вспомнить еще пару крепких словечек, которые ей когда-то довелось слышать, но до сих пор не приходилось использовать… – Так, Одноглазый, слушай-ка очень внимательно! – дыхание сбивалось, и говорить было трудно. Да и о вежливости и прочих глупостях Адела в бешенстве как-то разом позабыла. – Ты сейчас же прикажешь своим громилам вывести меня наверх, а не то я здесь такое устрою, что даже твоим дружкам «висельникам» мало не покажется! Что и как она будет делать, Адела придумать еще не успела, но в любом случае, девушке показалось, что эта угроза прозвучала весьма убедительно.

Бледный Гиацинт: Гастон в ответ только усмехнулся. - Ты пораскинь мозгами, девушка, - сказал он, - Ну выйдешь ты сейчас наверх, и что? Отца как не нашла, так и не найдешь. А мне все равно его отыскать надо, Тень велел, - повторил "висельник", - И я хоть с тобой, хоть без тебя справлюсь, но с тобой получится быстрее. Так что ты подумай, может, подсобим друг другу? Не умрешь ты тут за пару дней. Будешь хорошо себя вести - устрою, как королеву, - важно пообещал Одноглазый, - А нет - запрем в каморке с крысами, чтобы поостыла. Ну? Гастон вопросительно посмотрел на Аделу, ожидая ответа.

Адела Мартин: - Что мне наверху делать уж как-нибудь без тебя решу! Тоже мне помошничек нашелся! Адела тряхнула головой, пытаясь отбросить назад непослушные волосы. Эх, врезать бы сейчас этому наглому одноглазому типу! Толку, конечно, будет мало, но хоть на душе полегчает... Приличным девушкам, разумеется, так думать не полагалось, но иногда очень уж хотелось... Тем временем Гастон уже успел пообещать Деле каморку с крысами... Устраиваться в компании этих мерзких серых тварей девушке совсем не хотелось. Да к тому же, если ее запрут в каморке, вряд ли она сумеет бежать. А вот если "висельники" решат, что дочка Роберта Мартина одумалась... Ей, вполне возможно, разрешат свободно бродить здесь, в подземелье, и рано или поздно (хотелось бы, конечно, пораньше) Дела сумеет отыскать другой выход или же дождаться, когда для кого-то вновь откроют ту проклятую арку. - Хорошо, хорошо. - поспешила ответить Адела. - Отпусти своих товарищей отдыхать - никуда я не денусь. Оставалось только надеяться, что Одноглазый в это поверит.

Бледный Гиацинт: Гастон довольно кивнул. - Отведите ее к себе, пусть отдохнет, - сказал он своим "висельникам", - Не бойся Адела, осваивайся пока, я тебя после навещу. Девушку потащили под руки вперед, снова какими-то закоулками, то освещенными, то нет, потом, наконец, привели в просторный отсек, отгороженный от прочих переходов в катакомбах старой изъеденной молью шелковой ширмой. Гастон не обманул, там была и мягкая постель, и удобное кресло, и таз с чистой водой для умывания, а на столе с вышитой скатертью блюдо с фруктами, графин с приличным белым вином и бокал. Вот только из стены торчало намертво вкрепленное кольцо, из которого тянулась длинная цепочка с оковами на конце. Не смотря на все сопротивление девушки, "висельники" все-таки защелкнули его на ее ноге. Цепочки хватало для того, чтобы ходить по всему помещению до ширмы. - Огоньку мы тебе, извини, не дадим, - сказал "висельник", снимая со стены факел, - Чего доброго пожар устроишь. Света тебе и оттуда хватит, - он махнул рукой в проход, - Если чего понадобится - кричи, пичужка, кто-нибудь подойдет. А сбежать не пытайся, цепь тебе не снять, да и здесь ты не без присмотра... Одноглазый тебя скоро проведает, - пообещал он, и "висельники" ушли.

Адела Мартин: Кажется, удача окончательно отвернулась от бойкой девицы Аделы Мартин. Пока «висельники» тащили ее по коридору, девушка еще надеялась вырваться, но вид цепи с железным браслетом значительно подорвал боевой дух дочки Роберта Мартина. К чести Делы стоит отметить, что без боя она не сдалась. На стороне бандитов было явное преимущество в числе и силе, и сперва все попытки девушки вырваться оказались тщетными. Однако вскоре и на ее счету оказалась маленькая победа – исхитрившись развернуться, Адела смогла изо всех своих сил врезать одному из «висельников» по ноге. Пострадавший цветасто выругался и схватился за ушибленное место. Впрочем, его товарищ оказался более ловким и умудрился скрутить упирающуюся девушку. Однако чуть позже и ему тоже досталось – в какой-то момент Адела сумела недолго высвободиться и полоснула бандита ногтями по лицу, на манер тех животных, чей хозяин давно всем известен… Мужчина зло сплюнул и только крепче ухватил брыкающуюся девицу. Скажем честно, не все тычки, которые Дела раздавала своим обидчикам доставались по назначению, но, судя по ряду грязных ругательств, хотя бы некоторые из них достигли цели. В общем, когда застежка браслета щелкнула на ноге у Аделы, висельники вздохнули с облегчением. Тяжело дыша, девушка из-под лобья смотрела на своих тюремщиков. Те задерживаться не стали, забрали факел, оставив девицу в полумраке и пообещав ей визит Гастона. Адела ответила им, запустив вослед «висельникам» самое крупное яблоко из блюда, надеясь, что они им подавятся. Не попала, увы… Дела плюхнулась в кресло и, наклонившись вперед, принялась внимательно рассматривать браслет на ноге, тут бандиты проделали все без сучка, без задоринки – застежка вошла до самого конца; крепления, хоть и слегка тронутые ржавчиной, были довольно устойчивыми да петли оказались крепкими. Такой замок запросто не откроешь. Девушка с досадой хлопнула себя по колену. Затем поспешно вскочила на ноги и попыталась выдернуть цепочку из стены, что, разумеется, тоже оказалось бесполезно. Все чего сумела добиться Адела – это содранная кожа на ладонях. Разумеется, было больно, но обидно было гораздо больше. Девица безнадежно огляделась вокруг. - А что – наверняка по меркам «висельников» - это шикарные апартаменты, - подумалось Деле. – Тут, небось, и местное дворянство не стыдно принимать! Герцогов и маркизов «висельников» – владельцев подземелий и подворотен, повелителей местного отребья, наделенных правом казнить и миловать в своих владениях! Девушка криво усмехнулась – шутка вышла горькой. Пока те самые «герцоги и маркизы «висельников» вполне могли решить казнить и одну бойкую девицу...

Бледный Гиацинт: Гастон хоть и обещал, но в этот день так и не явился. Вместо него пришла грубая, но не злая пожилая женщина, которая принесла Аделе еду и сообщила ей, что на дворе давно ночь, и лучше бы ей лечь спать. Она сама расстелила ей постель и даже предложила помочь раздеться и умыться, а также объяснила прочие подробности соблюдения гигиены в тех условиях, где находилась девушка.

Адела Мартин: Похоже, «висельники» действительно считали Аделу какой-то важной особой, даже выделили ей служанку из числа местных обитателей. Женщина эта, хоть и не проявляла злости, а все ж вызывала у дочки Роберта Мартина некий суеверный страх, как едва ли не все в этом мерзком подземелье. - Нет уж, спасибо, раздеться я как-нибудь и сама сумею. Ребята ваши мне еще руки и ноги не переломали, хоть и старались очень. В доказательство своего утверждения Дела продемонстрировала ногу, «украшенную» увесистым браслетом. Пожав плечами, женщина удалилась. Выждав, пока ее шаги затихнут где-то вдали коридора, девица принялась шарить глазами по полу, пытаясь найти нечто, что могло бы послужить отмычкой. В темноте видно было плохо, а потому Адела принялась елозить по полу руками. Увы, ее поиски успехом не увенчались – в руки девушки попадало множество запыленных вещей – мелкие монеты, лоскуты ткани, огрызки от яблок и прочее в том же духе, но ничего из этого никак не могло помочь Деле справиться с замком. Обессилев, девушка снова опустилась в кресло. Есть и пить здесь она так и не решилась, в еду или вино могло быть подмешано сонное зелье или другой какой-нибудь дурман, а может даже и отрава. С едой было легче, в людный день в трактире Аделе приходилось хлопотать целый день, не имея даже минутки на то, чтобы хоть немного перекусить, так что заглушать чувство голода девушка давно уже привыкла. А вот с питием дело обстояло хуже – после недавней пробежки, а также из-за душевных переживаний во рту пересохло, так что этот отказ стоил девице Мартин немалых усилий. Оставалось лишь наедятся, что надолго она тут не задержится… Сидя в кресле, девушка тревожно прислушивалась к каждому шороху и каждому слову в подземелье, пытаясь угадать, не явятся ли за нею головорезы. И лишь под утро, сама того не заметив, забылась беспокойным сном, свернувшись калачиком прямо в кресле.

Бледный Гиацинт: В следующие несколько дней, которым девушка, возможно, потеряла счет, Аделу навещала только все та же женщина, приносила еду, воду, прибирала в комнате, но на вопросы особенно не отвечала. Говорила, что вот мол, Гастон придет, тогда и объяснит все, а пока его нет в катакомбах. Наконец, тот все-таки явился, очень довольный, и скаал Аделе, что ее отец все-таки "клюнул" на известия о пропаже дочери, которые по всему городу разнесли его люди, и теперь, он согласился на встречу, на которую сегодня же вечером они отведут Аделу. Также сказал, что за трактир чтобы она не волновалась, за ним тоже присматривали, и в отсутствие хозяев никто там ничего не разграбил. Впрочем, служившие в трактире люди дело свое знали и были верны хозяевам.



полная версия страницы