Форум » За пределами » Мистерия по одноименной пьесе великого Бумагомараки Ричарда "Уезжайте, я прикрою!" » Ответить

Мистерия по одноименной пьесе великого Бумагомараки Ричарда "Уезжайте, я прикрою!"

Ричард Окделл: Действующие лица: Ричард Окделл - исполняет... не поверите, Ричард Окделл. Катарина Оллар - Катарина Оллар

Ответов - 13

Катарина Оллар: *сидит в кресле и играет на арфе, перебирая струны тонкими бледными пальчиками*

Ричард Окделл: *ворвался в покои королевы подобно дикому вепрю, необузданному ливню или буйнейшему вихрю* О, Катари нас ждет с тобой блаженство! Ведь я - второе совершенство. Я к Рокэ Алве ближе все-е-ех, А он уехал! Ждет меня успе-е-ех. Утешу тебя, милая моя, Когда он на войнушку променял тебя. Я круче Алвы в сорок раз, А Алва старый ... кхм *покрснел* А Алва старый...*думает* А Алва стары-ы-ыйй ловелас! *опускается перед королевой на одно колено* О, свет очей моих! Катари! Рокэ Алва уехал по делам или просто где-то шляется, а я, как его оруженосец просто обязан его подстраховать, заменить и прикрыть. Поэтому сегодня ночью я останусь охранять тебя у твоих дверей! Я буду смотреть, чтобы никто не посмел причинить тебе вред, ведь тут сплошные навозники, которые только и думают, как бы тебе насолить. Катари... я.... я сделаю все, чтобы ты даже не почувствовала, что Рокэ Алвы нет! Вот... смотри. *покраснел от того, что ему предстоит сделать, но потом вспомнил, что все это во благо и что вообще он должен. Просто должен. Дик шлепнулся в ближайшее кресло, по-хозяйски в нем развалился и попытался рявкнуть. Правда, получилось лишь жалкое лепетание* - Карьяра, - словно извиняясь, пробормотал он. - Есть в этом дворце кэналлийское?! - Дик очень надеялся, что его памятка, где написаны все обычные выражения монсеньора ему поможет.

Катарина Оллар: *перепуганно встрепенулась, когда Дикон ворвался в зал. Струны арфы жалобно звякнули под сорвавшейся рукой хозяйки. Смотрит на поющего юношу, сначала во все глаза, потом на бледно-розовых губах замирает легкая улыбка. Когда тот опускается в кресло и "рычит" про кэналлийское, улыбается чуть шире, потом, наконец, произносит* Дикон, *смотрит на юношу* Тебе вовсе не нужно стараться быть похожим на Ворона, чтобы мне понравиться. Ведь ты такой милый... Особенно, когда говоришь "каррьяра!" *не удержалась и фыркнула со смеху*

Ричард Окделл: - Я-то, положим, милый, эрэа, и не подумайте, что я ему подражаю, просто.. это обязанности оруженосца. Должен же я помогать ему исполнять его обязанности когда он с ними не справляется, - тут все же не удержался, покраснел от удовольствия и тихо добавил: Карья-я-яра~

Катарина Оллар: Дикон, мы же были на "ты" *напомнила* И мне было приятно, когда ты назывл меня Катари, хотя... а, ну если ты сейчас как-будто бы за него, тогда, конечно же, "эрэа" больше подойдет... *улыбнулась, снова услышав забавное слово из уст Дика* А ты знаешь, ведь Рокэ при мне этого слова еще никогда не произносил. Интересно, что оно значит? *с любопытством посмотрела на юношу*

Эстебан Колиньяр: ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ Те же и Навозник - эпизодический Антигерой, сводный брат Бабайки и Мармалюки, фольклорное чудище без Чести и совести, существующее в подсознании Ричарда Окделла. В пьесе представлен в образе Эстебана Колиньяра. *дверь покоев с треском вылетает и в проломе, в победном сиянии искрящейся на солнце пылюки, появляется Эстебан Колиньяр, одетый так, как себе может позволить только очень богатый крестьянин. На его дегенеративной голове благородно сверкает дорогими каменьями надетая поверх соломенной шляпы корона. Он мертвецки пьян, исполински грязен и ведёт себя в полном соответствии с детскими представлениями автора о Навозниках, являя собой грубого, подлого и циничного мужлана, которому плевать на всё, включая то, что в списке действующих лиц он не заявлен. Не заметив Ричарда Окделла, он вразвалочку подгребает к Катарине Оллар, походя зачем-то обрывая картины и сморкаясь в портьеры* Возрадуйтесь, благую весть принёс я! Супруг Ваш, слабоумный Фердинанд, Сегодня утром умер в страшных муках. Я сам глаза закрыл ему подушкой И придушил как следует, а после Стащил с чела его лилейного корону И на башку свою безмозглую напялил! (гнусно ржёт и корчит мерзкие рожи, всячески экспонируя свою разнузданность и дебильность) Отныне я – король Всея Талига! И, следуя традициям фамильным, Женюсь я на уродине богатой, С которой мы на ложе королевском Наделаем дебилов венценосных. А Вас я волею своею августейшей Отправлю в монастырь олларианский Иль выгодно продам в бардак заморский, Но прежде – сам попользуюсь немножко! (замечает Ричарда Окделла) А ты чего расселся? Задёрни шторы, поклонись и проваливай.

Ричард Окделл: Увидев Эстебана, витязь смелый, Опешив от такого разгильдяйства, Решил немного в обморок упасть. Однако падать было невозможно, Герой и так сидел. Уж очень сложно Было бы проделать это вновь. И Ричард, как положено герою, Решил врагов всех оборжать. Однако ж образ очень кстати, Ведь легче Алвой обсмеять, Чем Диком злиться и молчать. *тут Дикон почти был готов забыть старые обиды, ведь отрицательный герой - это самое что ни на есть нужное в его пьесе.Он даже был готов не ругать Эстебана за то, что его наняли в уборщики, а он полез на сцену. Все, это новая звезда театра. Ему даже светит двойной оклад, уж очень здорово играет. Правда, это было немного странно, что навозник сам убил своего короля. По всем законам чести его полагалось бы обозвать народным героям и причислить к людям Чести... Мм, нет. Это слишком. Он же отрицательный персонаж, значит, поверг узурпатора не из благородства, а из гнусности. Впрочем, какая ему разница, он де сейчас Как Алва* - О, ызарг и щенок безмозглый, Тебе уж лучше помолчать, А то я Грозный герцог Алва Тебя велю обрить, связать. Уж не видал ты, как в Варасте, Мы брили этих самых барсов, Иди-ка прогуляйся в Багерлее, Это лучше, чем висеть на рее. И это есть твоя награда, А большего тебе не надо. О Катари, то слово просто суета, Для нас оно ничто. Раз ты не хочешь, забуду навсегда. Уж скоро Альло будет здесь Трон пуст, а он король и есть. *герой переводит дыхание, суфлер не знает, где актеры нашли этот текст, у него паника, зрители в восторге*

Катарина Оллар: *сидит бледная и перепуганная, переводя взгляд с одного юноши на другого, прижав руки ко рту и не веря в то, что, наконец, вдова*

Эстебан Колиньяр: (Катарине, негромко) Сам в шоке. Здесь Эгмонт - святой, "эр Август" - хороший, А я – недоумок, подлец и уборщик! Здесь Альдо не сдохнет, свалившись с коня, А ты выбираешь его, не меня! *зашвырнув текст куда-то в партер, подваливает к герою с явным намерением превратить его мистерию в собственный бенефис* Герцог Алва? Неужели? *подмигнув королеве, подыгрывает* Надо же, какая Честь! Одного не разумею – Что Вы делаете здесь? Я слыхал, что Вы в Гайифе - Мол, пришли туда с войной И сдались без боя с криком: "Не стреляйте, я же свой!" *ржот* Простите, герцог, только без обид, Вы – Наше-Всё, а я – дурной и пьяный. *примирительно* Скажите лучше, где Ваше-Ничто, Которым Вы обзавелись в День Фабианов?

Ричард Окделл: *эх, вроливаться, так вроливаться* Юноша, что это Вы так раскисли? Неужели захотелось поэкспериментировать или, не дай Создатель, повторить судьбу Джастина Придда? "Ты выбрал не меня".. А тебе очень хотелось? *насмешливо* Впрочем, не расстраивайтесь, уборщик моих конюшен по прежнему Вы. А Альдо так, погулять вышел. Да я даже Вас до конюха повышу. А вот Белоштанного Господина на освободившуюся вакансию и примем... Что касается войны, мы ее уже закончили. Специально для меня (наверное, и до туда дошли слухи, какой я развратник) в мирный договор включили один пукнт... Гайифа отказывается от всех завоеванных земель и будет платить дань, если Талиг возьмет некоторые гайифские обычаи... Вы, небось, этому будете очень рады... Что касается Фабианова Дня, это "ничего", наверное, Вы, Вас же я не брал. Или любой другой кандидат... Вообще, я был тогда не очень трезв, точно ничего сказать не могу. Еще я, кажется, приобрел оруженосца. не скажу, что много пользы получил, зато жить веселее не в пример стало. Надеюсь, я удовлетворил Ваше любопытство? *насмешливо* И вообще, что Вы стоите? В ногах правды нет. Присаживайтесь, сейчас позовем слугу и устроим какую-нибудь невероятную пьянку. А почему бы и нет? Катарина, Вам белого, красного, ликеров?

Катарина Оллар: Мне нельзя... *тихо прошептала*

Эстебан Колиньяр: Катарина Оллар, и давно это с ним? *несколько озадаченно* - Рискую крепко Вас расстроить, герцог, Но говоря: "ты выбираешь не меня", Я обращался к госпоже Ариго. Не стану спрашивать с чего Вы взяли, Что эту реплику я Вам адресовал, Как и про то, с чего Вы вдруг решили, Что я в восторге от обычаев гайифских, Оно понятно - по себе судили. Спрошу другое: Вы в своём уме? А то такое впечатленье, что Вы, Коль Вас умом природа обделила, Решили попытаться жить чужим. И эттто... уточню на всякий случай – Сейчас я обращался к Окделлу. Он дома? *звонко постукал в ричардову черепушку*

Ричард Окделл: Кто там?



полная версия страницы