Форум » Королевский сад » Конная прогулка (приват для Марианны) » Ответить

Конная прогулка (приват для Марианны)

Лионель Савиньяк: Тихая улочка одной из окраин Олларии близ городских ворот, за которыми начинаются зеленые поля и густой лес. Держа под уздцы своего Вигго и белую полумориску Бэль с дамским седлом, Савиньяк ждет баронессу во время, условленное в записке, переданной ей слугой.

Ответов - 102, стр: 1 2 3 4 All

Марианна: Карета остановилась на соседней улочке и грум отворил дверцы, подавая руку даме. Баронесса осторожно ступая по булыжной мостовой отошла в тень деревьев, натягивая плотнее узкие перчатки. Она не виделась с капитаном три долгих дня, за это время успев многое передумать. Сейчас она может позволить себе прекрасную прогулку в обществе Лионеля. Выбрав для такой встречи бархатное темно-зеленое платье, Марианна, как и было указано в записке, последовала за угол дома, где и увидела ожидающего ее графа. - Лионель, - тихо позвала она, сияя улыбкой, - Я не очень заставила Вас ждать? - она протянула к нему правую руку, придерживая шлейф левой.

Лионель Савиньяк: Лионель обрадованно улыбнулся, увидев, что Марианна приняла его приглашение, явивишись в назначенное место. - Я счастлив тебя видеть, - проговорил он, едва сдерживаясь, чтобы тут же не притянуть Марианну к себе для горячего поцелуя. Вместо этого Ли взял руку баронессы в свою и поднес к губам, чуть отогнув перчатку и целуя ее запястье. - Я хочу предложить тебе загородную конную прогулку, - сказал он, - Эта полумориска для тебя. Ее зовут Бэль. Ты ведь ездишь в дамском седле? Мы поедем неспеша, - пообещал Ли, глядя на Марианну.

Марианна: - Какая красавица! - ахнула Марианна подходя к лошади и коснулась рукой выгнутой шеи, - А раз красавица, то скорее всего своенравна и капризна, - тихо рассмеялась, поглаживая кобылицу. - Бэль великолепна и для меня будет честью прокатиться на ней, и в твоей компании, - баронесса повернулась к к Лионелю, - Постараюсь тебя не разочаровать и как следует держаться в седле. Она пока не взялась за поводья полумориски, а взяла обе руки Лионеля в свои. - Ли, я очень скучала по тебе, - прошептала Марианна и виновато опустила ресницы, видимо, стесняясь своей горячности. Они виделись всего ничего, а она уже возомнила себе невесть что. Так внезапно вспыхнувшие чувства все же не могли заглушить голос разума уже опытной женщины, а не юной девушки. - Поедем же скорее кататься, - сжала она его ладони и с задором посмотрела на белоснежную Бэль, желая поскорее скрыть свое смущение.

Лионель Савиньяк: - Я тоже скучал, ужасно, - признался Лионель, все-таки притягивая Марианну к себе и целуя ее в висок. - Ну что ж, если Бэль тебе понравилась и ты не против такой прогулки, едем! Савиньяк подхватил баронессу за талию и поднял в седло. Убедившись, что она удобно и достаточно уверенно там устроилась, он провел ладонью по шее Бэль, успокаивая встрепенувшуюся лошадь и призывая ее вести себя смирно с той драгоценной наездницей, которую он ей доверил, после чего сам вскочил в седло Вигго и вновь улыбнулся Марианне. - Все в порядке? - спросил Лионель прежде, чем двинуться с места.

Марианна: Марианне было хорошо известно о характере морисков, а потому даже половина доли этой крови в жилах белокожей трепетной красавицы может сделать прогулку незабываемой. Она чуть подтянула поводья, озаботясь тем, чтобы не ранить нежные губы лошади, пяточкой едва тронула ее бок и покрепче обняла правой ногой верхнюю левую луку. Кобылка и правда была восхитительной несмотря на нервозность - ну так у какой породистой лошади ее нет? Марианна старалась двигаться вровень с лошадью - еще неизвестен характер ее скачки. Сейчас совсем уж потихоньку, зато так рядом с графом. Баронесса делала вид, что смотрит то на прямые белые ушки кобылицы, то по сторонам, то на ясное синее небо. А потом повернула голову к Лионелю и спросила: - Куда же мы едем, Ли? Подальше от узких мощеных улочек и площадей, к листве в лесу или степному вольному ветру?

Лионель Савиньяк: Лионель пребывал в таком благостном расположении духа, следуя к городским воротам вместе с Марианной, что даже широко улыбнулся козырнувшим ему стражникам и едва не рассмеялся недоуменному выражению, на мгновение проступившему на их лицах от такого невиданного раньше ими зрелища. По улыбчивому лицу его сейчас можно было бы спутать с братом, если бы не мундир. - Что ты предпочтешь, дорогая? - спросил он Марианну, когда они выехали за ворота на загородную немощеную дорогу. - Чего тебе сейчас хочется больше?

Марианна: - Лес, - мечтательно ответила Марианна, - Утром был туман, значит там восхитительно пахнет хвоей и прелыми листьями, - она взяла чуть вправо, спускаясь от основного тракта к лесной полосе деревьев, - Надеюсь, на нас не нападут разбойники?... Но я вооружена, - она заулыбалась и коснулась рукой с коротким хлыстом своего бедра, подразумевая, что под юбкой у нее есть оружие, а не только кружева. - Но чего я опасаюсь рядом с тобой? Разве что за свое самообладание. Все вокруг может рухнуть или улететь в Закат, а я буду смотреть на тебя и думать, что жизнь никогда не закончится. Лошади всхрапывали, мерно топая по рыхлой земле, кобылица повернула голову, поглядев на свою ношу. Баронесса отметила, что у полумориски "сорочий" цвет глаз - голубая радужка вокруг зрачка. - Ли, ты любил когда нибудь? - вдруг спросила она встревоженно повернувшись к графу. Нет, этот вопрос не был ревностью или желанием проверить, есть ли соперница или невеста. Марианна хотела знать Лионеля намного лучше, чем просто любовника и начальника королевской охраны. Но и вопрос был щекотлив - она рисковала испортить настроение кавалеру, вряд ли он захочет ее обмануть, но и правду не всегда приятно говорить - всему свое время. - Если я затронула для тебя что-то очень важное, пожалуйста, не говори, милый, - она пустила Бэль шагом вдоль кромки деревьев, - Прости мое женское любопытство.

Лионель Савиньяк: - О, - Лионель вновь улыбнулся своей спутнице, когда она уверила его в своей подготовленности ко встрече с разбойниками, - Ну тогда мне и сам Леворукий не страшен, не то что жалкая кучка лесных оборванцев. Я знаю, ты меня спасешь, - он посмотрел на Марианну, и его взгляд посерьезнел, давая понять, что под этими словами Ли имеет ввиду еще нечто иное, вслух невысказанное. Он вдохнул свежий сырой воздух осеннего леса полной грудью, придержав рвущегося вперед Вигго, чтобы ехать вровень с Марианной. На вопрос баронессы Савиньяк ответил не сразу. - В юности я был циником и не верил в любовь, - наконец, произнес он, - За что и после был наказан, когда в доме твоего супруга впервые увидел тебя, - Лионель обратил к Марианне потеплевший взгляд, - А почему не верил... Так отчего-то сложилось. Мать любила отца, я это видел. И вижу до сих пор, а отец... он тоже любил ее, по-своему, но..., - Лионель замолчал, глядя прямо перед собой и о чем-то задумавшись, - Романы юности Миля, Росио, мои... Это и романами назвать нельзя, просто связи без обязательств, - он мотнул головой. - Выходит, не любил. Любовью это все назвать нельзя. Последняя фраза вышла резкой, и Лионель осекся. Широкая лесная просека, по которой они ехали до сих пор, сужалась, а в сторону от нее уходила заросшая пожухлой травой тропа, по которой можно было проехать на лошади. - Давай свернем, дорогая, - сказал Ли Марианне, указывая на тропу и разворачивая Вигго, - Я хочу показать тебе кое-что. Небольшой сюрприз. Надеюсь, он тебе понравится, - он улыбнулся и поехал вперед, призывая Марианну следовать за собой.

Марианна: Внимательно слушая Марианна даже на некоторое время перестала слышать что-либо вокруг кроме голоса Лионеля. Она может помочь ему, спасти? Конечно... Любовью женщина может исцелить, поднять к небесам из бездны и той же самой любовью убить. Одинаково с обеих сторон любовь выглядит и как спасенье, и как яд. Но как же он сладок и притягателен, этот яд, какой патокой стекает по сердцу чувства к любимому и как бьется сердце, когда он рядом, и как блестят глаза, когда он смотрит вот так, как сейчас... Марианна так же мягко улыбнулась Лионелю и протянула к нему руку. - Леворукий или Создатель - неважно, кто приложил усилия, что бы мы встретились. Важно то, что я сейчас не вижу и не слышу никого, кроме тебя и мечтаю сделать тебя счастливым. Она с любопытством посмотрела на тропу. - Конечно! - ох уж это женское любопытство! Кошка, она тоже женщина, и будет сновать по всем закоулкам и кустарникам, крышам и пещерам, лишь бы знать - что там? Вот и баронесса приподнялась в седле, чтобы хоть что-то разглядеть впереди, куда уходит тропа и куда приглашал Лионель. - Это твоя тайна, милый? Обещаю, что никто больше не узнает, - заговорщицки проговорила она и засмеялась.

Лионель Савиньяк: - Я надеюсь, что увиденное тебе понравится, - Лионель, едущий впереди, обернулся через плечо, чтобы посмотреть на Марианну. - Настолько, чтобы стать нашей общей тайной. Ведущая вперед заросшая тропа, наконец, закончилась, и расступившиеся деревья открыли обзору небольшое лесное озерцо, будто спрятанное вглуби леса. Прозрачная вода тихо плескалась у песчаного берега, а чуть в стороне стоял небольшой деревянный домик. - Это один из охотничьих домиков Савиньяков, - сказал Лионель, остановив Вигго, когда они с Марианной выехали на берег из-под сени деревьев, - Он давно заброшен, и я сам почти не бывал здесь. Отец любил охоту, а мы с Милем не слишком. Да и времени никогда нет. Он посмотрел на свою спутницу и продолжил: - Я приказал слугам заранее как следует протопить и приготовить это пристанище. Сейчас домик пуст, но там есть еда и питье, камин и меховые шкуры... Ты согласишься провести там время со мной?

Марианна: Марианна затаила дыхание глядя на эту прекрасную картину уединенного счастья. Озеро, прекрасный осенний лес, охотничий уединенный домик, и все это принадлежит им, ей и Лионелю. - У меня нет слов, милый, - она попридержала поводья восхищенно рассматривая все вокруг. - И это будет только нашим пристанищем, правда? Это маленькое королевство любви и уединения! - она закусила от нетерпения нижнюю губку. - Как я хочу все осмотреть! Прямо сейчас! - почти детское восхищение, когда дарят что-то новое и необычное на день рождения, охватило баронессу. - И сколько же времени мы сможем с тобой тут находиться сегодня? - тут же она обернулась к графу Савиньяку и встревоженно посмотрела в его глаза. Для влюбленных время бежит слишком быстро или не существует вовсе...

Лионель Савиньяк: - Я бы хотел провести с тобой на берегу этого озера остаток жизни, - признался Лионель, взяв руку Марианны в свою, немного отогнув перчатку и целуя нежную кожу, - но боюсь, что вернуться в Олларию нам придется завтрашним утром... Дольше остаться у меня не получится, - он виновато посмотрел на баронессу, а затем сказал, - Но если тебе нравится здесь, то не будем терять время, - Лионель тронул поводья. Подъехав к маленькой деревянной пристройке-стойлу для лошадей, Савиньяк спешился и помог Марианне спуститься из седла Бэль на землю. - Слуг сейчас тут нет, - повторил он своей даме, - нет и конюха, так что я сам расседлаю лошадей. А ты пока можешь осмотреться. Сегодня ты хозяйка этого места, дорогая, и все, что здесь есть - в твоем распоряжении. Ли снова поцеловал руку Марианны, а затем увел Вигго и Бэль в стойло.

Марианна: Марианна счастливо вдохнула воздух полной грудью. Целый день здесь, рядом с Лионелем, без поклонов, расшаркиваний и подчеркнутой вежливости. Баронесса тепло проследила взглядом за уходящим с лошадьми графом и поднялась на порог охотничьего домика. Что ж, сегодня она тут хозяйка, а значит у нее масса времени обойти это небольшое хозяйство и осмотреть. Но какое же оно небольшое, когда здесь два этажа, пара небольших башенок и еще задний двор, соединенный с кухонькой? Однако, здесь их ждали и изрядно подготовились - все было чисто прибрано и поленница полна дров, для лошадей приготовлен кормовой овес рядом с поленницей. А за порогом чисто убрана прихожая с вешалками из оленьих рогов и платяным шкафом - вероятно там хранятся плащи и полевые одеяла, а так же охотничьи принадлежности - Марианна заглянула и туда. Потом следовала огромная гостевая комната с центровым массивным камином, богатым убранством, мягкими креслами с клетчатыми пледами, столом для пиршества после удачной охоты, звериные головы-трофеи и мягкий ковер из волчьих шкур. На стенах висели мушкеты, копья, длинные кинжалы и богато инструктированные охотничьи рога. Дополняли все это убранство картины и гобелены с изображением охотничьих баталий. Марианна так и замерла, разглядывая убранство гостевой комнаты, переходя от кресла к креслу, от мушкета до картины, от стола до камина. - И мы здесь совершенно одни, - она не могла поверить, что Ли отпустил сейчас всех слуг. Но это и не страшно - они прекрасно управятся здесь сами. Баронесса сумеет приготовить еду и подать вино сама. Только вот платье ее собственное будет не совсем удобным для обхода дома. Марианна предусмотрительно под юбку надела штаны для верховой езды - ее пришлось снять, поверх правого бедра отстегнула ремешок, которым крепился кинжал и сложила все в ближайшее кресло. Теперь она могла ходить куда быстрее и проворней. Взбежав по лестнице на второй этаж она увидела вдоль по коридору три массивные двери. - Для каждого из братьев, - с улыбкой догадалась она и потянула за первую ручку. Дверь была не заперта и баронесса с любопытством оглядела комнатку с широкой кроватью, укрытой шкурами, возле окна стоял стол и бюро. У стены был шкаф, куда уже Марианна не стала заглядывать, а лишь притворила дверь. Остальные двери были заперты. Марианна спустилась вниз и направилась по коридору на кухню, которая открывалась тут же на внутренний двор. Там же стоял стол для разделывания туш, висело пара крюков и таз. Множество острых ножей висело на стене и уже тлели угли в коптильне. Оставалась пройти через двор, выйти и обойти особняк кругом, вернуться к Лионелю. - Ли! - позвала баронесса появившись из-за очередного поворота, - Я уже успела оценить ваши трофеи и погладить неопасного медведя, - смеялась она. - Как же все-таки здесь прекрасно, - ей открылся вид на озеро. Марианна замерла, глядя на зеркальную водяную гладь.

Лионель Савиньяк: Лионель расседлал обеих лошадей, обтер их вспотевшие спины и шеи сухой попоной, после чего устроил Вигго и Бэль в стойле, задав им овса, ароматного сена и свежей воды. Потрепав ласково их гривы, Ли вышел из пристройки и полил сам себе на руки дождевой водой, собравшейся по желобу в большой жестяной кувшин. Затем он обернулся на голос Марианны. В костюме для верховой езды она выглядела непривычно и очень соблазнительно. Лионель подошел к ней ближе и обнял за плечи, взглянув на плещущееся у песчаного берега озеро и сам. - Я очень рад, что тебе тут нравится. Он обнял Марианну за талию другой рукой и притянул к себе для поцелуя.

Марианна: Марианна с охотой повернулась к Лионелю и обняла его за шею. - Наконец-то ты не просто целуешь мне руку, - прошептала она с улыбкой и приникла к его губам, смакуя поцелуй. Еще большее удовольствие во время поцелуя для нее было - это перебирать пальцами в волосах, гладить сильную шею, обводить скулы и ласкать подбородок. Марианна нежилась в объятиях графа и думала, что сейчас самое подходящее время для зачатия детей, жизни в особняке и счастливой... ой нет, только не старости, а просто жизни. Какие странные мысли у нее сейчас. Разве она хотела детей? Сейчас?... "Ах, Ли..." Женщина чуть оторвалась от губ Лионеля. - Я теряю голову, милый. Здесь слишком красиво, чтобы быть реальностью. Наверно нам стоит уйти в дом? - шаловливости в голосе не было, а тихая просьба уединиться.

Лионель Савиньяк: Лионель прикрыл глаза, млея от прикосновений и ласк Марианны во время глубокого поцелуя. Его рука вольным движением сдвинулась с талии женщины вниз, скользнула по бедру... Ли почувствовал возбуждение. - Пойдем, - он прижался губами к ее виску, вдыхая аромат волос, уложенных в прическу, которую хотелось скорее распустить, чтобы погладить шелковистый водопад локонов, зарыться в них лицом, - пойдем, любимая... Лионель поднял Марианну на руки и понес к крыльцу, где толкнул дверь носком сапога, входя в дом. В большом зале было довольно тепло - угли еще теплились в заранее протопленном слугами камине. Мужчина опустился со своей "добычей" на ковер из меховых шкур, снова приникая к ее губам своими.

Марианна: Марианна прильнула к кавалеру, а когда опустилась на мягкой покров из шкур, отпустила шею Лионеля и томно улеглась, как бы приглашая его не покидать "добычу" раньше времени. Она опять целовала его, вспоминая, как это было в первый раз и запустила руку за отворот его рубашки, оттягивая воротник. - Ли, здесь так жарко, - шептала Марианна расстегивая многочисленные пуговки его камзола, - Мой охотник.

Лионель Савиньяк: От ощущения ладони Марианны, скользящей по коже под рубашкой, сердце забилось чаще, но Лионель уже едва осознавал это. Хотелось взять женщину поскорее, без особой прелюдии, но... так нельзя было поступать с его драгоценной дамой сердца, так что о грубых и жестких вещах с Марианной Ли позволил себе лишь тень отдаленных мыслей и фантазий, которую отогнал, продолжив обнимать и целовать баронессу нежно. Он сам ослабил пряжку своего ремня, помня, что в прошлый раз Марианне было сложно справиться с ней самой, поймал ее руки, уже расправившиеся с пуговицами его камзола, и положил их себе на пояс, прежде поднеся к губам и поцеловав пальчики.

Марианна: Марианна заулыбалась и уже легко потянула к себе пряжку ремня, ослабевая захват. Сейчас у нее было просто таки животное удовольствие раздевать мужчину, чтобы увидеть его еще раз без одежды. Камзол оказался поодаль них на шкурах. Вытянув полы рубашки, Марианна приподняла их и стала целовать открытую кожу правого бока Лионеля, подымаясь и оставляя влажную дорожку "шагов" от ослабевшего пояса к открытой подмышке. Она сняла ему рубашку через голову по-кошачьи опять протеревшись щекой по обнаженному торсу и повернулась к Лионелю спиной, стоя на коленях, убрав волосы с затылка, предлагая освободить ее от корсета.

Лионель Савиньяк: Ли старался расслабиться "в руках" Марианны, пока она понемногу разделывалась со всей его одеждой, но получалось не очень. От прикосновений ее рук и поцелуев по всему его телу шла дрожь нетерпения. Когда баронесса повернулась к нему спиной, Лионель дернул завязки ее корсета так, что едва не разорвал их, но тут же осадил сам себя, принявшись распутывать шнуровку осторожно. Сейчас он себя чувствовал каким-то пылким несдержанным юнцом, но стыдно за это не было. Распустив, наконец, корсет Марианны, Ли жадно прижался губами к ее обнажившейся спине. Руки его обняли баронессу за талию, поднялись вверх и сжали мягкую грудь, а после погладили живот и принялись искать застежку ее штанов для верховой езды. Губы Лионеля все это время ласкали бархатную спину Марианны поцелуями сверху вниз вдоль линии позвоночника.

Марианна: Когда Ли дернул шнуровку Марианна едва слышно охнула и мягко засмеялась. Прямо как за уздечку осадил и заставил покориться. Она обернулась, чуть выгнувшись в его руках, подставляя грудь для ласкающих рук и прошептала: - Не хочу, что бы ты медлил... Я слишком хочу тебя, - не глядя она сама нащупала за своей спиной вконец ослабевший пояс и рванула его на себя. Что будило в ней такое желание - неизвестно. Возможно их долгожданное уединение вдали от всех, может быть это запах шкур диких животных, звериный оскал трофеев или горячее дыхание Лионеля на ее коже. Она уже помогала ему разобраться с завязками и застежками своих штанов и призывно коснулась бедрами его колен.

Лионель Савиньяк: Лионель подцепил пальцами полоску шелковистого кружева, открывшегося под расстегнутым поясом штанов Марианны, и потянул ее вниз, обнажая ее бедра и ягодицы. Его губы и язык приникли к пояснице женщины, влажно очертив ее поцелуями, затем спустились ниже, а после Ли выпрямился и крепко прижал баронессу спиной к себе, снова охватывая ладонями ее грудь и сжимая пальцами соски. Он потерся эрекцией о ее нежные ягодицы, а после вошел в нее сзади, не резко, все же еще стараясь сдерживать свое нетерпение, хотя это было очень нелегко.

Марианна: Марианна тихо вздохнула, когда почувствовала его и инстинктивно выгнула спинку, прогнувшись в пояснице. Обернувшись еще раз назад, она прихватила шею Лионеля и призывно лизнула его подбородок. - Можно я побуду твоей волчицей? - с придыханием спросила она и легонько куснула графа, отпуская и опускаясь на вытянутые руки, на шкуры под ними. Его запах, его руки, сильные бедра и само присутствие, волчьи шкуры под ладонями и коленями - все заводило донельзя и баронесса не отдавала себе отчет, что она сейчас мало походит на благородную даму, сейчас она была именно куртизанкой, но именно для него, для Лионеля.

Лионель Савиньяк: Когда Марианна подалась вперед и вниз, опустившись на руки, Лионель осторожно нагнулся вместе с ней, не отпуская ладонями ее грудь, а затем также осторожно выпрямился, погладив нежный живот баронессы и обхватив ладонями ее бедра. - Ты моя хищница, - проговорил он, хотя на слова уже едва хватало дыхания. Раскованность Марианны, которую она сейчас показала ему, была высокой степенью доверия, а значит, между ними рухнул последний заслон, за которым женщина больше не боится и не стесняется показать мужчине себя, как она есть, и все свои желания, а также понять и его желания, самые потайные, и исполнить их. Лионель подался вперед и "рванул" Марианну на себя, сильно сжав ее бедра руками, так что от надавивших белую кожу пальцев могли остаться следы. Он задвигался в ней резко, давая выход страсти.

Марианна: Марианна вскрикнула, но этот вскрик тут же и утонул в стонах, которые прерывались лишь на частое, возбужденное дыхание. - Ли!... Ли! - она что-то шептала, но этого нельзя было расслышать, потому как шумное дыхание и всхлипы опять и опять вырывались из губ баронессы, которая то пыталась удержаться на вытянутых руках, то склонялась к мохнатому покрову под собой, укрывая лицо копной волос. Это было совсем не то, что в ночь самого первого свидания в кабинете капитана королевской охраны. Там была нежность и предупредительность, расслабление и нега. Здесь же была страсть и вожделение, удовлетворение страстей обоих, пропитанная желанием еще и еще раз узнать любимого, выпустить его тайного зверя, не думать об этикете, когда женщина хочет его здесь и сейчас, без прелюдий и подготовительных ласк! - Лионель!...Ли! - она изогнулась, чуть расставив колени и поднялась, коснувшись спиной его груди, жаждущая, обернулась и стала ловить его губы, чтобы перед самым пиком наслаждения украсть его дыхание.

Лионель Савиньяк: Марианна снова изогнулась в его руках, и Лионель был готов услышать ее вскрик, ощутить дрожь вершины наслаждения, проходящую по телу женщины, но вместо этого его любовница снова сменила положение, прижавшись к нему и ловя губами его губы. Ли жадно поймал этот поцелуй, продолжая двигаться внутри нее. Его руки отпустили бедра Марианны, чтобы переместиться на ее грудь, охватить ладонями, сжать, сильно, но не причиняя боли. - Любимая, - выдохнул-простонал Лионель, после того, как его язык очертил небо Марианны, - любимая...

Марианна: - Милый!..Милый! - в ответ раздался истомленный стон, она жаждала его все больше, мечтала никогда не разрывать этих объятий. С поцелуем пилось и дыхание, пьянящее, горячее. Марианна обнимала его шею, закинув руку за голову и стала поддавать бедрами назад, будто бы она опять насаживалась. - Лионель!...Любовь моя! - она отпустила его, чтобы вновь оказаться внизу, в покорной позе, но это уже означало, что она на грани. Еще чуть-чуть, толчки и ощущения закрыли все остальное, она вскрикнула и рванулась вперед.

Лионель Савиньяк: Одна рука Ли запуталась в волосах Марианны, другой он продолжал ласкать ее грудь, пока длился их поцелуй. Опьянев от ощущений, которые дарила ему близость с прекрасной женщиной, Савиньяк едва помнил себя. Марианна вновь опустилась вниз, на шкуры, снова сменив позу, подаваясь бедрами к нему навстречу, и от этого наслаждение достигло своего пика. Лионель снова выкрикнул имя любимой, излившись в нее и еще не осознавая, что она вторит ему его именем, пока по ее телу пробегают сладкие судороги, а когда она рванулась, обхватил ее за талию, обнял, прижимая к себе и делая еще несколько глубоких толчков, будто не желая отпустить.

Марианна: Глаза Марианне пришлось прикрыть веками, ибо она ничего сейчас не видела, а только слышала стук обоих сердец - в собственной груди и в груди того, кто прижимался сейчас к ее спине. Слушала дыхание Лионеля после того, как он выкрикнул ее имя. Воздух пульсировал вокруг них, будто выкипала вода в котле, а они, как раскаленные угли, отдают самый пылкий жар и медленно остывают, растекаются, расплавляются, как льдинки... Марианна, справляясь с дыханием, все же легла на шкуры и еще раз застонала от удовольствия, подтянув одну коленку повыше. Он все еще держит ее в объятиях, ее Лионель. - Иди сюда, любовь моя, - шепчет баронесса любовнику, увлекая прилечь рядом. Благо, это не узенький диванчик и у них есть место, чтобы лечь с комфортом и любоваться изгибами истомленных ласками тел. - Разве я была волчицей? Скорее ланью, которую ты догнал, - она тихо смеялась, глядя на лицо мужчины в испарине, - Заставила тебя побегать, мой охотник.

Лионель Савиньяк: Лионель опустился на локоть подле любимой и тоже ненадолго прикрыл глаза, отдавшись блаженной неге, охватившей его тело после любовного акта. - Ты моя, - проговорил он в ответ, улыбаясь и вновь притягивая Марианну к себе, - моя, а значит, нет на свете охотника удачливее, чем я. И счастливее... Ли прижался губами к виску Марианны, удерживая ее в объятиях какое-то время. Затем произнес: - Увы, дорогая, я не позаботился о смене удобной одежды для тебя в этом доме. Но если тебя устроит мой халат, я принесу. И растоплю сейчас снова камин - углей недостаточно. Еще раз поцеловав Марианну в губы, Ли поднялся, чтобы быстро натянуть штаны и рубашку и подать любимой плед с кресла.

Марианна: - Милый, все что угодно в этом доме, меня устроит, - улыбалась Марианна и накинула пестрый плед на плечи, чтобы сразу не остыть. Еще столько времени у них есть, что счастье казалось бесконечным. Баронесса посмотрела на камин, где едва тлели сейчас ярко-оранжевые угли, покрываясь серым налетом пепла. Жизнь продолжается и всегда есть время заставить чувства опять согреть сердце. В ожидании Ли Марианна стала еще раз осматривать гобелены и трофеи, но теперь уже умиротворенно созерцая обстановку охотничьего дома. Тело приятно ныло, женщина чуть отпустила плед, уложив голову на подлокотник кресла, ожидая любимого.

Лионель Савиньяк: Лионель вернулся не слишком скоро, но зато помимо своего мягкого теплого халата для Марианны принес еще поднос с вином, холодными закусками из блюд, заранее приготовенных слугами, а также чашками с дымящимся шадди, которое Ли умудрился сам приготовить. Войдя в дверной проем, он остановился, залюбовавшись Марианной, укутанной в плед и прикорнувшей в кресле на подлокотнике, а после поставил поднос на низкий столик и подошел к ней, присел на корточки рядом и поцеловал ее мягкие губы. - Я приготовил нам маленький пир, - Савиньяк улыбнулся, подавая любимой халат.

Марианна: - О, мой милый, теперь я вижу, что в тебе талант не только в военном деле, - Марианна обняла широкий подлокотник и потянулась, как кошка. - Признаюсь тебе по секрету, я ужасно проголодалась! - она закусила губку и с интересом стала оглядывать "подношение" попутно сбрасывая плед и принимая халат. - Но мы сегодня будем есть не по всем правилам, а только исключительно так, что бы как следует друг дружку накормить! Я буду кормить и поить тебя, а ты - меня, - она запахнулась в халат Лионеля и села перед угощением указала милому сесть напротив нее на полу, на ковре.

Лионель Савиньяк: Лионель улыбнулся своей милой выдумщице и опустился на ковер перед ней там, где указала ему Марианна. - Тогда, чего тебе хочется? Выбирай, - сказал он, желая положить в ротик любимой тот кусочек яства из принесенных им приготовленных слугами суфле и рулетов из лесной дичи, а также сыров, фруктов и сладостей, которых - всего понемногу, Ли уместил на подносе.

Марианна: - Думаю, мы начнем с вина и тоста, а потом настанет черед вон того лакомого кусочка сыра и ягоды винограда, а дальше нас ждет рулет и ветчина, по кусочку которые можно макать в соус, - Марианна сама наполнила бокалы белым вином, наверно это была "Вдовья слеза", и предложила бокал Лионелю. - Итак, за нашу прекрасную прогулку и великолепный привал, - она коснулась краем бокала о бокал графа, вызвав мелодичный звон и протянула свой же бокал к губам Лионеля. - А я попробую из твоего!

Лионель Савиньяк: Лионель улыбнулся, глядя на Марианну. - За тебя, любовь моя, - сказал он, прежде, чем сделать глоток, - и за то, что тебе здесь нравится. Савиньяк слегка наклонил свой бокал у губ Марианны и выпил вина из ее бокала, который она протянула ему.

Марианна: Марианна пригубила вино и сделала глоток, потом быстро облизнувшись, стала намазывать ломтик хлеба паштетом и укладывая сверху кусочек сыра. Потом эта нехитрая закуска была протянута к губам Лионеля, а Марианна в свою очередь стрельнула глазами на гроздь винограда и другой сыр, очень белый. - Милый, корми меня чем хочешь, - прошептала она, перегнувшись через яства и слизывая с краешка губ графа крошки с паштетом. Когда она села на свое место, то сразу же занялась складыванием крохотных овощей-томатов в горку справа и наколола на зубочистку ломтик ветчины, мякиш хлеба, сыр и помидорчик. Еще перед ними лежала пара жареных каплунов с зеленью. Баронесса решила устроить пир именно для Лионеля, подавая ему кушанья одно за другим по кусочку и опять наливала бокалы вином. Аппетитную жареную ножку она предложила попробовать сразу вдвоем, куснув одновременно с разных сторон. Все было невероятно вкусно, но ведь и правда говорят, что у влюбленных даже простое вино приобретает восхитительный вкус!

Лионель Савиньяк: Лионель с удовольствием выпил вина из бокала баронессы и проглотил предложенное яство, сам же, проследив за ее взглядом, уложил ломтик алатского сыра на белый хлеб и предложил ей, а затем отщипнул пару крупных налитых виноградин от грозди и также положил их в ее сладкий ротик. Выпив еще вина вместе с любимой, он обмакнул небольшой кусочек куропаточьей грудки в густой белый соус и снова подал Марианне, но она была гораздо изобретательнее в плане подготовки закусок. Откусывать от одной жареной ножки оказалось довольно весело. В процессе совместного ужина Ли старался прикоснуться губами к губам Марианны. Придуманная ею забава помимо всех прочих несущих в себе удовольствий была еще и довольно возбуждающей.

Марианна: Марианна смеялась, когда они с Лионелем вдвоем пытались закончить свои маленький пир не испачкавшись, потому что такой способ кормежки не обошелся без обмакивания в тот же соус рукавов или крошек в волосах. Баронесса закончила трапезу тем, что приподняла голову Лионеля, когда он на коленях сидел и стала осторожно лить ему сверху в приоткрытый рот вино, а сама ловила губами ручейки напитка на его подбородке и шее, опускаясь к ключицам. Закончив кормить и поить любимого, куртизанка стала вытирать его лицо салфеткой и села ему на колени, обняв в свою очередь своими ногами и скрестив их за его спиной. - Ли... - проговорила она и вдруг с жаром обняла его, целуя ароматные губы графа. Вино бурлило в крови, женщина гладила его лицо и не могла остановить свой пьянящий поцелуй. Халат сполз с плечей.

Лионель Савиньяк: Руки Лионеля осторожно заскользили по телу распаленной эротической игрой с едой и вином Марианны. Он дернул пояс ее халата, развязывая его, одновременно лаская губы баронессы, еще хранящие на себе аромат и привкус вина, своими. - Затейница моя..., - проговорил он сквозь поцелуй, - Красавица... Не отпуская Марианну со своих колен и удерживая ее одной рукой, другой Ли сам ослабил свой пояс и прижался к внутренней стороне обнаженного бедра женщины своей эрекцией.

Марианна: - Я твоя затейница, - прошептала Марианна лаская языком его губы, заигрывала с языком и ласкала нёбо, обнимая ладонями лицо графа. - Скажи, что ты хочешь сейчас - я все исполню, - продолжала она свой жаркий шепот, спуская халат на ковер, - Хочешь, буду для тебя равной, хочешь - рабой стану и слугой, хочешь - видением, только скажи, - рука уже гладила естество Лионеля и приглашала к более тесному соприкосновению, соитию. Казалось, что они занимались любовью давно и желание опять переполняет обоих. Марианна оседлала его колени и чуть приподнялась, чтобы опуститься и заполнить себя его твердой плотью. Тихим вздохом сопроводилось это движение, баронесса чуть качнула тазом вперед, удерживаясь рукой за шею Лионеля. - Ты мой, мой.. - шептала она глядя в его глаза, - Мой навсегда. Мой Лионель, мой граф... мой король.

Лионель Савиньяк: - Я хочу тебя, - горячо проговорил Лионель, сжав предплечья женщины и судорожно выдохнув после слов Марианны, когда она опустила бедра, вновь приняв его в себя. "Я хочу, чтобы ты отреклась от мужа, друзей, любовников... От всей своей яркой, шумной жизни. Хочу, чтобы ты принадлежала только мне одному. Потому что я тиран и собственник, дорогая." Некие отголоски этих мыслей пронеслись в голове капитана, но вслух ничего такого он не сказал. - Ты нужна мне такой, как ты есть, - выдохнул он, толкнувшись навстречу движению бедер Марианны, - Я люблю тебя.

Марианна: - Врешь, - мягкий шепот и легкие касания при поглаживании лица любимого, - Врешь и не краснеешь, - она закрыла его рот поцелуем сразу же начав двигаться, поднимаясь и опускаясь на его бедрах, сама задавая темп и ритм покачиваний. Она еще не торопилась, надо было как следует приноровиться к телу любимого, он ведь только что из-за стола... - Ах-х-х-х-х... - она выгнула спинку, чуть запрокинув голову назад и вернулась тут же обратно, глядя в упор в глаза капитану и начала резко поддавать бедрами вперед, насаживаясь и чуть сжав зубы. Руки обхватила шею мужчины, иногда она наклонялась, что бы поцеловать его и что бы новым толчком продолжить "скачку".

Лионель Савиньяк: Лионель не успел ничего возразить, да и не до диспутов было сейчас. Он придерживал Марианну за бедра и талию, помогая ей двигаться, поддерживая тот темп, которого ей хотелось, ловя ее частое дыхание своим, спускаясь губами по ее нежной шее, целуя "подскакивающую" грудь, обводя языком яркие твердые соски. От вздохов любимой женщины, вида ее, томно выгнувшейся назад и прижавшейся к нему снова, было трудно удержаться, чтобы "разрядка" не наступила раньше времени, хотя они и занимались любовью опять после совсем небольшого перерыва.

Марианна: "Разрядка" для самой Марианны не заставила себя долго ждать. Женщина, прихватив в ладони лицо любимого, вдруг тесно прижалась к нему и негромко вскрикнула, заглушая собственный крик поцелуем и бедра конвульсивно дернулись пару раз вперед. Она тяжело дышала, удерживаясь руками за его шею и уронила голову Лионелю на грудь. - Я люблю тебя, - прошептала она сквозь сбитое дыхание, пытаясь утихомирить сердце, - Ты мой... Только мой. Зачем она, баронесса, это говорит? Голова кружится то ли от вина, то ли от ощущений. Когда же она насытится им и перестанет смотреть глазами влюбленной кошки, которой неведом стыд? Почему так стелится перед ним, почему дает понять, что он один единственный? Впервые Марианна хочет удержать рядом с собой человека и, страшно подумать, ревнует...ревнует его. К его семье, обязанностям, к его положению, к его прошлым связям... Она подняла голову, глядя в его глаза, в ее собственном взгляде тоска и боязнь остаться одной. - Ли, я буду твоей, обещаю...

Лионель Савиньяк: Ли целовал мягкие губы Марианны, продолжая мерные толчки навстречу покачиваниям ее бедер, когда почувствовал пик ее удовольствия, подаривший и ему бесконечно приятные ощущения и возможность больше себя не сдерживать. Обнимая прижавшуюся к нему вскрикнувшую женщину Ли глубоко вошел в нее, чтобы самому застонать от наслаждения, завершая акт любви. Затем он закрыл глаза, слушая биение сердца любимой и ее нежные слова. Когда Марианна произнесла "обещаю", он посмотрел на нее. - Ты должна подумать, - сказал он, - Если ты останешься со мной, твоя жизнь не просто станет несколько отличной от той, к какой ты привыкла. Твоя жизнь изменится. Совершенно.

Марианна: Марианна опустила взгляд, стараясь собраться с мыслями. Конечно, она готова была принадлежать только Лионелю, но... Баронессе пришлось чуть отдалиться и прилечь на ковер. Она посмотрела на гобелен перед собой, перевела взгляд на камин, в котором уютно потрескивали поленья в костре. - Ли, это решение настолько серьезно изменит мою и твою жизнь, что я даже боюсь сказать, чем это чревато... - она умоляюще поглядела на капитана королевской охраны, - Я люблю тебя, Ли. Может быть это величайшая глупость и блажь, но люблю. Я - куртизанка. И я замужем. Это ирония судьбы моей. Если я откажусь от ухаживаний состоятельных господ, то семейство Капуль-Гизайлей потеряет ощутимый доход... Прошу, не сердись на меня и дай договорить, - торопливо попросила она Лионеля, предчувствуя взрыв негодования с его стороны. - Да, я привыкла к состоятельной жизни, подаркам, богатому содержанию, предметам роскоши и прежде всего - вниманию со стороны мужчин. Но я никогда не была влюблена... Констанс не возражал против моих связей с другими мужчинами, лишь бы мне было хорошо. Но и он получает от покровителей доход и влияние. Вряд ли ты согласишься стать моим покровителем, ведь это будет означать, что ты платишь мне за любовь, а это неприемлемо для тебя, Ли. Ты хочешь меня, но сможешь ли ты меня получить?...И не зазорно ли будет твоей семье знать, что ты выбрал куртизанку, а не благовоспитанную девицу благородных кровей. Я ведь простая птичница, милый... - о женитьбе Марианна ничего не сказала, слишком серьезные последствия такого решения могут быть. Потребовав от нее отказа от развеселой жизни граф Савиньяк еще ничего не предложил взамен, кроме любви. Кем она станет, если согласится?... И отпустит ли ее Коко? С виду простоватый и жизнерадостный любитель морискилл Констанс Капуль-Гизайль заботился прежде всего о ее интересах и мог потребовать от графа в случае расторжения брака обязательство, что Марианна не будет ни в чем нуждаться и жить в законных отношениях. Она протянула вперед руку, положив на колено Лионеля.

Лионель Савиньяк: Ли взял в свою и поцеловал руку Марианны, легшую ему на колено, после чего перекатился на шкурах на живот, чтобы снова оказаться поближе к любимой. - Потому я и прошу тебя подумать, - сказал он, - Ведь ежевечерних торжеств, на которых ты привыкла блистать, гостей, шума, веселья я тебе не обещаю. Даже напротив - такое если будет, то изредка. Ухаживаний за тобой кого-то еще я также терпеть не стану, - добавил Ли, - равно как и измен. А вот самому мне тебе изменять придется, - он посмотрел на Марианну, - с войной. Эти измены будут затяжными, и во время них тебе надолго придется оставаться одной. Также не исключена и другая моя измена. Со смертью. Вот это все ты должна взвесить, милая, решить для себя, хочешь ли ты такой жизни. Ну а все другое пусть тебя не волнует. Осуждения моей семьи и общества ты не почувствуешь, это я тебе обещаю.

Марианна: Зачем, зачем он вспомнил о войне?! Ох...Это не Ворон, который смеется в лицо "синеглазке" и напротив, восхищает всех своей склонностью с кем-нибудь да повоевать! Но он утащит, утянет или увлечет за собой и Лионеля. Тот безоговорочно будет сопровождать Первого маршала везде и всюду, они ведь такие друзья. А мешать мужской дружбе - совершенно бесполезное и глупое занятие, как и отвлекать от истинного мужского желания... Марианна горестно свела брови, ей нечем было возразить. Конечно...она станет только его женщиной, но "цветок" этот больше не будет блистать во всеобщей оранжерее, он будет спрятан в чаще, заперт за семью замками, даже если хозяин надолго покинет свой дом. Женщина закрыла глаза, не давая ответа. Они не подростки, чтобы клясться в вечной любви и свято выполнять клятвы, они знают цену обещаниям... - Я подумаю, Ли... Я подумаю, - упавшим голосом ответила Марианна, убирая волосы за спину, которые все норовили скрыть ее потухший взгляд.

Лионель Савиньяк: Лионель поймал перемену настроения Марианны. - Прости меня, моя девочка, это было жестоко, - он подобрался к ней поближе, снова набрасывая на плечи любимой свой халат и укутывая ее одновременно в теплую ткань и свои объятия, - Но я должен быть с тобой честен. Ли постарался заглянуть в глаза баронессы, чтобы увидеть их выражение.

Марианна: Марианна чуть поджала губы и положила голову на скрещенные руки перед собой. На попытку Лионеля посмотреть в ее глаза она ответила наклоном головы в сторону. - Не надо, Ли. Не сейчас, - внутри что-то бушевало, но женщина еще не могла точно сказать даже самой себе, что же ее так встревожило. Лионель обнимал ее, но почему так бьет озноб? Куда-то подевалась эйфория, расслабление и нега, баронессу словно льдом сковало на месте. - Ли, я хочу одеться, - тихо проговорила она приподымаясь и оглядываясь в поисках своего платья. О чем она только думала? Конечно, это не игры...

Лионель Савиньяк: Глядя на огорчение любимой Ли огорчился сам. Но он не знал, как утешить Марианну. Похоже, на этот раз у него не хватило чуткости. Он осторожно снял с ее плеч халат и, вместо того, чтобы подать любимой платье, стал надевать его на нее сам, надеясь, что она не оттолкнет его руки.

Марианна: Марианна остановила его руки, когда еще не был затянут корсаж и обернулась, чтобы прижаться к Лионелю еще раз, покрепче. - Милый, ты ставишь меня перед таким серьезным выбором. Есть ли у меня время, чтобы решиться на такой поступок? - она подняла голову, поглядев в его глаза, - Ты же знаешь, чувствуешь, что я - твоя... Она погладила овал его лица и остановила взгляд на губах, чуть тронула их кончиками пальцев.

Лионель Савиньяк: Ли взял обе руки Марианны в свои и поцеловал их попеременно. - Времени сколько угодно. Подумай. Я приму любое твое решение. Затем, желая переключить внимание баронессы он непростых и не слишком веселых дум, он сказал: - Дорогая, тебе нужно отвлечься. Хочешь прогулки по лесу вдоль озера, или может быть, небольшой вечерней охоты?

Марианна: - Прогулка вдоль озера? Прекрасная идея, - заулыбалась баронесса, хотя и готова была заплакать, - Я могу одеть другую одежду? - она озадаченно посмотрела на свое полуодетое платье и засмущалась, - Если бы я знала, куда еду, я бы взяла что-нибудь еще, но ты преподнес мне такой сюрприз, Лионель, - Марианна опять прижалась к графу и прошептала, - Можно я одену твою одежду, если здесь есть?

Лионель Савиньяк: - Можно, любимая, - Ли привлек к себе Марианну и поцеловал в висок, - Если тебе это будет удобно. Он наскоро натянул на себя штаны, сапоги и рубашку, лежавшие на шкурах на полу смятой грудой, как свидетельством их недавних ласк, и отвел баронессу наверх, в свою комнату, где открыл перед ней дверцы шкафа, предлагая выбрать.

Марианна: - Спасибо, дорогой, - Марианна стала с любопытством оглядывать гардероб графа и только улыбалась, представляя, как будет натягивать его штаны и рубашки, а сверху еще и вон ту безрукавку на меху, потому что время шло к вечеру и у озера уже было довольно прохладно по осеннему времени. Баронесса все же выбрала рубашку из плотного материала, с завязками на рукавах и горловине, штаны из оленьей кожи и безрукавку, чтобы не замерзнуть на вечерней прогулке. - Если ты поможешь мне облачиться во все это великолепие, я буду очень благодарна, - улыбалась она, уже натягивая рубашку через голову.

Лионель Савиньяк: Ли улыбнулся и согласно кивнул, помогая Марианне облачиться в выбранные ею вещи. Штанины пришлось подвернуть, а на поясе туго затянуть ремень, чтобы удержать его на тонкой талии баронессы. Меховая безрукавка оказалась Марианне очень к лицу. Савиньяк залюбовался. - Как все это тебе идет, дорогая, - улыбнулся он, - Но что делать с обувью? Мои сапоги тебе не подойдут - слишком велики... Внезапно, его осенило. - Подожди меня здесь, милая. Ли вышел в коридор, но вскоре вернулся, держу в руках пару небольших сапожек мягкой замшевой кожи. - Это сапоги Арно, - улыбнулся он, опускаясь вместе со своей добычей на одно колено перед любимой, - Остались в его комнате с подростковых времен. Надеюсь, они будут тебе в пору... Савиньяк облачил ножки любимой в плотные чулки, прежде поцеловав ее изящные щиколотки, а после примерил сапожок. - Ну вот, как раз в пору, - улыбнулся он, надевая на точеную ножку и второй.

Марианна: - А остались ли вещи с твоего детства? - спросила Марианна , довольно разглядывая светлый сапожок и пошевеливая носком, - Так интересно представить, каким ты был, что делал, о чем мечтал и грезил. У вас с Эмилем наверно было все общее. Над младшим Арно подтрунивали? - улыбаясь продолжала она расспрашивать, встала и прошлась по комнате, подпрыгнула, проверяя, как на ней вся одежда держится. - Я готова, идем обследовать ваше озеро. Возьмем плед и вино, - она собрала волосы в узелок на затылке и заколола шпилькой, заправив непослушные локоны за уши.

Лионель Савиньяк: - Боюсь, что нет, - ответил Ли, - В детстве мы в этом домике не бывали. С Милем да... Мы никогда не ссорились, а если иногда и дрались, то в шутку, - рассказал он, следя взглядом за проходящей по комнате Марианной и понимая, что не смотря на то, что только что одевал ее тщательно, хотел бы снова немедленно ее раздеть и отнести на свою кровать... Но вместо этого он подхватил свою красавицу на руки, чтобы спуститься вместе с ней вниз и отправиться на прогулку. - Плед и вино внизу, - сказал Ли, целуя шейку любимой, - На озере должно быть сейчас красиво. Солнце заходит.

Марианна: - Тогда проводим этот закат вместе, впереди у нас их будет много-много, а этот - самый первый, - ответила Марианна оглядываясь на предвечернее небо, которое из синего становилось ближе к горизонту пунцовым, красным и оранжевым. А солнце, как большое желтое блюдо, уже готовилось закатится за крохотную кромку деревьев леса. Скоро будет ночь, восхитительная, полная звезд, шорохов, тихих уханий и потрескиваний поленьев в костре. Они прогуляются всего чуть-чуть и вернутся, чтобы баронесса лично приготовила господину графу ужин.

Лионель Савиньяк: Услышав от Марианны о множестве будущих совместных закатов Лионель улыбнулся обрадованно, а после сложил в корзину плед, бутыль вина и пару бокалов, предложил Марианне свой локоть и вывел любимую из домика к озеру. Вдоль него шла неширокая тропинка среди высоких стройных сосен, утопающих корнями в прибрежном песке. Ли повел Марианну к этой тропке.

Марианна: Марианна, опираясь на руку Ли, мягко ступала по песку и довольно щурилась вслед уходящему солнцу и еще одному прекрасному осеннему дню. Как же она счастлива сейчас, наедине с Лионелем. Как внимателен, заботлив и нежен ее кавалер, как уверенно и спокойно она чувствует себя рядом с ним. Определенно, баронесса видела множество мужчин на своем веку, но никогда не возникало ощущений, что одновременно Он нравится ей и Она полностью устраивает его. Ведь вопрос даже не стоял о том, кто будет за ней ухаживать потом, просто куртизанке дали понять, что если выбор будет сделан в пользу одного, то и она будет единственной для него женщиной на свете. Марианна покрепче обняла руку Лионеля. - Возле самой воды, милый. Где-то здесь есть поваленное дерево, чтобы мы не сидели на прохладном песке? Летом тут должно быть восхитительно и жарко, но сейчас даже плед не спасет от сырости...

Лионель Савиньяк: - Сейчас найдем, дорогая, - сказал Лионель, всматриваясь в береговую линию вдоль озера в медленно наступающих сумерках, - Похоже, вот там то, что нам нужно. Вывернутая с корнем и полуутопленная в песок сосна лежала не совсем рядом с водой, но с нее должен был открываться отличный вид на закат над озером. Ли привел туда Марианну, присел сам на высушенный за день солнцем мох, которым была покрыта кора дерева, усадил баронессу к себе на колени, укрыл ее плечи пледом и дал в руки оба бокала для вина, а сам принялся откупоривать бутылку.

Марианна: Марианна прикорнула к Лионелю и зажмурилась от удовольствия. Она сейчас могла почувствовать себя маленькой девочкой, беззащитной, хрупкой и доверчивой. Взяв бокалы она принялась рассматривать через стекло уходящее солнце и просто щекотать губами шею Лионеля, чуть покусывая зубками. - Я сейчас буду очень избалованной, Ли, - хихикнула баронесса, прихватив губами мочку его уха.

Лионель Савиньяк: - Рад буду тебя побаловать, - улыбнулся Савиньяк, разливая вино по бокалам и чувствуя, как по телу проходит дрожь от игривых поцелуев и ласк Марианны. - Выпьем за нас, любимая?

Марианна: - Только за нас, дорогой, - мелодичным звоном подтвердила свое согласие баронесса и тут же отпила половину бокала, - А теперь мое сладкое! - она облизнула губки, ожидая, пока пьет Лионель, чтобы тут же и поцеловать, коварно обводя язычком мужские губы.

Лионель Савиньяк: Лионель осушил бокал и поставил его в песок, чтобы обнять Марианну обеими руками прежде, чем приникнуть губами к ее сладким губкам. Рука скользнула по кожаным штанам, что были на баронессе вместо привычных шелковых юбок, сжимая бедро сидящей у него на коленях женщины.

Марианна: - Осторожнее, милый, - проворковала Марианна, поджимая коленку и ставя носок сапожка на сосну, - У меня будут фантазии, как можно будет использовать эту сосну, - она тихонько засмеялась очерчивая пальцем губы Лионеля. Ощущать на теле вместо белья, множества мягкой ткани и чулков кожу мужских штанов было прелюбопытным ощущением, это будило азарт.

Лионель Савиньяк: - Мне нравятся все твои фантазии, - горячо проговорил Лионель, ловя губами пальчик любимой, - я от них в восторге. Он сунул руку под меховую безрукавку, лаская грудь любимой через ткань рубашки, трогая пальцами мигом затвердевший сосок.

Марианна: От вечерней прохлады, от вина и близости любимого человека у Марианны кружилась голова и стала очень чувствительной кожа. Рука Ли, дразнящая своим касанием грудь, вызвала у женщины довольный стон. Баронесса отклонилась назад, отводя полу безрукавки, смотрела, облизнувшись на его руку. - Сожми меня. Покажи, как ты меня хочешь. Хочу видеть тебя, как тирана, - возбужденно прошептала она, - Моего тирана!

Лионель Савиньяк: Воображение Марианны было настоль неординарным, что Лионель сперва даже слегка оторопел. Жестокость была не чужда ему, но жестокость к женщине... Ли посмотрел в лицо Марианне, пытаясь понять, насколько далеко готова зайти его шалунья, глаза которой сияли озорным блеском. - И какими же бывают тираны в твоем представлении, дорогая? Расскажи мне, - сказал он, целуя руку баронессы и одновременно покачивая ее на своих коленях, словно маленькую девочку.

Марианна: - У нас было время для нежности, но иногда хочется и жесткости, - заулыбалась Марианна, - Однако если для тебя это так неожиданно, то можем и повременить, а может и вовсе забыть, - она опять взяла свой бокал и посмотрела вниз, в поисках корзинки.

Лионель Савиньяк: Лионель осторожно отнял у любимой пустой бокал, утопил его ножку в песке подле своего и снова прижал запястье Марианны к своим губам, на этот раз молча, лишь внимательно вглядываясь в ее лицо. А затем... Его рука очертила ее бедро, ягодицы, пальцы быстро расстегнули и сняли ремень, удерживавший штаны на талии женщины. Будто на мгновение о чем-то задумавшись, Ли обвел пальцами тяжелую кованую пряжку, но затем отложил ремень, бросив его на ствол сосны, будто оставив эту мысль. После он резко рванул пояс ее шатнов вниз, приподнял ее обеими руками, и внезапно женщина оказалась перекинутой через ствол дерева и уложенной животом на мягкий мох. Штаны были спущены на колени. Лионель одной рукой удерживал Марианну за талию в таком положении, прижимая к дереву, другой он провел по ее белой обнаженной коже...

Марианна: - Ли! - Марианна не ожидала, что вот так резко... ее слова воспримут всерьез, - Ли... - она испуганно обернулась к нему, пытаясь уверить себя, что любимый лишь играет. Тело разом пронзила дрожь, кожа взялась "цыпками", она сделала попытку рвануться вперед.

Лионель Савиньяк: Лионель поймал страх во взгляде обернувшейся к нему Марианны, но не спешил улыбаться в ответ, хотя конечно, все это была игра... Игра, которая завела его настолько, что он не задумываясь взял бы любимую прямо сейчас, на этой поваленной сосне. Но Марианна, казалось, испугалась на самом деле, рванувшись из его рук. Это завело Ли еще больше, однако, сразу перегибать не стоило, тем более, на берегу холодало так же стремительно, как и темнело. Продолжая придерживать Марианну за талию одной рукой, а ладонью другой гладя ее нежный живот, Савиньяк опустился на одно колено, ткнувшись сапогом в песок, поцеловал открывшуюся под задранной рубашкой полосу нежной кожи чуть вздрагивающей спины любимой, затем спустился поцелуями ниже, прикрыв глаза и сам дрожа от возбуждения... Однако, длились его поцелуи недолго. Как ни были они горячи, для их продолжения следовало вернуться в дом. На озере становилось слишком холодно, и Ли побоялся застудить любимую. Он встал, не выпуская ее из рук, вернул на место ее белье и штаны, а после поднял Марианну с дерева, заключая ее в объятия и крепко прижимая к себе. - Ты испугалась... Испугалась, моя девочка, - он нежно прижался губами к ее виску.

Марианна: Марианна крепко обняла его, вздрагивая и прижимаясь всем телом к его горячей груди. - Извини, я заигралась... Но мне понравилось, правда, - шептала она забираясь руками под его куртку, пытаясь уменьшиться в размерах, чтобы, как белка, юркнуть к нему за пазуху. - Ты так резко меня уложил, что мне показалось, что либо ты меня отшлепаешь, либо возьмешь прямо сейчас, на сосне, - она едва вздохнула, но то ли от огорчения, что игра не продолжилась, то ли от удовольствия, что сейчас она опять в безопасности и Ли никогда не обидит ее, каковы бы ни были безрассудны ее желания.

Лионель Савиньяк: Ли немного отстранился, посмотрев на Марианну. - Если подобное на самом деле тебя не пугает, я бы с удовольствием продолжил, - сказал он, - Но я должен был в этом увериться. Кроме того, на берегу сейчас слишком холодно для такого продолжения. Лионель распахнул полы своей куртки, сильнее прижимая к себе Марианну и укутывая ее, а затем развернулся вместе с ней к озеру, чтобы видеть закат осеннего солнца над ним. - Взгляни, любимая, закат мы все-таки не пропустили, - сказал Ли, указывая на оттенки красного и оранжевого, отражающиеся в воде.

Марианна: Марианна затихла, вместе с Ли наблюдая последние солнечные блики на кромке воды и как солнце постепенно уходит за верхушки леса, как ленивый кошачий глаз. Горячие краски в воде потускнели, поверхность озера стала серой с проплывающими по ней чернеющими опавшими листьями. Где-то наверху послышался разноголосый птичий гомон - косяк уток или гусей летел далеко на Юг. Баронесса мечтательно смотрела им вслед. - Они уносят последние теплые дни, любимый. Нам остается лишь камин и наши тела, а также горящие любовью глаза, - она поежилась, обнимая Лионеля под курткой, - Нам пора возвращаться, сумерки подступают. В подтверждение слов Марианны подул прохладный ветер и зашелестел подсохший камыш. - И ты меня не то что бы напугал... Это и нельзя назвать испугом. Просто неожиданность... Но знал бы ты, как горячо стало потом, - загадочно заулыбалась Марианна и ее скулы густо покраснели, - Никогда бы не подумала, что твое применение силы может так возбудить.

Лионель Савиньяк: - Вот как, - улыбнулся Ли в ответ на последние слова любимой, снова прижимаясь губами к ее виску, - Значит, ты действительно мне доверяешь. Для меня это очень важно. Он еще немного подержал Марианну в объятиях, а затем отпустил, чтобы сложить в корзинку бокалы и недопитое вино, перекинуть через руку плед, а локоть другой руки вновь предложить любимой. На озере быстро стемнело, так что охотничий домик, от которого они отошли не так далеко, теперь угадывался лишь очертаниями в сгущающихся осенних сумерках. Вернувшись туда с Марианной, Ли взялся за растопку камина.

Марианна: Марианна на последние слова Лионеля не смогла ответить и молча благословила сумерки, что они скрыли ее лихорадочный румянец, что при ее светлой коже было крайне трудно. Темнело очень быстро и стало холодать, даже безрукавка так не согревала, как на берегу. Ветер усилился и по небу стали сгущаться тучные, низко висящие облака, которые в темнеющем небе выглядели, как огромные черные пятна. - Любимый, погода портится, поторопимся, - обеспокоенно сказала Марианна и быстро скрылась в доме. Пока Ли занимался растопкой камина, баронесса разливала вино и готовила мясо с хлебом, чтобы они с Лионелем разогрели кушанье над камином.

Лионель Савиньяк: Лионель сидел на полу у камина, понемногу подбрасывая сухое дерево в огонь и размышляя о сегодняшнем вечере, а вернее, о произошедшем на берегу. Он будто вновь ощутил прохладную кожу ремня в своей ладони и трепетное тело Марианны под другой ладонью... Это было возбуждающе. Внезапно, его взгляд упал на одежду баронессы, оставленную в зале на одном из кресел. Помимо платья и нижних юбок с кресла к полу свешивался шелковый шарф, тонкий и длинный. Ли встал и взял его в руки, затем медленно протянул нежную ткань сквозь кулак.

Марианна: Марианна что-то щебетала в соседней комнате, наверно нашла множество одеял и подушек, чтобы поудобнее устроиться перед огнем на полу в гостиной. Выглянув на свет, все еще в штанах Лионеля и его рубашке, она подошла к графу и обняла за плечи. - Что ты делаешь, Ли?...Тебе нравится мой шарф? - с усмешкой сказала она, поцеловав его за правым ухом.

Лионель Савиньяк: Лионель повернулся к любимой, молча и внимательно взглянул в ее лицо. Затем он провел по нежной щеке и белой шее Марианны прохладным шелком шарфа, который намотал на ладонь.

Марианна: Марианна в свою очередь не сводила взгляда с лица Лионеля, интуитивно догадываясь, что любимый что-то задумал. Это интриговало, и баронесса улыбнулась, склонив голову на бок. - Ты хочешь сделать что-то с моим шарфом, любимый? - спросила она шепотом, покорно демонстрируя открытую шейку...

Лионель Савиньяк: Ли внезапно резко притянул к себе Марианну, прижался губами к ее губам, ворвался языком в ее рот. Его руки избавили ее от меховой безрукавки, потянули рубашку вверх, сдернули штаны. - Верь мне, - прошептал Лионель на ушко любимой, отрываясь от ее губ, - Верь мне... Избавив Марианну от одежды, он осторожно обернул шарф вокруг ее шеи, оставив в своей руке оба его конца.

Марианна: Марианна опешила от такой резкой перемены его поведения, но и не думала вырываться. Ей стало интересно вдвойне. - Ты на меня узду надеваешь? Или аркан? - усмехаясь говорила она ощущая прохладные "объятия" шарфа. Он был крепкий и гладкий. Взглядом она спрашивала Лионеля "Зачем?..."

Лионель Савиньяк: Лионель быстро скинул одежду и сам, намотав оба конца шарфа на руку, чтобы не выпустить, а затем вдруг набросил легкую ткань на крючок в стене у камина и слегка потянул за концы шарфа, совсем немного, лишь чтобы дать Марианне привыкнуть к ощущениям и понять условия новой игры.

Марианна: Марианна почувствовала, как шарф, ласковый и едва ощутимый, становится опасным... Сначала он просто натянулся, плотно обхватив шейку баронессы кольцом, а потом чуть стянул кожу и женщина глубоко втянула воздух, будто запасаясь им на этот момент. Было ли это инстинктивно, Марианна, не знала, но манипуляция с шарфом дала ей ясно понять, что сейчас ее дыхание зависит от того, насколько сильно потянет за шарф Лионель. - Ли... - она обеспокоенно посмотрела на руки мужчины. Ее пугало и одновременно возбуждало положение зависимости. Лионель просил её довериться, она попытается...

Лионель Савиньяк: Не выпуская концов шарфа из руки Лионель обнял Марианну другой, прижал к себе, провел по спинке, собирая темные локоны в горсть. - Не бойся, - прошептал он, - не бойся... Его дыхание и шепот щекотали обмотанную шарфом шейку баронессы. Рука спустилась ниже по спине и сжала нежные ягодицы.

Марианна: И Марианна доверилась. Хватило всего лишь его шепота, чтобы леденящий страх тут же отступил и на его место прокралось любопытство и возбуждение. Сейчас Лионель руководил ее дыханием, держал жизнь на концах этого шелкового шарфа. "Я доверюсь ему", - успела подумать баронесса как концы шарфа опять натянулись, видимо Ли наматывал их на кулак, нежные тиски сжали горло, перекрывая всякую возможность вскрикнуть! - Ах... - руки Марианны сами потянулись к шее, но стягивать опасную "игрушку" она не стала, это был лишь сигнал, что она еще в сознании и понимает, что происходит. - Ли... - как же ее возбудило это ощущение господства графа Савиньяка! Еще и еще хотелось действий, что он еще задумал?! От недостатка воздуха чуть потемнело в глазах, баронесса отклонила голову назад, вслед за уходящими вверх концами шарфа, - Милый...

Лионель Савиньяк: Любимая была так покорна, находясь во власти шарфа и его рук, что Ли задрожал, с трудом поборов желание уложить ее на шкуры у камина тут же, закончив игру с контролем дыхания едва ли не раньше, чем она началась. Прижав к себе Марианну, он поймал губами ее вздох, почувствовал дрожь и ее тела, после чего ослабил шарф. - Не бойся... Верь мне, - повторил он, приникая к ее губам, раздвигая их языком, отдавая свое дыхание любимой будто бы вместо недостающего.

Марианна: Марианна почувствовала себя куклой в его руках. Сильных, хозяйских руках, которые не сколько поддерживают, сколько удерживают рядом. И она не хочет им противиться, не хочет вырываться, показывать недовольство или панику. Она отдается ему так, как Ли этого хочет. Слабый вздох и его поцелуй. Если бы это был полет, то почему бы ей в открытом небе не быть лебедем, а ему темным коршуном? Почему она так хочет быть сейчас слабой и зависимой? Мозг сейчас не слушался, видимо, ему сейчас не хватало кислорода, а внутреннее естество трепетало и питалось мужской силой, властью. - Ли, - слабый вдох во время поцелуя и теплый ласкающий язык между губ баронессы. Она обняла руками его плечи, едва шевеля губами. Долгожданный вдох принес временное облегчение.

Лионель Савиньяк: Лионель снял шарф с крюка, намотал его на кисть и поднял любимую на руки. Для первого раза было достаточно, пока еще она слишком боялась, он это видел, хотя и доверие ему со стороны баронессы было безоговорочным. Держа ее на руках, Ли отправился вверх по лестнице, там открыл дверь своей спальни и уложил Марианну на кровать.

Марианна: Марианна все еще была слаба от удушливой игры с шарфом, но теперь, ощущая спиной теплый покров баронесса совсем успокоилась и мягко улыбалась графу, лежа на кровати. - Милый... - она опять потрогала шарф на своей шее, - Ты позволил мне дышать?

Лионель Савиньяк: Лионель повернулся к ночному столику у кровати и плеснул в стакан воды из графина, затем сел на край кровати и, приподняв Марианне голову, поднес воду к ее губам. - Сделай несколько глотков, - сказал он, - Ты сама - мое дыхание, радость моя. Он осторожно снял шарф с шеи баронессы, давая понять, что на сегодня эта игра закончена. Однако, узкий кусок шелка можно было использовать и в другой, когда Марианна придет в себя, а вернее, просто успокоится.

Марианна: Марианна покорно отпила несколько глотков и опять улеглась на покрывало. - Милый, это опасная игра... Я еще никому так не доверяла, как тебе сейчас. Ты мог убить меня, если бы хотел. И я бы просто не сопротивляясь, потеряла сознание, чтобы не очнуться вовсе. Но теперь я вижу, что на самом деле могу тебе доверять, - она погладила руку Лионеля, дотягиваясь до его плеча. - Я хочу тебя...

Лионель Савиньяк: - Нет, - Лионель забрал стакан у Марианны и сам протянул руку, чтобы гладить ее по волосам, перебирая ласково шелковистые темные локоны, - Она не была опасна. Я не мог тебя убить, и ты бы не потеряла сознание - только не в моих руках, - добавил он, - Но сейчас тебе не нужно об этом думать, милая. Ты должна осознать то, что после этой игры с тобой все в порядке, на твоей шейке нет ни малейшего следа от шарфа, ты дышишь, как обычно, и сердчишко твое бьется спокойно... Говоря все это он гладил и гладил любимую по головке, а после прилег с ней рядом поверх покрывала, чтобы бережно обнять и согреть в объятиях.

Марианна: Марианна прижалась к нему и глубоко вздохнула. Какой странный и длинный день... Почему-то накатила усталость. Было так спокойно и тепло рядом с Лионелем. Баронесса прикрыла глаза веками и тут же задремала, обнимая графа.

Лионель Савиньяк: Ли подождал, пока сон Марианны станет глубоким, а после осторожно приподнял ее, чтобы стянуть покрывало с кровати и уложить любимую под одеяло. - Спи, спи..., - проговорил он, когда она беспокойно заворочалась в его руках во сне. Савиньяк и сам утомился за день, ведь начался он довольно рано, и еще до прогулки с баронессой ему довелось помотаться по делам, так что он сделал пару глотков воды из недопитого Марианной стакана, и, затушив в комнате свечи, нырнул к ней под одеяло. Проснулся Ли по привычке рано. Осеннее утро выдалось хмурым, но это не могло испортить ему радужного настроения, которое пребывало с ним все время, пока рядом находилась Марианна. Сейчас она спала, свернувшись под одеялом клубочком, лишь высунув носик наружу. Тихонько поцеловав кончик носика любимой, он встал, потянулся и вышел, прикрыв за собой дверь. Внизу было тепло, в камине еще тлели угли от сожженных накануне дров. Лионель собрал сброшенную вчера на пол одежду, Марианны и свою, встряхнул и аккуратно перекинул через спинки кресел, а потом, не став одеваться, вышел на воздух. Озеро выглядело спокойным, словно застывшее олово. Ли прошел к воде от домика босиком по прохладному песку, а затем ускорил шаги, почти разбежался и врезался плечом в прозрачную гладь. Затем капитан быстро поплыл вперед, разгребая воду.

Марианна: Баронесса чего греха таить, любила поспать по утрам подольше. Виной, естественно, были развлекательные вечера, которые длились далеко за полночь и до раннего утра. Но сейчас ей просто не хотелось просыпаться и вспоминать, где она, с кем она и когда нужно возвращаться в город. Ей было хорошо и тепло. Рядом лежал мужчина ее мечты полностью разделяя удовольствие близости и был с ней практически одним целым. Сейчас это место пустовало... Марианна обеспокоенно подняла голову. - Ли? - позвала она тихо, думая, что любимый или вышел в коридор, или стоит у окна. А может он пошел вниз, чтобы нагреть воду и приготовить шадди? Как бы это было здорово... Марианна с наслаждением потянулась всем телом под одеялом и мурлыкнув потерлась щекой о подушку, где Лионель спал. Может быть вообще не стоит вставать, притвориться больной, чтобы Лионель не спешил в город по делам, а уделил ей еще один день? Ну нет. Все, что угодно, только не мнимая болезнь, только не с ним. Она должна быть всегда здорова и прекрасна, готова к утехам и любви. Кстати, о красоте. Хоть и говорят, что прекраснее женщины нет, чем спросонья, но ведь одно дело проснуться дома, где уже наготове множество баночек с кремом и разнообразным принадлежностями для макияжа, а другое - проснуться в чужой постели. Марианна села и облокотила на согнутые колени серебряный поднос из под графина с водой, чтобы посмотреть на отражение. Что ж... жаль, что здесь нет ее любимых грифелей для того, чтобы сделать брови совершенными, а глаза еще выразительней. Нет любимой вишневой помады и туалетной воды с запахом роз. Баронесса смочила край полотенца водой из графина и тщательно вытерла лицо, шею, плечи и грудь. Но где же Лионель? Закончив с туалетом и пытаясь уложить непослушные после сна кудри в узел на затылке, Марианна встала и подошла к окну, распахнула его и облокотилась на подоконник, доверяя осеннему ветерку охладить разнеженную за ночь кожу. Отсюда открывался прекрасный вид на озеро и баронесса заулыбалась, узнав в движущейся фигуре графа, который видимо хотел переплыть озеро за раз. Она не стала махать рукой и звать его. Она уложила локти на подоконник и любовалась им.

Лионель Савиньяк: Холодная вода осеннего озера приятно обжигала кожу, заставляла напрягаться мышцы, но долго в ней оставаться было нельзя - могли начаться судороги. Ли развернулся к берегу, и, вскоре выйдя на берег, хотел поспешить в дом, но случайно поднял глаза, и увидел Марианну в открытом окне спальни. Он улыбнулся, увидев ее, и сам помахал ей рукой. Сейчас Лионель пожалел, что на дворе стоит осень, и для любимой нельзя набрать цветов, однако, он все же нес ей подарок - гладкий камешек со дна озера. Еще поулыбавшись Марианне и отряхнувшись от капель воды, Лионель поспешил в дом. И хотя и осень... Это тебе, любимая



полная версия страницы