Форум » Сны, мистификации, мистерии » "Осторожно, модерн!" » Ответить

"Осторожно, модерн!"

Лионель Савиньяк: Действующие лица и исполнители: Леонид Савин, капитан УГРО - Лионель Савиньяк [more][/more] Марина Копылова-Газилина, его возлюбленная - Марианна Капуль-Гизайль [more][/more]

Ответов - 160, стр: 1 2 3 4 5 6 All

Лионель Савиньяк: Леонид возвращался домой уже почти заполночь. Темный дворик его дома в спальном районе Питера, присыпанный подтаявшим грязным снегом, казался пустынным и особенно тихим после оживленного не меньше, чем днем, ночного центра. Лифт, наконец, заработал, судя по горящей лампочке-кнопке, но капитан привычно поднялся на свой шестой этаж пешком. Он открыл дверь однушки, вошел в маленькую узкую прихожую, и едва успел разуться, как в кармане зазвонил мобильный. Предвосхищая очередной звонок с работы, капитан хмуро взглянул на экран, но лицо его тут же просветлело. Это звонила Марина. - Привет, - сказал он, поднося "трубку" к уху.

Марианна: В трубке послышался всхлип, а потом едва слышно: - Лёня, можно я сегодня у тебя переночую? - по ту сторону мобильной связи кто-то всхлипнул еще раз, видимо, подобное было уже не первый раз. Марине было очень неловко просить об этом теперь уже капитана Леонида Савина. Да и как опять рассказывать о своих семейных проблемах другу, который смотрит на тебя не как друг, причем уже давно. Она стояла на автобусной остановке, продрогшая, чуть переступая с ноги на ногу, пытаясь согреться. Естественно, что на общественном транспорте она уже никуда не сможет уехать, но если потребуется, то час она пройдет и пешком. Средств на такси не было, каблуки слишком высокие и куртка слишком легкая. Рядом посигналила машина и на зазывающие речи "покататься и развлечься" Марина не ответила, а отошла в тень от света одинокого фонаря. Ее опять приняли за "ночную бабочку".

Лионель Савиньяк: - Где ты? Это было первое, что он спросил. Звуки, которые помимо сдержанных всхлипов Марины были слышны в трубке, свидетельствовали о том, что она на улице - так поздно, одна. Наверняка, снова проблемы с мужем... - Не стой на улице, - попросил он, - Зайди в какое-нибудь кафе поблизости, или магазин круглосуточный, узнай адрес и позвони мне снова, я тебе туда такси пришлю, слышишь? Не смотря на всхлипы Марины, у Леонида на душе потеплело. Он был рад ее звонку и тому, что скоро увидит ее. И она будет у него дома целую ночь... А может быть, и дольше.

Марианна: - Хорошо, - Марина тяжко вздохнула и сложила телефон. На улице и впрямь сейчас было небезопасно. Если ее не заберут блюстители порядка, как подозреваемую в "индивидуально-трудовой" деятельности, то подвыпившие гуляки наверняка попытаюсь завести более близкое знакомство. Зачем доставлять Лёне лишние хлопоты? Она и так компрометирует его, заночевав у холостого мужчины после ссоры с мужем. Костя был хорошим увальнем, но когда выпивал на очередном корпоративе, приезжал домой злой, как черт и гонял Марину по квартире с угрозами, что найдет ее ухажера и расправится с обоими. Дом был перевернут верх дном, а Марина спасалась у подруг, к которым тот же самый супруг и звонил, выпытывая, где прячется его непутевая жена?! С Леонидом Марина и познакомилась случайно, когда выпускали под залог за хулиганство ее Константина. Хоть знакомство и было недолгим, но Марина, как женщина, сразу почувствовала, что Лёня именно тот мужчина, который сможет защитить не только как блюститель порядка. Потом она конечно узнала, что Леонид еще и следователь, что ее несколько насторожило. Общие знакомые потом подшучивали, особенно Ромка Алый, красавец-насмешник, что Марина себе телохранителя завела. Но ведь никто и никогда не видел, как она убегает от мужа, который в очередном пьяном угаре гоняется за ней. Как странно, но и развестись Марина не могла, муж оплачивал учебу в институте, а работать ей не давал - опять же из-за ревности. Марина зашла в полупустое кафе и села за стойку, спросив адрес. Тут же набрала опять Леонида, продиктовав тот же адрес. - Я тебя правда не стесню?

Лионель Савиньяк: - Не стеснишь, - улыбнулся в трубку Леонид. - Ты же знаешь, я всегда рад тебя видеть. Он быстро вызвал такси и перезвонил Марине, сказав, что серебристый фольксваген с номером К178НВ будет ждать ее у выхода из кафе через десять минут. После этого Леонид стал снова обуваться, чтобы встретить Марину во дворе. Он спустился по лестнице вниз, позабыв про всякую усталость тяжелого рабочего дня, едва не перепрыгивая через ступеньки, словно мальчишка. Радость от того, что он сейчас увидит Марину, переполняла его. Леонид вышел из подъезда в сумрак наступившей ночи, вдохнул сырой холодный воздух вместе с дымом сигареты, которую закурил в ожидании появления такси, в котором едет сейчас его счастье. Марину он впервые увидел в управлении. Она ждала мужа, вроде бы подравшегося и побившего стекла в каком-то кафе на корпративе, которого уже должны были выпустить. Леонид шел тогда по коридору не обращая особенного внимания на "публику" в коридоре. Голова была занята проблемами, связанными с новым непростым делом, которым он тогда занимался. И вдруг... Его взгляд упал на сидящую там на обшарпанном стуле Марину. Его лицо было измученным и обеспокоенным, как у большинства тех, кто обычно сидит в этом коридоре на таких стульях, но Леонид внезапно почувствовал к этой девушке и симпатию, и жалость, и кое-что еще... Он никогда не влюблялся с первого взгляда, ну разве что еще в школе, и не мог представить себе, что когда-нибудь испытает что-то подобное всерьез. Как писал кто-то из классиков, любовь подкралась к нему сзади, словно убийца с ножом, безжалостно вонзив острие ему в спину. Он, кажется, даже пошатнулся, остановившись в коридоре и не в силах отвести от Марины глаз. Она повернула к нему свое красивое личико, отвела со щеки мешающую прядь своих потрясающих длинных волос, что-то сказала, но Леонид даже сразу не понял, что, и что она обращается к нему. Он отчего-то был уверен, что она - одна из "ночных бабочек", которых периодически отлавливали на улицах и везли в управление, но капитан был не в силах оторвать от нее глаз. Марина была одета дорого и ярко, косметика размазалась на одном ее глазу от слез, и Леонид совершенно не сомневался в роде ее деятельности. Узкие джинсики обтягивали ее длинные ножки и округлые аппетитные бедра, поясок-цепочка подчеркивал тонкую талию, а у глубокого выреза яркой маечки посередине была выложена стразами оранжевая роза. Эта роза тогда заворожила Леонида окончательно... Потом оказалось, что к "организации" питерских жриц любви Марина не имеет никакого отношения. Она студентка и замужем, и пришла забирать набедокурившего мужа. Леонид не знал, рад ли он тому, что ошибся. Проститутку можно было бы выкупить у сутенера, если бы она захотела этого. С порядочной же замужней женщиной дело обстояло сложнее. Любит ли она своего Константина, или это просто привычка... Или просто слишком зависима от него материально... Леонид этого не знал и, не смотря на завязавшийся разговор тогда, в коридоре управления, переросший после в крепкую дружбу, чтобы не порушить которую капитану приходилось скрывать свои истинные чувства к Марине, о ее отношениях с мужем он ее никогда не расспрашивал. Леонид по своей природе был молчалив и никогда не задавал собеседникам лишних вопросов, но при этом он обладал некой харизмой, располагающей к доверию и добровольному желанию изливать ему душу. Для него, как следователя, это было ценным качеством, и как друга тоже. Только Марина не торопилась жаловаться ему на своего Костю, а он ничего у нее не спрашивал, когда она звонила ему в слезах, прося помощи или пристанища, а просто всегда молча протягивал ей руку помощи. Леднид докурил и выбросил обожженный фильтр. Фольксваген въехал во двор, остановился у подъезда, и капитан подошел, чтобы открыть Марине дверцу и расплатиться с таксистом.

Марианна: Пока Марина ехала в такси, она пытливо разглядывала себя в карманное зеркальце. Какой же все-таки Костя бывает урод! От оплеухи на левой скуле уже расцвела красная отметина. И ведь знает же, подлец, что у нее слишком чувствительная кожа и любое физическое воздействие непременно оставляет след. Что теперь делать? Леня увидит, будет задавать вопросы. Он же настоящий мужчина... Хотя нет, он скорее промолчит, но сделает зарубочку в памяти, а ей будет неловко, что она все еще живет с невменяемым мужем. Если она и хотела забеременеть, то эти мечты уже давно улетучились, поскольку от такого нервного напряжения она бы не выносила ребенка, да и куда ей беременеть? На втором-то курсе? Ни работы, ни связей - один только муж, который кормит, холит, гоняет - значит, любит? Марина стала усердно запудривать левую щеку то и дело вглядываясь в отражение, пока проезжали мимо фонарей. Марина отключила телефон предварительно отправив СМС близкой подружке, чтобы та не волновалась "Я в укрытии" - то есть она где-то нашла место переночевать. Благо, подруг у Марины было много, но они все тоже побаивались Костю, который, если ему взбредет в голову, поедет за ней к той или иной подружке. Кому нужны пьяные разборки? Утром он протрезвеет и все начнется сначала - он будет ее покорно ждать, купит очередной ворох цветов и будет сидеть с виноватой физиономией за столом. А потом она вправе потребовать очередного шоппинга. И так до следующего корпоратива. Косте льстило, что она везде его сопровождает, но вот людям глаза и рот не закроешь - ему нашаептывают, ей целуют ручки в запястье и выше. Тайком предлагают встречи и покровительство, а она, дурочка, пока молчит! И ведь было бы за что гонять, так ведь не за что! Водитель уставился в свое зеркальце и Марина едва удержалась, чтобы не показать ему язык, но лишь громко захлопнула косметичку и повернулась лицом к окошку. Когда машина остановилась, она лихорадочно проверила, все ли на ней благообразно сидит, поправила волосы, что разлохматил прохладный ветер и с сожалением заметила, что прямые черные пряди от влаги снова закрутились кольцами, как у цыганки. - Леня, - она вышла из машины радостно обняв капитана, - Извини еще раз, у меня выхода не было, - она перекинула волосы на левое плечо, скрывая щеку.

Лионель Савиньяк: Леонид осторожно прижал обнявшую его Марину к себе, вдыхая аромат ее влажных от сырой погоды волос. Прежде, чем отпустить ее, что стоило ему немалых усилий, он взял в ладонь ее узкое запястье и приник губами к нежной кисти. Он целовал ей руку всегда при встрече, пусть в этом было что-то старомодное, но отказаться от этого жеста Леонид не мог, ведь это был единственный интимный момент, который он позволял себе с Мариной. - Не за что извиняться, - улыбнулся он ей, а затем внимательнее всмотрелся в ее лицо в свете приподъездного фонаря и немного помрачнел, - Ты всегда можешь на меня рассчитывать, ты же знаешь. Пойдем, ты совсем замерзла, - Леонид легонько потянул Марину в сторону дома за руку, которую так и не выпустил из своей.

Марианна: Марина облегченно вздохнула - кажется, не заметил. Ну, а припухшие веки - просто расстроена, не более того. Сейчас она согреется, выпьет потрясающего чаю и завернется в зеленый с синим плед. Однако же какая она эгоистка! Лене завтра на работу, нужно что бы он сразу лег отдыхать, а она сама как-нибудь устроится. Главное, что здесь ее никто не найдет до утра. - Лень, я быстро ополоснусь в душе. У тебя есть во что переодеться? Извини, я просто выскочила в чем была, все так неожиданно. Я не стесню тебя, только чаю попьем... Господи, как я продрогла. Ты не смотри, что я не накрашена. Просто я уже хотела ложиться, а тут Костя приехал и мы поругались. Ну, как всегда, понимаешь? - болтала она, чтобы сгладить неловкую паузу. То, как галантно ее всегда встречал Леня, невероятно тешило Марину, с ним она могла сейчас забыть все, просто побыть рядом.

Лионель Савиньяк: - Да, сейчас, - Леонид быстро скинул в прихожей ботинки и куртку и зашел в комнату, на ходу снимая с себя плечевую кобуру, которую пока повесил там на спинку стула, - Вот, - он сразу же вернулся, протягивая Марине свежее большое полотенце и нераспечатанный пакет с мягким пушистым халатиком персикового цвета и такими же тапочками. - Это для тебя... Я надеюсь, подойдет, - он улыбнулся чуть виновато, не зная, как Марина отреагирует на такой "подарок".

Марианна: - Ой, ты как будто меня ждал! - вдруг обрадовалась Маринка и взяла пакет, - Как мило! Но я не ожидала, если честно! Я примерю, да? - она попыталась, удерживая пакет, снять один сапог, жикнув "молнией", потом второй. Курточку пришлось стряхнуть, с капюшона, вернее с намокшего меха капало на ковровую дорожку, а обладательница пакета угадывала, где включается свет в ванную и скрылась за дверью. - О, боже мой! - тихо воскликнула она, глядя в настенное зеркало. Сказать, что она выглядела ужасно - ничего не сказать. Где лоск? Где ухоженность? Хотя, правда, говорят, что красоту ничем не испортишь, но это был уже перебор. Она была похожа на мокрую кошку и эту потекшую маску с лица надо было непременно смыть!... Да и косметичку она с собой в ванну не взяла, ну да бог с ней. Марина положила пакет на полочку и пустила воду, оглядывая ванную. Сразу видно, что здесь обитает холостяк, был самый разумный минимум с средствами для личной гигиены и темные полотенца. Наверно, он не обидится, если Маринка помоет голову его шампунем? Хотя нет, нельзя... Костя потом уловит запах непривычный запах чужого дезодоранта и начнется все по новой. Она должна пахнуть собой. Вода лилась и лилась, а Марина рассматривала с улыбкой подарок. Сможет ли она его забрать? Дома у нее множество халатиков, и Костя сразу поймет, что это не она купила. Хотя можно было и соврать, что взяла у подружки. Она со вздохом встала под душ, смывая остатки макияжа, усталости и липкого ощущения беспомощности. Быть молодой привлекательной женщиной совсем непросто не от того, что природа тебе дает, а от того, как этим умело пользоваться. У Марины были роскошные черные волосы, которые сейчас доставались до поясницы, светлая кожа, огромные карие глаза и полноватые губы. Вода стекала по полной груди, округлым бедрам и Марина, сама того не замечая, долго стояла и нежилась под душем, предвкушая свежие объятия персикового халатика и мягких тапочек. И вот этот миг настал - она тщательно вытерлась и обернулась в халатик. Мягко ступая вышла из ванной разыскивая взглядом хозяина. - Лёня?

Лионель Савиньяк: Пока Марина грелась в душе, Леонид отправился на кухню, чтобы за это время сообразить нехитрый ужин, состоявший из глазуньи с ветчиной и жареной картошки. Не помешал бы и овощной салат, но из овощей у капитана в холодильнике имелась только банка соленых огурцов, когда-то привезенная матерью, так что он выловил их несколько, холодных и хрустящих, в миску, и водрузил на стол возле шипящей на подставке сковородки, как завершение сервировки стола. Услышав, что Марина зовет его, Леонид выглянул из кухни в коридор. - Я тут ужин приготовил, - сказал он, невольно охватывая Марину взглядом с ног до головы. В пушистом халатике, вытирающая влажные после душа волосы, она была головокружительно прекрасна. - Так что прошу к столу, - Леонид улыбнулся своей гостье, делая приглашающий жест.

Марианна: - Какой божественный запах! - Марина зажмурилась от удовольствия, - Лёня, ты не только капитан, но и шеф-повар! - она обернула волосы полотенцем, - И все же очень поздно, дорогой, - она пошла на кухню, - Картошечка! - воскликнула она, - Как давно я не ела такую вот, поджаристую... Лёня, давай скорее садиться! Я и не знала, что так проголодалась! - щебетала она, усаживаясь на табуретку и поджимая под себя ногу. Сейчас она была сама непосредственность, взяла вилку и подцепила огурец из миски. - Какой пупырчатый! А я его зубками-зубками! - что и исполнила.

Лионель Савиньяк: - Да ну, какой шеф-повар, - усмехнулся Леонид, раскладывая еду по тарелкам и подавая Марине, после чего уселся сам на табурет напротив нее, - Просто ты проголодалась. Когда Савин возвращался домой с работы, вымотанный в конец, он сам был голоден, как четверо волков, но теперь... глядя на Марину, восхитительную и соблазнительную, чьи слова лились для него музыкой, капитан замер над тарелкой, забыв и про голод, и про усталость. Он не мог забрать ее у Константина. Даже не смотря на тот синяк, который, не прикрытый больше пудрой и тоном после душа, быстро проявился на лице Марины. Капитан хотел потянуться за льдом из морозилки, чтобы сделать девушке компресс, но решил сначала дать ей поесть, не заостряя внимания на том, что рукоприкладство ее мужа теперь более чем заметно. Леонид и сам склонился над тарелкой, ничего не сказав.

Марианна: Марина с аппетитом смаковала картошку с яичницей, нахваливала повара, но непроизвольно щеку все же попыталась прикрыть волосами, полотенце уже было не нужно. - Фух, все было очень вкусно, - гостья отложила салфетку в сторону и уме смотрела на Лёню прямо, сложив руки перед собой в замок и положив подбородок на них. - Ты чем-то огорчен? Взгляд такой уставший... Я помою посуду, а ты выдели мне хоть одну подушечку, - она склонила голову на бок и улыбнулась.

Лионель Савиньяк: - Да, устал немного, - признался капитан, подвигая Марине чашку горячего чая и ставя перед собой такую же, - Марина... Он все же поднялся, доставая лед и чистое полотенце из кухонного шкафа, в которое завернул его. После Леонид присел перед девушкой на корточки и осторожно повернул ее лицо к себе, чтобы приложить компресс к пострадавшему месту. - Я не делал этого потому, что не хотел навредить твоей семейной жизни, но больше не могу спокойно смотреть... В конце концов, ты мой друг. Так что, на правах твоего друга, думаю, я должен объяснить твоему мужу, что бить женщину - подло.

Марианна: - Лёня... - Марине пришлось зажмурится и укусить губу, чтобы не разрыдаться и сдержать сиюминутный порыв тут же уткнуться лицом в теплую, вкусно пахнущую приготовленной снедью ладонь мужчины. - Лёня, ты не понимаешь... Да и зря я все это делаю. Ты ведь не подружка, которая посочувствует и все. Ты пойдешь защищать. А подумай, что будет потом. Ты ведь рыцарем побудешь каких-то полчаса и уйдешь, а мне с ним жить. И неизвестно сколько, но жить... Да, Костя не ангел, но за ангела я бы и не вышла, прости. А если он еще и узнает, почему ты меня защищаешь, то взбеленится совсем. Ты меня можешь потом вовсе не увидеть, с синяками или без, - она все же не выдержала и потерлась "раненой" щекой о прохладное полотенце, которое держал Леонид. - Я ведь думала, что вырываюсь из нищеты, выходя за него. Питер всегда для меня был слишком большим городом и ты никогда не задавался вопросом, как я с ним познакомилась? Да, я работала по вызову. Константин сразу же и предложил мне стать его женой, я не могла упустить такой шанс! Сразу из проституток в положение уважаемой женщины, - она закрыла глаза, вспоминая, как с замиранием сердца слушала восторженный лепет нетрезвого начинающего лысеть мужчины о браке и думала, что наконец-то решит все свои проблемы! На следующий день Марина была уверена, что клиент, проспавшись, расплатится с ней и отправит восвояси, но Константин повторил свое предложение и, естественно, Марина согласилась. После свадьбы она скоро поняла, что друзья Кости за спиной у него, криво улыбаясь, поглядывали на нее и предлагали продолжить "вольготные" встречи, дабы такой "цветок" даром не пропал в такой бездарной кадке. Она пыталась, честно пыталась Константину не изменять, но шепотки за спиной и прозрачные намеки часто выводили мужа из себя, а она оправдывалась неизвестно за что. Марина открыла глаза, глядя перед собой на лицо Леонида, на его сведенные над переносицей брови, его темные глаза и жестковато поджатые губы. Захотелось улыбнуться и потереться щекой еще раз о его руку, как дворовой кошке, которая выпросила себе ласку встречного прохожего. - Лёня... Обними меня, - мягко прошептала она.

Лионель Савиньяк: Леонид смотрел на Марину, слушая ее рассказ, все также сидя перед ней на корточках, стараясь не отображать эмоций на своем лице, которые бушевали у него внутри. Когда она закончила и попросила обнять его, он все-таки не выдержал. - Значит, на самом деле ты не любишь мужа? - вырвалось у него.

Марианна: Марина дернулась и заморгала. В самом деле - какого вопроса она еще ожидала? Да и будет ли она дальше откровенничать?! Тут она все же понурила голову и прошептала едва слышно. - Нет... Если ты имеешь в виду действительно любовь, о которой все только и говорят, - тут она отвернулась к темному окну. Теперь Лёня начнет ей выговаривать, какая она нехорошая жена и прочее, что она все заслужила.

Лионель Савиньяк: Лицо Леонида, напротив, просветлело после слов Марины. Он внезапно произнес: - Я так рад! Затем, увидев недоумение на лице девушки после своих слов, поспешно добавил: - Я думал, что ты его любишь, и потому не уходишь от него, терпишь все это. На самом деле, это нормальная ситуация. В управлении я на такое насмотрелся - женщина сперва подает заявление на избившего ее мужа, а потом нас же и обвиняет, когда мы применяем к нему санкции. Потому что любит. И я рад, правда, рад, что для тебя это не так. Что ты не любишь Константина, - он нежно посмотрел в глаза Марины прежде, чем продолжить, - Потому что я люблю тебя.

Марианна: Сказать, что слова капитана застали молодую женщину врасплох - значит ничего не сказать. Марина приоткрыла рот и смотрел на Лёню, будто первый раз увидела. - Лёня... Что ты говоришь? - она растерялась, - Ты же меня так мало знаешь, - она коснулась его щеки рукой, - Любовь... Тебе нельзя меня любить, Лёня, нельзя. У меня на роду написано никому не принадлежать. Может быть я и поэтому за Костю замуж вышла, потому что не люблю. Я не хочу делать тебя несчастным, - она знала, что если сейчас ответит и поцелует его, то назад дороги не будет.

Лионель Савиньяк: - Так сделай счастливым, - сказал Леонид, продолжая смотреть в глаза возлюбленной. - Не давай ответ прямо сейчас. Тебе нужно время, чтобы разобраться в себе... Я готов ждать, сколько угодно. Он поднялся с корточек, выпрямляясь, и добавил твердо: - Одно могу сказать точно уже прямо сейчас - Константин больше не будет бить тебя.

Марианна: Марина не стала отвечать. Одно удивительно - ей опять совершенно неожиданно сделали предложение. История повторяется. Она подняла глаза на Лёню. Этим и должно было закончиться. Она прекрасно чувствует его и только обманывает себя, успокаивает тем, что они как друзья. Но Леонид слишком уважает ее, чтобы сразу ставить перед фактом. А тут такой удобный случай, она нуждается в защите... - Хорошо. Я подумаю, - едва слышно ответила Марина, приподымаясь, и ее лицо оказалось как раз напротив лица капитана. Эта близость казалась лучше всяких поцелуев, он совсем рядом, даже воздух намного теплее несмотря не приоткрытую форточку на кухне. Она положила руки ему на плечи, чуть касаясь кончиками пальцев затылка. - Спасибо тебе, Лёнечка, - прошептала Марина прежде чем порывисто обняла и прижалась к нему всем телом.

Лионель Савиньяк: Леонид осторожно провел ладонью по спине Марины поверх халатика, собирая ее закрученные крупными кольцами темные волосы в ладонь и тут же отпуская. Женщина его мечты приблизила к нему свое лицо, и капитан замер, боясь даже дышать, чтобы не вспугнуть этот момент. Потом она обняла его, и Леонид тихонько обнял ее в ответ, словно очень хрупкую статуэтку... Они постояли так немного, затем он осторожно отстранился, взял руку Марины в свою и поцеловал пальчики. - Ты устала, нужно идти отдыхать, - сказал он, - Пойдем тебя устраивать на ночлег... А посуду я сам помою. Завтра, - с улыбкой пообещал Леонид, увлекая Марину в комнату.

Марианна: Марина не нашла что ответить, только улыбнулась и кивнула. Пошла вслед за хозяином. Она вела себя как-то неестественно, но может быть она никогда и не была проституткой? У нее всегда был выбор и она пользовалась вниманием, поддержкой, подарками. Но одно дело позволять это себе до замужества и совсем другое - после. Сейчас она доверилась Леониду, как другу, а что выяснилось? С мужчиной у нее никогда не будет дружбы. Любовь... И почему ей на ум пришла рифма "кровь"? Она волнуется, на душе муторно, неспокойно, будто она плачет и смотрит на себя в зеркало. Перекошенное лицо Кости и спокойное у Лёни. Она стоит между ними. Один хватается за ее руку и оседает на пол, а другой спокойно смотрит на агонию первого и ждет, когда она сама шагнет в его сторону... От этого видения у Марины кожа пошла "цыпками". - Мне страшно сейчас, Лёнечка...очень страшно, - призналась она и взяла капитана за руку, - Где ты будешь спать? - тревожно спросила она.

Лионель Савиньяк: - Ну что такое? - спросил Леонид, останавливаясь в коридорчике на пути в комнату и вглядываясь в лицо Марины, - Чего ты испугалась? - он осторожно сжал ее руку своей, словно пытаясь утешить, - Если ты не захочешь, то ничего не изменится, - пообещал он, - Я останусь твоим другом, как и было раньше, а этот разговор просто забудем. Он осторожно увлек Марину в комнату. - Спать, как обычно, - улыбнулся капитан, - Для тебя разложим диван, а я там покемарю, - он кивнул на узкий топчанчик у противоположной стены комнаты, не раз выручавший во время ночевок Марины в его однушке, или кого-нибудь из друзей. - Ты извини, у меня постельное белье неглаженое, - виновато проговорил Леонид, пытаясь отыскать среди не то чтобы очень аккуратно сложенного белья в шкафу наволочку нужной расцветки.

Марианна: Странно, но вариант спать "отдельно" Марину не устраивал. Ей было страшно. Возможно, предчувствия грядущей беды сейчас наложились на и без того расшатанные нервы, что женщине просто не хотелось оставаться одной даже на таком малом расстоянии. - Лёня, - она обняла его со спины и положила голову ему между лопаток. Ладони сами заскользили по груди мужчины, а она вдыхала его запах, закрыв глаза. - Ты никуда не пойдешь...

Лионель Савиньяк: Когда Марина внезапно обняла его, прижавшись мягкой грудью к спине, Леонид закрыл глаза. "Поддайся, - шептали ее ладони, гладящие его, - поддайся, ты же так этого хотел, столько об этом мечтал... Поддайся." - Марина, - капитан облизал губы, пока еще не открывая глаз и не оборачиваясь, - Я ведь не стальной.

Марианна: А Марина еще сильней зажмурилась, но оторваться от его спины не могла, да и не хотела. Он такой сильный, такой надежный...и такой беззащитный перед ней, слабой женщиной. Она еще раз провела ладонями по его груди. - Лёня, прости, - она поцеловала его спину между лопаток, - Прости меня, - обдавая горячим дыханием его спину она коснулась бедром его ноги.

Лионель Савиньяк: Леонид быстро повернулся и обнял Марину, прижимая к себе. Прежде, чем жадно приникнуть к ее губам, он посмотрел ей в лицо может быть излишне испытующе-жестким взглядом.

Марианна: Женщина на него смотрела с надеждой и едва скрываемым желанием. Она хотела его тепла, силы, просто присутствия. - Лёня, - прошептала она одними губами чуть приподнявшись на носках.

Лионель Савиньяк: Леонид поймал ее шепот своими губами, осторожно целуя женщину, "вбирая" в себя ее дыхание. Сейчас ему не верилось, что это происходит с ним на самом деле.

Марианна: Марина подставляла лицо для поцелуев и не открывала глаза, ресницы закрытых век трепетали, губы все еще шевелились, произнося его имя. Потом она все же обняла его шею и подтянулась повыше, чтобы поцелуй стал смелее. Теплый язык ласкал его губы. - Пусть это будет только наша ночь, Лёнечка, только наша? - она гладила его скулы, - Я буду твоей сегодня, только твоей!

Лионель Савиньяк: - Разве здесь есть кто-нибудь еще? - усмехнулся Леонид, ненадолго отрываясь от губ Марины, чтобы тут же снова к ним приникнуть, и подхватывая ее руками под ягодицы, чтобы отнести к тахте.

Марианна: Марина мягко засмеялась, запрокинув голову. Халатик предательски задрался и она уже ощущала руки Лёни уже не через ткань, пришлось для удобства обхватить ножками его торс, чтобы стать еще ближе. Ворсистые края халата сползли и открыли округлые белые плечи, волосы локонами, как черные змеи, опустились на грудь.

Лионель Савиньяк: Леонид прижал Марину к себе, продолжая горячо целовать ее. А после осторожно уложил ее на тахту на спину, склоняясь к ней и целуя ее шею, плечи, нежную грудь, показавшуюся в распахнувшемся халатике. - Я люблю тебя, - горячо прошептал он, дергая пояс халата, чтобы развязать его и обхватить губами и обвести языком напрягшиеся соски на груди Марины, поцеловать ниже, мягкий живот, еще ниже...

Марианна: Марина нежилась в его руках, частое дыхание в темноте и слабый стон выдавали ее удовольствие. Если с Костей это было вынужденно и обыденно, то с Лёней все было пропитано теплом и силой. От касаний к груди Марина зажмурилась и закусила губку, невольно обхватив ладонями голову капитана, чтобы задержать эту ласку. А потом, когда он стал спускаться ниже своими поцелуями, она замерла, часто вздрагивая.

Лионель Савиньяк: Леонид прервался лишь для того, чтобы быстро стянуть с себя свитер и майку - Марину хотелось ощутить всем телом, прижать к себе. Затем он присел перед ней на корточки, обхватывая ее бедра руками, приникая губами и языком к нежному естеству возлюбленной, стараясь доставить ей как можно больше удовольствия и до безумия возбуждаясь сам.

Марианна: Марина непроизвольно выгнулась в спине. Халатик, уже не удерживаемый поясом и так сполз по обе стороны персиковой мягкой подстилкой. Женщина зажмурилась, будто смущаясь того внимания, что оказывал ей мужчина и только часто дышала, запуская пальцы в светлые волосы, побуждая его прижаться к ней сильнее, наслаждаясь его ласками. Если раньше она могла вовсе не получать удовольствия от подобного внимания, а симулировать или просто перейти к следующему - резким толчкам и тяжелому с хрипотцой дыханию, то сейчас она тянула это удовольствие, наслаждалась, таяла, шепча Лёне что-то ласковое с тихим стоном.

Лионель Савиньяк: Шепот и негромкие стоны Марины ласкали слух капитана, а сама она, распостертая перед ним, в распахнутом халатике на кушетке была прекрасна и восхитительна. Ощущать ее нежные пальчики в своих волосах было очень приятно. Леонид продолжил ласкать Марину языком, доводя ее и себя до исступления.

Марианна: Не могла Марина тихо дать понять Лёне, что она уже на пределе. Она вся пылала, кожа стала горячей, дыхание прерывистым и стоны заменились всхлипами и вскриками. Коленки, до этого разведенные широко, вдруг дернулись, сближаясь одним резким толчком, что женщина чуть не сжала шею капитану, находясь во власти экстаза. Крик наслаждения, вопль довольной кошки огласил комнату, Марина дернулась всем телом, опрокидывая подушку на пол. - Лёня! Лёнечка... - она закрыла глаза, тяжело дыша.

Лионель Савиньяк: Марина вскрикнула, сведя колени, выгнулась на тахте, и Леонид поднял голову, всмотрелся в лицо любимой, затрепетавшей в его руках, выкрикнувшей его имя. Потом он поднялся, чтобы сесть с ней рядом, прижать к себе, снова прижаться к ее губам своими, оставляя на них ее собственный вкус.

Марианна: Пальцы, до этого ласкавшие волосы капитана, уже гладили его шею, плечи, Марина благодарно целовала его, не отрываясь от таких теплых и уже родных губ. Как же она раньше не замечала, вернее не хотела замечать, как он хочет быть с ней? Глупо, как глупо все получалось. Она была с ним столько времени и вот только сейчас счастлива и благодарна. Однако просто благодарности мало ей самой. Поцелуй от просто касания губ стал более требовательным - она слизала с его губ свой вкус и чуть прикусила подбородок, требуя остаться рядом. Потом покусывания вперемешку с поцелуями спускались вниз, по его груди.

Лионель Савиньяк: Леонид запустил пальцы в мягкие шелковые локоны Марины, закрыл глаза, когда ее нежные губы стали целовать его грудь, перемещаясь дорожкой поцелуев вниз на живот.

Марианна: Марина больше всего на свете хотела сейчас Лёню не то что отблагодарить, а любить, любить, что есть сил и желания. Она желала, чтобы он сильнее сжал пальцы, чтобы он был требовательным и страстным, хотела его нежным и осторожным, хотела всякого... О, это его запах, горьковатый от смеси дезодоранта и кожи, Марина не удержалась и языком очертила широкую дугу над пупком, задевая жесткие волоски в его паху. - Леня... - он мог только почувствовать в темноте, как она ласкает его, как спадают последние оковы стеснения и благоразумия, как Марина становится податливой и одновременно жаждущей.

Лионель Савиньяк: - Любимая, - произнес Леонид в ответ, чувствуя, что тонет в своих ощущениях от ее шепота и ласк. Так хорошо ему не было уже давно... или вообще никогда. Он осторожно нашел своими ее руки и положил их на пряжку своего ремня.

Марианна: Марина томно вздохнула и потерлась щекой о мужской пах, потом пальчики сами, наощцпь, стали справляться с пряжкой ремня, освобождая путь к наступлению. Потом женские руки толкнули капитана на спину, заставляя лечь на диван, а самой Марине было легче добраться до его плоти. Дальше дело было за умелыми губками, горячим язычком и влажным нёбом, руками же Марина удерживала белье, оттянув его вниз.

Лионель Савиньяк: Леонид опустился на спину, поддаваясь настойчивым ручкам Марины. Он все еще не мог до конца осознать и поверить, что все это происходит с ним. А потом... о, потом его мысли кончились, осталось лишь острое наслаждение от ее горячих ласк...

Марианна: Руки настойчиво гладили его бедра, очень скоро капитан был избавлен и от брюк. Марина чувствовала себя ведьмой, которая крадет чье-то нечаянное счастье и ни за что не вернет его, пусть даже по мирским законам не имеет на него права. Ласки становились настойчивей, она изнемогала и уже оседлала его ногу, взобравшись на кровать целиком, дальше - больше. Она уже пленяет его, обхватив коленями бедра и заканчивает свой путь - он уже внутри нее. Марина закрыла глаза и, тихо застонав, качнулась вперед, касаясь сосками его груди, а волосами укрывая его лицо, губы нашли губы, еще качок, еще... - Ах-х-х...

Лионель Савиньяк: Леонид помог Марине взобраться на тахту, придерживая ее за руки, а после, когда она оседлала его бедра, избавив от джинсов и белья, переплел ее пальцы со своими и окинул взглядом фигуру прекрасной женщины. Она была словно бы облита лунным светом... Леонид замер, восхищенный ее красотой, а потом она подалась ему навстречу всем своим телом... Капитан тихо выдохнул, когда Марина начала движения, сперва осторожно двигаясь навстречу ей, давай ей самой управлять "процессом". Его мысли путались. Ее изгибающееся тело в сиянии луны, светящей в окно его питерской однушки... Это было словно сон. Марина выгнулась на нем в оргазме, прижалась к нему, целуя. Леонид сходил с ума от ее близости, запаха, стонов... Он сильно толкнулся внутри нее, прижимая ее к себе.

Марианна: Марина легла рядом с ним, часто дыша и пряча лицо где-то сбоку от его шеи, щекоча дыханием кожу. - Лёнечка...Лёня, - шептала она, поглаживая его грудь, - Что будет, Лёня! Что нам делать? - она понимала, что тайком встречаться Леонид может не захотеть, а значит придется принимать важное решение, но она и не могла точно сказать, что вытворит Костя, если узнает... "Или убьет, или покалечит.."

Лионель Савиньяк: Леонид обнял ее, очень бережно, словно хрупкую вещь, притянул к себе, целуя уголок нежных губ, мягкую бархатную щечку, любимые глаза. - Оставайся завтра у меня, - предложил он, - Дождись меня до вечера, а потом встретимся с твоим мужем и поговорим. Или я сам поговорю, без твоего участия. Но теперь ты будешь со мной, Марина... Со мной. Леонид поцеловал Марину в губы.

Марианна: - Нет-нет, я сама. Сама поеду домой. Лучше я соберу свои вещи, оставлю ему записку и уеду. Объясняться не за чем. Он не поймет меня и я не хочу, чтобы он с тобой встретился, Лёня. Он - бешеный просто, когда ревнует. Его с утра дома быть не должно, так что я тебе позвоню, как только соберусь, - она устроилась поудобнее в мужских объятиях и прикрыла глаза. В самом деле - все должно решить утро...

Лионель Савиньяк: - Ну что ж, ладно, - неожиданно согласился Леонид, - делай так, как считаешь нужным, я не буду спорить. Он поцеловал Марину в висок, а после поднялся и натянул джинсы. - Я покурю, - сказал он Марине. На кухне лежала початая пачка сигарет.

Марианна: Маринка опираясь на локоть приподнялась вслед за ним, но вставать не хотела. На диванчике они так славно пригрели местечко, что покидать его не хотелось ужасно. Ей оставалось только вздохнуть. В самом деле, не могла же она вот так все бросить и остаться здесь? Как бесприданница. Оставалось еще время толком посмотреть на комнатку, где они уединились. Уже скоро будет рассвет. Марина рискнула включить мобильный и удивленно приподняла брови - 17 вызовов Кости, 5 от мамы, 3 от подруги и один неопознанный.. Странно, кто бы мог ей звонить в такой поздний час? Но, может быть, Костя хотел схитрить и набирал с чужого? Она разберется потом... Отключив телефон опять, Марина положила голову на сложенную руку и закрыла глаза, засыпая.

Лионель Савиньяк: На кухне Леонид не стал включать свет - от горящих на улице фонарей его было достаточно. Он открыл форточку, встал у подоконника, закурил, вдыхая сырой осенний воздух вперемешку с горьковатым сигаретным дымом, и задумался. Марина... Будет ли она с ним счастлива? Ведь тот материальный достаток, к которому она привыкла, он не сможет ей дать. Даже эта его обшарпанная холостятская однушка. Ведь она не идет ни в какое сравнение с тем "дворцом", в котором Марина живет с Костей. Он не сможет так ее обеспечивать, покупать ей дорогие вещи и украшения... Ведь его работа далеко не относится к высокооплачиваемым. И да, еще и его работа... Его работа - это вечные отсутствия дома, необходимость подрываться и ехать куда-то посреди ночи, а это значит, что Марина будет часто и подолгу оставаться одна. И она затоскует рано или поздно. Потом, она ведь учится платно... Учебу, разумеется, оплачивает ее пока еще муж. Леонид глубоко затнулся. Нет, это он решит. Влезет в долги, займет у матери и друзей, но учебу Марине бросать нельзя. Загрревшийся фильтр вдруг обжег пальцы, капитан и не заметил, как докурил до конца. Он потянулся за следующей сигаретой - так лучше размышлялось. Завтра Марина поедет к себе. Леонид согласился на это лишь потому, что ей и правда нужно подумать и взвесить все. Решить, нужна ли ей такая жизнь, которую он может предложить ей, или ...или в ней будет слишком много сложностей и неудобств.

Марианна: Рассвет был на удивление ясным и солнце прокралось лучиками по комнате прямо к уютному лежбищу. Марина открыла глаза и довольно зажмурилась опять. - Лёня? - тихонько позвала она вдруг встрепенувшись, - Лёнечка?

Лионель Савиньяк: Когда Марина проснулась, она могла обнаружить себя укрытой теплым одеялом, которым Леонид заботливо укутал ее ночью. На кухне в турке дымился еще неостывший свежесваренный им кофе, а на столе лежала записка и ключи. "Любимая! Я не хотел тебя будить. Если ты не передумала выходить, запри дверь и брось ключи в почтовый ящик. Я буду ждать тебя вечером. Эта ночь была прекрасной. Твой Леня."

Марианна: Марина сонно потерла глаза, когда прочитала записку. Любовно глядя на плиту она уже составляла план действий. Сейчас она поедет домой, примет ванну, подумает... потом быстро соберет вещи и уедет. Главное успеть снять наличные со счета в банке, если Костя еще не перекрыл ей кислород - это хоть какая-то компенсация за вчерашнее! Выпив кофе, она, как и просил Лёня, бросила ключи в почтовый ящик и побежала на остановку в надежде успеть на маршрутку.

Лионель Савиньяк: Леонид полдня пребывал в хорошем настроении, не смотря на то, что по работе пришлось побегать, помотаться по городу, съездить в таможенный порт и пообщаться с сотрудниками и начальством о деле обнаруженного канала поставки дури, после долго и безрезультатно допрашивать взятого на поставке дилера, который упорно обо всем отнекивался. Савин от него так ничего толком и не добился. А потом пришлось еще разбираться по другому делу - убийство на улице, висяк. Свидетелем сама пришла какая-то бабулька, сперва вывалила кучу сплетен и домыслов, а потом неожиданно четко описала возможного убийцу. Как выяснилось, это описание совпало с портретом ее бывшего квартиранта, который не заплатил вовремя за квартиру. Капитан предупредил бабульку за дачу ложных показаний, от чего она перепугалась и забрала вообще все свои показания, не только описание внешности... Леонид и не заметил, как свечерело, но такое в рабочие дни с ним случалось часто. Марина... Наконец-то есть возможность позвонить и поговорить с ней. Савин нажал вызов номера любимой, но в ответ услышал равнодушное: "абонент отключен или временно недоступен"... Капитан огорчился так, что словно бы почувствовал, как в усталость прошедшего нелегкого дня разом свалилась ему на плечи, "придавив" своей тяжестью. Адрес Марины он знал, и когда с работы его наконец отпустили, поехал прямо к ней домой.

Марианна: Ворота и входная дверь были опечатаны, а небольшую площадь перед ними еще и огорожена желтой лентой. Где-то глухо залаял соседский сторожевой пес. Свет в окнах двухэтажного небольшого особняка не горел. Было пусто и сыро, на снегу возле ворот было множество следов ног, шин и уже потемневшие бурые пятна. Сомнений возникнуть не могло было - кровь. Причем уже давно. - Кого вы ищете, молодой человек? - из-за соседнего забора вышел пожилой мужчина в теплушке и с лопатой, видимо решил расчистить дорожку перед своими воротами от натоптанного и уже начинающего замерзать снега. - Вам бы лучше здесь не ходить, тут с утра уже все побывали. Говорят, хозяина тутошнего убили, Костьку Копылова, может это и его кровища. А кто убирать-то будет, чтобы люди не смотрели и не пугались? Если вы ему кем-то приходитесь, то в морг обращайтесь.

Лионель Савиньяк: Вот черт... Леонид оторопело смотрел на соседа покойного уже Константина. Это было крайне неожиданно. - А где его... вдова? - спросил Савин, - Марина? Не знаете? Я звонил, у нее телефон заблокирован, - объяснил он.

Марианна: - Маринка-то? А они-то и поцапались вчера. Ну, Костя по пьяному делу чего только не вытворял, а смертным боем еще никого не бил. Её воспитывал просто, ну знаешь - жена молодая, вдруг загуляет? А тут чувствует его твердую руку и далеко не бегает. Но и Марина эта с норовом. Он ведь ее на все готовенькое привез... Так о чем это я? - вдруг оборвал себя рассказчик, видимо мужичок был словоохотливый и поговорить ему было сейчас не с кем, он закурил. - Тут с утра заварушка началась. Точно не скажу, в котором часу, но уже светло было. Сначала громкий визг, женский. Кто орал - не знаю, а потом приехала одна машина с ментами, другая. Народ стал собираться. А я с инструментами в гараже был, взобрался на крышу, чтобы лучше видеть, и вижу, что выводят эту самую Марину под руки оба архаровца. Она трясется вся, руки за спиною, что-то быстро говорит, плачет. Потом выносят накрытые носилки ногами вперед. Ну, тут все ясно - покойник, а вот потом уже выяснилось, что это Константин и был... Черт его знает, может убила она его, а?... Это ведь не первая ссора, Костя разбираться не любил долго, - тут мужичок прищурился, затягиваясь, глядя уже на опустевший дом, - Это же кому теперь такая домина достанется-то, а?...Если вдову не засудят?

Лионель Савиньяк: - Родственникам, - на автомате ответил потрясенный Савин. Первым его порывом было бежать назад в управление, узнавать, где держат Марину, "лететь" к ней... Но это было бы глупо. Если он действительно хочет помочь Марине, ему нужно разобраться в деле убийства Кости как можно подробнее, узнать все детали, все, что только возможно, чтобы вытащить ее из-под подозрения. Леонид посмотрел на словоохотливого соседа, который по сути являлся первым свидетелем этого самого важного для Лени теперь дела, и неспеша достал свою смятую пачку "Честер". - Это же надо, среди бела дня..., - покивал он мужичку, - А Вы не слышали еще чего-нибудь кроме шума ссоры? - спросил капитан, тоже закуривая, - Например, громких звуков, похожих на выстрелы?

Марианна: - Я? Может и слышал, да значения не придавал. У меня псина дурная - реагирует на все движущееся за забором. Из-за нее мы с Константином этим, упокой господи его душу, частенько ругались. Но и пристрелить не могу, ибо хорош кобель, никого не подпустит, и привык уже к его лаю. Так в это утро ничего такого не слыхивал, хотя... ночью кажись были у Костика гости. Но да это дело не мое, к нему могли нагрянуть в любое время для веселья. Слышал я только что, припарковался тут кто-то ночью поздней. Я подумал еще, что это его жена вернулась. А тут вот что утром-то выясняется. Тут я так скажу - либо из-за деньжищ его грохнули, либо жена, потому как других родичей у него вроде нет, а тут и дом, и деньги, и свобода! Чего еще этой свиристелке надо?!

Лионель Савиньяк: - Ночью поздней, - повторил Леонид, докуривая свою сигарету и глядя на соседа, - Ну а если Ваш рассказ понадобится оформить в виде показаний, не откажете? Я так понимаю, у Вас еще никто их не брал, - сказал он.

Марианна: - Так я ведь и толком ничего не видел, чтобы свидетельствовать, - недоуменно поднял кустистые брови рассказчик и заговорщицки понизил тон, - А что? Вы следователь? Так поздновато явились, тут уже так натоптали...хотя я бы на вашем месте покопался в доме сам, - тут он усмехнулся и взялся за лопату, - Ох и холодно, - стал он резво откидывать в сторону от дорожки начавший было уже застывать снег.

Лионель Савиньяк: - Да, я буду теперь заниматься этим делом, - кивнул Леонид в ответ, - Вы и правда ничего не видели, кроме того, как Марину уводили со двора, но зато слышали. Ночью. Вы и пес. Значит, сможете подтвердить, в котором примерно часу к Косте приехали гости, и в котором уехали. Скажите, - он снова выкинул обожженный фильтр, - А вокруг здесь еще живет кто-нибудь? В доме напротив, например. И есть ли какой-нибудь сторож на въезде в поселок?

Марианна: - А вот справа живут пенсионеры, пока дети их в теплых странах, порядок, так сказать, в доме поддерживают. Марина кажется с ними в хороших была отношениях, но это их дело. Я не особо вмешивался, говорю то, что знаю. А на въезде никто не сидел, сторож уехал куда-то срочно, а никого и не посадили. Такое уже бывало, - мужичок уже внимательнее пригляделся к следователю, - Свидетельствовать только я, видимо, могу, а с пса чего взять? Но я-то ничего не видел, - он с видимым сожалением уже смотрел на расчищенную дорожку, - Одно могу сказать, Маринки ночью дома не было.

Лионель Савиньяк: - Спасибо, - сказал Леонид, выслушав про соседей в доме справа, - Ну пес ведь реагирует на чужих, вот Вы и могли бы показать, в котором примерно часу он стал лаять на машины друзей Кости, когда приехали, когда уехали, - объяснил он, - Ну что ж, схожу в тот дом, где пенсионеры живут, вдруг они что-нибудь видели. Еще раз спасибо, - кивнул он мужику и пошел по заснеженной улице к указанному дому. Подойдя к нему, Леонид застучал в ворота.

Марианна: Капитану пришлось постучать еще раз прежде чем, на веранде зажегся свет и кто-то приоткрыл двери. - Кто там? - женский осторожный голос прозвучал из-за двери и тут же следом мужской, сиплый, - Не открывай кому не попадя, Валя, вернись в дом. Дверь открылась шире и на пороге, удерживая в руке ружье, появился рослый мужчина. - Чего надо? Понаехали тут, ни дня покоя нет!

Лионель Савиньяк: - Уголовный розыск, капитан Савин, - вежливо представился Леонид, раскрывая перед пожилым мужчиной, выставившим на него ружье, свое удостоверение, - Мне нужно задать Вам несколько вопросов о произошедшем в поселке убийстве. Надолго я Вас не задержу.

Марианна: - Какое убийство? - щурясь переспросил хозяин, рассматривая удостоверение и только потом опустил ружье, - У нас тут могло их быть и не одно. Или это об этом? - он кивнул в сторону дома Копыловых, - Ежели так, то заходи - побеседуем. Он отошел в сторону и сказал жене. - Валь, поставь на стол что-нибудь, не просто так ведь сидеть будем. Явно хозяин собрался говорить долго и обстоятельно, потому что на столе появилась бутылка водки, стопочки и нехитрая закуска из нарезанного черного хлеба, сала и квашеной капусты. Сама хозяйка тоже присела за краешек стола, встревоженно глядя на нежданного гостя. - Садись, капитан, - пригласил хозяин, указывая на стул.

Лионель Савиньяк: - Об убийстве Константина Копылова, - подтвердил Савин, а после вошел в дом за пенсионером. Он коротко поприветствовал его жену, но когда на столе появилась водка, от спиртного отказался. Сегодня Леониду как никогда нужна была ясная голова. - Спасибо за гостеприимство, - сказал он, - но на работе пить запрещено, да и за руль возможно еще придется сегодня браться. В этом капитан был не уверен, но подумал, что такой отговоркой наименее обидит хлебосольного старика. Он присел на предложенное место и внимательно посмотрел на обоих пенсионеров попеременно. - Вам что-нибудь известно об этом убийстве? - спросил он, - Может быть, что-то видели сегодня утром? Или ночью?

Марианна: - Дело хозяйское, - казалось, что пенсионер вовсе не обиделся, но сам себе налил и пригубил. - Дело с Константином и Мариной не могло так далеко зайти, хотя я его понимаю. Иметь дома красивую жену и не держать вожжи в руках - гиблое дело для семьи. Она ведь ничем особым не была занята. Учеба ее даже не в счет. - Мариночка здесь была совсем одна, - вмешалась его жена, - Те соседки, что живут рядом, не особо с ней хотели общаться. Она слишком уж привлекала к себе мужское внимание. - Вот-вот! - поддакнул старик, - Безделье порождает блуд! Чем они заняты? Ничем. Только хорохорятся друг перед дружкой, а в этой...то ли черт сидит, то ли она несчастье приносит, но с ней Костя не был спокоен. Подозревал в чем ни попадя, но без огня дыму не бывает. Может и гуляла она с кем, да только я не знаю. Вот вы, капитан, видели Марину Копылову? Хороша она, слов нет. Все при ней, но есть что-то, что отпугивает. В другие времена сожгли бы и горя не знали. - А ночью Мариночка опять с Костей ругалась, было слышно, как они кричали друг на друга, а потом я видела, как она, бедная, выскочила на мороз, ночью, и побежала к остановке, видимо даже ключей от своей машины не взяла, - вздохнула персионерка. - А вот под утро, сплю я чутко. Да еще и этой треклятый пес опять облаял черте-кого, но проснулся эдак часов в 5 утра... - задумался ее муж, - Приехал кто-то. Мотор не глушили. Дверца хлопнула. Я даже подумал, что это к Константину приехали, может Марину и привезло такси. Потом немного времени прошло, опять дверца хлопнула и машина уехала. И вот оказия, вставать то мне было ни к чему, я и не видел, что это за машина была и приезжала ли Марина домой? А потом, часам к 10-ти утра приехали ваши сотрудники, и как раз к дому Копылова, и понеслася... Вижу, выносят Константина ногами вперед, это уже и потом стало ясно, кто накрытый простыней. А потом Марину выводят... Черт знает что творится.

Лионель Савиньяк: Леонид выслушал пожилую пару очень внимательно, кивнул, когда они замолчали. - Спасибо, вы очень помогли, - сказал он, - Письменно согласитесь подтвердить свой рассказ, если понадобится?

Марианна: - И подтвержу! - хозяин налил себе рюмку, - Только вот поможет ли это Маринке? Ведь ее с умыслом могли подставить. А кто ей еще поможет, кроме матери? Тут у Савина зазвонил телефон. Сослуживец сообщил, что арестантка Копылова умоляет о встрече со следователем, но не как следователя, а как свидетеля. И сразу поинтересовался. - Свидетелем чего, Савин?

Лионель Савиньяк: - Этим вы поможете следствию, - объяснил Леонид, а когда у него зазвонил мобильный, извинился и вышел в холодный коридорчик, чтобы там ответить на звонок. - Я скоро приеду, на месте расскажу, - сказал капитан сослуживцу, - Дело об убийстве Копылова ты ведешь? - спросил он.

Марианна: - Конечно-конечно, - быстро проговорила перепуганная хозяйка. В коридорчике, в трубке был ответ. - Да, и все складывается не в пользу барышни. Свидетели есть? На месте еще не всех опросили. Ты вообще где?

Лионель Савиньяк: - Я скоро буду, - повторил Леонид и, не отвечая на вопросы коллеги, задал самый важный сейчас вопрос, - Послушай, раз ты этим делом занимаешься, а я буду проходить свидетелем, может, скажешь, в котором часу была засвидетельствована смерть Копылова?

Марианна: - Около десяти, ну, если быть точным, то в девять-сорок пять, - пришел ответ, - Да что ты спрашиваешь? Езжай быстрее, скоро дадут отчет о его умерщвлении. Копылову уже допросили - она все отрицает.

Лионель Савиньяк: - Еду, - ответил Савин и нажал отбой, а потом вздохнул. Все и правда складывалось очень скверно, учитывая время смерти Константина. И показания свидетелей скорее навредят Марине, чем помогут... Ведь машину оба соседа слышали рано утром, а также слышали и как она уехала. Марина приехала много позже, и убит ее муж тоже был гораздо позже... Что ж, осталось еще узнать каким способом был убит Копылов. В любом случае, нужно было ехать и разбираться на месте. Савин еще раз поблагодарил пенсионеров за помощь и отправился в управление... Его сотрудник, Илья Аригин, был парень глуповатый, но не злой и не слишком принципиальный. Савин расчитывал договориться с ним о подписке о невыезде для Марины, а если что, и надавить. Аригин храбрецом не был, за место свое держался, а грешки на службе за ним водились. В любом случае, Леонид собирался забрать Марину из предвариловки, договорившись с Аригиным тем или иным способом.

Марианна: Марина сидела на низенькой скамье обняв руками колени. Дрожь прекратилась уже давно, а вот состояние потерянности не проходило и она решительно не понимала, как себя вести. Сначала Копылову допрашивали, вернее сначала она приехала домой, потом кровь, пустые глаза Кости и ее собственный сдавленный крик, потом милиция, соседи, их перепуганные и заодно любопытные и злорадные лица, потом ее взяли под руки и вывели. Марина говорила какую-то чушь "Не виноватая я!". Потом допрос "Где были с такого-то времени по такое-то? В каких отношениях с убитым?..." бесконечно много пустых, уже для нее самой ничего не значащих вопросов..она ведь даже ни словом не упомянула, что провела ночь с Лёней, только сказала, что он сможет ее оправдать..или спасти, неважно... Теперь она ждала неизвестно чего в будущем. Ждала появления капитана Савина.

Лионель Савиньяк: Савин в это время уже находился в кабинете у Аригина. Он справился довольно быстро. После ряда четких и крайне убедительных доводов Леонид получил от него нужную бумажку для вызволения Марины под подписку о невыезде и возможность посмотреть дело, распутывать которое теперь нужно будет ему самому... Савин внимательно читал материал. Если он сам не найдет настоящих убийц, Марина отправится обратно в тюрьму и пойдет под суд. Зафиксированное время смерти Константина было крайне... неудачным. Леонид уже ушел на работу, оставив Марине ключ, сама Марина по показаниям соседей, похоже, уже была в поселке на тот момент. Что ж... Можно попробовать оттолкнуться от способа убийства, провести следственный эксперимент. Савин объяснил все это Аригину, отдавая дело обратно и пообещав, что приведет ему настоящих убийц, а также снова намекнув, что "расположение звезд на погонах" в управлении в данный момент складывается не в пользу его имеющихся служебных "грешков". Через некоторое время Леонид уже стоял у ворот на выходе из СИЗО, из которых должна была выйти отпущенная под подписку Марина.

Марианна: Дверь открылась и Марина неуверенной походкой вышла на лестницу. Конечно, ей сказали, почему выпускают, но под чье ходатайство - еще нет. Она оглянулась по сторонам обреченным взглядом - куда ей ехать? Что будет дальше? И тут же, увидев капитана Савина, она, едва удерживаясь на высоких шпильках (так ведь и не переоделась даже побывав дома), стала спускаться к нему с протянутой рукой. - Лёня! Лёнечка!

Лионель Савиньяк: Бедняжка была совсем перепугана и измучена. Леонид кинулся Марине навстречу, обнял ее, а потом подхватил на руки, вглядываясь в ее бледное личико. - Все будет хорошо, милая, - пообещал он, унося ее подальше от ворот СИЗО.

Марианна: - Тебя же увидят! - встревожилась Марина. Но это не мешало ей покрепче обнять своего спасителя и спрятать лицо, уткнувшись в его плечо. - Мне больше не к кому обратиться за помощью! Лёня, это ужасно! Это даже нельзя описать словами! Я не знала, я не могла! - у нее начал срываться голос, истерика пробивалась наружу от пережитого нервного стресса, - Лёня, он мертв! Мой муж! Костя мертвый!

Лионель Савиньяк: - Успокойся, - пронеся Марину к автобусной остановке, Леонид осторожно поставил ее на землю и прижимая ее к себе одной рукой, другой стал ловить машину, - Я все знаю, - сказал он, - Ты не отвечала на мобильный, и тогда я поехал к тебе, увидел опечатанный дом и опросил соседей. Так что про Костю я знаю. И дело твое видел у Аригина. Какая-то "тачка" остановилась, и Леонид усадил Марину на заднее сиденье рядом с собой, снова обнял ее. - Сейчас приедем ко мне, и ты мне все расскажешь, - утешающе сказал он ей, - Я уверен, мы во всем разберемся.

Марианна: Марина только молча уткнулась лбом ему в плечо. Боже мой...Неужели это и было исполнением ее мечты? Неужели она достигла этого счастья и Лёня поможет, распутает ее клубок и выведет на свет? От уверенности в его голосе женщине хотелось раз и навсегда забыть об утренних событиях и о том, что она теперь - вдова. Хотя разве об этом забудешь? Лёня не видел сейчас ее глаз, она смотрела в несуществующую точку, взгляд застыл. Мелькающие огни в окне машины, мерное гудение и теплые объятия дорогого ей мужчины убаюкивали. Она не хотела говорить ему, что натворила...

Лионель Савиньяк: В машине Леонид лишь обнимал притихшую Марину, прижимая ее к себе и прислоняясь лицом к ее макушке, вдыхая аромат ее волос. Когда они вошли в прихожую его "однушки", капитан снял с Марины куртку и присел перед ней, чтобы стянуть сапоги с ее ножек и надеть на них мягкие тапочки, а потом повел ее на кухню, где не выпуская ее из объятий посадил к себе на колени, придерживая одной рукой, а другой включив чайник. - Милая, - сказал он, снова прижимаясь лицом к ее волосам, - любовь моя...

Марианна: - Лёня, - прошептала Марина и вдруг разрыдалась, не справившись с напряжением, накопившимся за весь день, - Лёнечка! Родной, любимый! Что же я натворила! Я погубила нас, Лёня! Меня теперь посадят! Я буду сидеть в тюрьме, родной! Я не смогу видеть тебя! Ведь это я! Я убила его, Лёня! Слышишь?! Я!!!! - она вдруг вцепилась в отворот его рубашки, глядя обезумевшими глазами в его глаза, - Лёня, я должна была это сделать, понимаешь?! Должна!

Лионель Савиньяк: Щелкнул выключатель закипевшего чайника. Леонид осторожно убрал руки Марины со своего воротника и сжал их своими. - Ничего, - сказал он в контрасте с выкриком Марины спокойным и уверенным голосом, - Мы что-нибудь придумаем. Только расскажи мне все. Как все было. Он налил кипяток в чашку свободной рукой, бросил туда пакетик чая и поставил перед Мариной на стол, не спуская ее со своих колен.

Марианна: - Я знала, куда он пошел, когда сказала, что ухожу. Он оружие хранил только в одном месте и я знала, что живой из кухни уже не выйду. Поэтому я отошла за дверь и... когда он вошел опять, огрела его сковородой. Пистолет был у него. Лёня, я свернула полотенце и через него прострелила ему голову, пока он валялся на полу... - закончила Марина глядя на свои руки, - Потом я вытерла пистолет и бросила рядом с ним, вызвала милицию, - все это она говорила монотонно, будто самой себе, понимая, что теперь уж и деваться некуда. - Лёня...можно я пойду в душ? - тихо спросила она.

Лионель Савиньяк: Выслушав рассказ Марины Савин сжал губы так, что они превратились в тонкую линию и нахмурился. - А пистолет был снят с предохранителя, или ты сама это сделала? - спросил он, проигнорировав ее вопрос про душ.

Марианна: - Он уже был снят. Константин видимо уже все решил, - тихо ответила Марина. Я ничего не делала, кроме как нажала на курок. Потом отбросила пистолет... а после вытерла его полотенцем. Я очень испугалась, Лёня, - она подняла на него глаза и вздохнула.

Лионель Савиньяк: - Да... Брови Савина оставались нахмуренными, на лбу залегла складка. Ситуация сложилась очень скверно, и даже то, что Марина была уверена, что муж целенаправленно собирался ее убить и даже взвел затвор пистолета, идя на кухню, почти ничего не решало. Все говорило против его возлюбленной, включая свидетельства соседей и все действия ее самой. Леонид снова крепко обнял Марину, словно боясь потерять ее уже прямо сейчас. - Любимая, положение не из лучших, - сказал он, продолжая покачивать ее на своих коленях, - Даже если тебя возьмется защищать адвокат Кирилл Дорин, ты все равно получишь срок.

Марианна: - Меня посадят? - ахнула Марина и чуть не обмякла. Нет, она не потеряла бы сейчас сознание, но отчаяние будто легло огромным грузом на плечи. Она отвела взгляд от лица любимого. - Но почему?... Я должна была ждать, что бы меня убили?... Что я не так сделала, Лёня? Я не понимаю и не хочу понимать! Я не пойду в тюрьму только потому что осталась живой! - как загнанный в угол волчонок она попыталась сжаться в комок.

Лионель Савиньяк: - Я этого не допущу, - пообещал Леонид, обнимая Марину и прижимая ее к себе еще бережнее, - Хотя это будет очень непросто. Если действовать честным путем, ты точно окажешься за решеткой. Все твои действия указывают на преднамеренное убийство, и доказать обратное будет практически нереально. Константин тебя пальцем не тронул - следов борьбы нет ни в доме, ни на его или твоем теле. Я знаю, что ты спасала свою жизнь, но суд в это не поверит. Ведь ты могла убежать после того, как "вырубила" его, но ты взяла пистолет и застрелила, да еще и отпечатки стерла. Что в общем исключает состояние аффекта... Так что и этого не доказать. Свидетелей в доме не было... Леонид покачал головой. - Все это было очень неразумно, Марина.

Марианна: - Лёнечка, я не знала, как надо, я боялась! Я думала, что так лучше, - продолжала говорить Марина уже не стесняясь слез, которые катились по щекам одна за другой, - Я же не убийца! - она замолчала, поняв бессмысленность последней фразы. Она таки убийца, пусть и невольная. Чем ей поможет Лёня? Скроет? Оправдает? Он верит ей, но ведь он влюблен. Тем более, что одна преграда между ними ушла, но встала другая, более несговорчивая.

Лионель Савиньяк: - Я знаю... Тише... Я обещаю тебе - все будет хорошо. Савин укачивал Марину на руках, держа ее в объятиях. Потом посмотрел на нее, плачущую, с размазанной косметикой. - Пойдем вместе в душ, - предложил он.

Марианна: В ответ Марина лишь кивнула, безропотно подчиняясь теперь единственному человеку, который сможет удержать ее рядом с собой и который просто будет спасителем. Любимым. Она взяла его за руку и, шмыгая носом, собралась идти в душ.

Лионель Савиньяк: Марина встала и сжала его ладонь, но Савин снова подхватил свое заплаканное сокровище на руки, прижал к себе и понес в ванную. Там он включил теплую воду, чтобы настывшая ванна нагрелась, и стал раздевать Марину, присев перед ней на корточки, чтобы высвободить ее ножки из колготок с поехвашими "дорожками", как перед маленькой.

Марианна: Марина послушно давала себя раздеть. Это был трогательный момент, когда она даже не думала делать что-то иначе, как полностью покориться и довериться. Колготки являли собой плачевное зрелище, равно как и испачканная известкой короткая юбка, у молнии вдобавок отломался "бегунок". Легкий "гольф" тоже был слегка измят и со следами губной помады - когда Марина плакала в камере, она пыталась вытереться рукой и вдобавок испачкала одежду. Волосы почти полностью закрывали лицо. Когда дошла очередь до белья, Марина слегка задрожала, дыхание участилось.

Лионель Савиньяк: Леонид осторожно стянул с Марины колготки и юбку, поцеловал синяк на лодыжке и ссадину на коленке, как у маленькой девочки, набегавшейся во дворе, а не недавно застрелившей своего мужа женщины. Перемазанный помадой гольф также лег, скомканный, на край стиральной машинки, занимавшей часть ванной комнаты. Леонид встал и провел ладонями по дрожащему телу Марины, пока покорно стоящей перед ним в нижнем белье. Потом он расстегнул на ней лифчик, стянул с нее трусики и, снова подхватив на руки, поставил в ванну, уже нагревшуюся от теплой воды. После чего он стал быстро раздеваться сам, не в силах оторвать от Марины взгляд.

Марианна: А Марина смотрела на него и дрожала...дрожала от едва скрываемого возбуждения. "Да, милый, да!" - можно было прочитать в ее глазах, она безумно хотела его. Такого сильного, уверенного во всем и такого... страстного. О, как безошибочно чутье женщины, когда она знает, что может сотворить с мужчиной. Ее покорность может показаться ловушкой, а податливость - провокацией. Но здесь Марина и сама вдруг страстно захотела этого! Глядя, как быстро капитан быстро избавляется от одежды, она прислонилась к кафельной стенке ванной комнаты и томно вздохнула, быстро облизнув губы. - Лёня... - позвала она, быстро убирая волосы, что черными полосами налипли на грудь, позволив воде свободно обтекать округлые формы.

Лионель Савиньяк: Леонид оказался рядом со стоящей под душем Мариной едва ли не быстрее, чем она позвала его. Сейчас она уже не выглядела такой измученной, как сначала, когда он внес ее в квартиру, но все-таки о сильном нервном стрессе после убийства мужа и ночи в СИЗО нельзя было забывать. Савин обнял Марину бережно, прижал к себе ее податливое тело. Его руки ласкали ее так же, как теплые струи воды, бегущие по ее спине и ногам.

Марианна: Марина прижалась к нему, ощущая, как теплая вода течет, сбегает струйками между их телами, как его кожа пахнет, как местами пошла цыпками, когда она дышала на его грудь. Сейчас в голове стучала только одна мысль "Не оставляй, не бросай" Под влиянием этого женщина прижималась все сильнее, желая слиться с мужчиной в одной целое, лишь бы больше не уходить. Просто дыхание сменилось скоро короткими поцелуями, она благодарила его за помощь, участие, присутствие...

Лионель Савиньяк: Леонид поцеловал прижимающуюся к нему девушку в губы, чувствуя на своем лице струи бегущей воды. А потом все-таки отстранился, улыбнулся ей и выдавил на мягкую мочалку, некогда купленную специально для регулярно остававшейся у него ночевать Марины, немного цветочного геля для душа, приобретенного для нее же. Потом он осторожно провел мочалкой по спине девушки, плечам, шее, оставляя на ее теле следы ароматной пены, которые тут же смывались водой из душа. Обвел намыленной мочалкой грудь, замер, рассматривая ее, а потом приник губами к темному твердому соску.

Марианна: - Аххх... - непроизвольно вырвалось из губ Марины, а спина выгнулась дугой, подставляясь под струи воды и его губы, по всей коже будто ток пробежал и она глубоко вздохнула обнимая руками его голову, чтобы прижать к себе покрепче! Как бы хотелось навсегда околдовать его! Привязать к себе! Какое тут убийство! Она просто избавилась от этого плена, чтобы проторить ему дорожку... Вода стала теплее, наверно она задела переключатель. Запустив пальцы в его потемневшие от влаги волосы она чувствовала его собственный жар.

Лионель Савиньяк: Леонид целовал изогнутую шею, грудь, чувствуя теплую воду на своих губах вперемешку с запахом кожи и мокрых волос Марины, теплом ее тела. Сейчас он уже ни о чем не мог думать, все проблемы ушли в сторону, осталась только она, его возлюбленная женщина. Он сунул руку между ног Марины, придерживая ее другой за талию, гладя спинку, снова ворвался поцелуем в ее губы.

Марианна: Марина прильнула к нему, уже зная, что между ними никаких загадок не будут, и преград - тоже. Чуть отставив ногу в сторону, она поставила ее на бордюр ванной, в ответ скользнув рукой к мужскому паху. Поцелуй не прерывался, лишь тонкий всхлип из губ разомлевшей женщины и прерывистое дыхание.

Лионель Савиньяк: Леонид провел рукой по влажному бедру Марины, тронул пальцами под коленкой, обвел его внутреннюю сторону, двигаясь к самому сокровенному, сам невольно двинув бедрами навстречу руке возлюбленной. Ласки и поцелуй продлились еще немного, и вот он уже прижал Марину к скользкой стене ванной, подхватывая ее руками под бедра, сжимая нежные ягодицы и осторожно входя в нее. Не смотря на туманящее мозг безумное возбуждение и желание как можно быстрее и жестче удовлетворить его, Савин собирался сейчас быть с Мариной бережным.

Марианна: Марина обвила его ногами, целуя такие родные и желанные губы, всем естеством принимая плоть. - Давай же..милый, - шептала она, сама делая попытки сделать соитие более приятным, приподымаясь и двигая тазом, упершись затылком о кафельную стенку, - Я так хочу тебя... Владей мной! - видеть его так близко, чувствовать запах, трогать, принимать и любить, любить и еще раз любить! Марина сейчас готова была на все!

Лионель Савиньяк: На все слова Марины Савин отвечал поцелуями. Он ловил вздохи и шепот возлюбленной своими губами, наслаждался прикосновениями и ласками ее нежных ладоней, объятиями ее прохладных рук. Леонид двигался в ней медленно и осторожно, удерживая ее бедра навесу, но в какой-то момент начал наращивать темп, жестче целуя раскрытые навстречу губы любимой.

Марианна: Боже, как ей это нравилось! Он дает ей именно то, что нужно - страсть! Покрепче обхватив ногами его торс Марина шепчет, целует, кусает его губы и шею. - - Да, Да! Любимый, да! - от блаженства закрываются глаза, напрягаются мышцы живота, она уже собой не владеет и подставляется ударам любимого, вздрагивая всем телом.

Лионель Савиньяк: Струи воды из душа текли по лицу и телу, словно райский дождь. Именно там и находился Леонид, когда Марина, обвивая его ножками, забилась в судорогах оргазма. В этот момент она была восхитительна. Савин вновь поймал губами ее губы, ловя ее вскрики и выдохи, а затем закрыл глаза, крепче прижимая к себе любимую и уже не контролируя себя. Несколько глубоких фрикций, и он кончил, прижался к ее щеке своей, тяжело дыша и не выпуская Марину из рук.

Марианна: Два сердца бились почти в унисон, быстро, сильными толчками перекачивая кровь. Марина поцеловала любимого, не торопясь отпускать. Она мечтала об этой хватке, об этом крепком объятии, об этом неистовом соитии и о нем самом, о его любви... - Лёня...Лёнечка, - шептала она сцеловывая воду с его щеки, - Любимый... Ты только мой, слышишь? Мой...

Лионель Савиньяк: Леонид еще несколько мгновений не выпускал Марину из объятий, сильно прижимая ее к себе, и не выходя из нее. Вода из душа теплым дождиком текла по спине. Было так хорошо... из приятного дурамана и оцепенения не хотелось возвращаться в реалность. Марина целовала его лицо, шептала слова любви, и Савин растворялся в них, и в ней, не открывая глаз. Но все-таки "возвращаться" было надо. Леонид поцеловал Марину в губы нежно и долго, потом осторожно поставил ее на дно ванной и выключил воду. Затем он заботливо набросил на ее плечи одно из некогда специально купленных для возлюбленной персиковых полотенец и перебрался через бортик, быстро вытерся сам и натянул джинсы, а потом взял Марину на руки, вынув ее из ванной.

Марианна: - Лёня, мы спать? - томно спросила Марина, обвивая его шею руками. Вот так бы всю жизнь. На руках у него и вдыхать его запах. - Знаешь, я уже почти не боюсь. Но я так устала, милый. И так счастлива, что я с тобой. Все что ни случилось, будет к лучшему. Теперь я уже полностью принадлежу только тебе и доверяю, что ты спасешь меня...и нас тоже, - пробормотала она уже засыпая. Головка мягко опустилась на его плечо и Марина затихла, проваливаясь в мягкий и обволакивающий счастливый сон.

Лионель Савиньяк: - Да, любовь моя, - Леонид прижал к себе Марину и отнес на руках в комнату, чтобы уложить в свою постель, - Теперь нужно поспать. Он усадил сонную девушку в кресло, разложил и застелил чистым бельем диван, а потом, уютно устроил ее под одеялом. Затем Савин задернул шторы, захватил пачку сигарет, мобильник, и вышел на кухню, плотно закрыв за собой дверь. Он звонил и разговаривал с кем-то почти до самого утра, называл фамилии, звания, хмурился, курил в открытую форточку, пил крепкий и сладкий чай. Это продолжалось долго, и под утро капитан уснул прямо на кухонном столе, уложив голову на руки.

Марианна: Марина сладко проспала до самого утра и даже не спешила подниматься, желая, чтобы этот сон не кончался никогда. Она теперь здесь, и никуда не уйдет. Лучше уж в окно выпрыгнуть, чем остаться без его объятий и ласкового, уверенного взгляда. То, что любимого рядом не оказалось все же встревожило. Постель рядом была не тронута, она проспала всю ночь одна? А где же капитан? Марина поднялась, кутаясь в свой уже родной персиковый халат и пошлепала босыми ногами на кухню. Увиденное зрелище тронуло ее до глубины души. Любимый спал, облокотившись на стол. Что он делал здесь всю ночь? Уже не важно. Она подошла к нему и села напротив, тоже уложив лицо на руки, облокотившись подбородком, долго смотрела на него, улыбаясь. Затем включила плиту, поставив чайник. Встала со спины и обняла его за плечи, опустилась к уху и поцеловала. - Лёня...доброе утро...

Лионель Савиньяк: Леонид проснулся от нежных объятий и ласкового голоса любимой, и хотя в неудобном положении во сне у него затекло все тело, Марина сделала его пробуждение приятным. - Мариночка... Он потянулся, растирая спину, а затем оттолкнул на столе подальше пепельницу, полную окурков. - Что-то я не заметил вчера, как уснул. Сейчас пойду умоюсь, и поговорим. Мне удалось ночью кое-что решить... Леонид поднялся, поцеловал Марину в макушку и ушел в ванную.

Марианна: Марина встревожилась и ставила на стол чашки для кофе. Почему-то именно сейчас стало страшно. - Лёня... - она будто не ему говорила, когда сняла чайник с плиты, - Я никуда отсюда не уеду, слышишь?.. Я лучше из окна выпрыгну, но не уеду! Только бы ей не пришлось уходить себя из дома! Господи, да она влюблена по самые уши! Она боится его потерять и готова какую угодно сказать чушь, лишь бы остаться.

Лионель Савиньяк: - А я тебя никуда и не отпущу, - пообещал Савин, когда вернулся из ванной, где наскоро умылся и почистил зубы. Он подошел сзади и обнял Марину, прижал ее к себе, на всякий случай отнял из ее рук горячий чайник и после этого поцеловал свою возлюбленную в губы.

Марианна: - Ты не понимаешь, милый, - Марина задрожала, оказавшись в его руках, - Я больше никому не дамся, понимаешь? Никому. Я в окно прыгну, но не поеду больше туда. Там клетка. Ты оттуда меня уже не вытащишь. Только здесь и только сейчас. Лучше бы ты судил меня, а не кто-то другой. Я была бы только твоей узницей, но не там! - она шептала это сквозь поцелуй.

Лионель Савиньяк: - Туда тебе ехать не надо, - сказал Леонид, садясь на табурет и усаживая Марину к себе на колени, - Я твой вопрос решил ночью, но нужны деньги. Людей выкупают и прямо с зоны, после суда, но до этого не дойдет. Только... Нам нужно съездить к твоей матери. Ты сделаешь на нее доверенность на все, что осталось тебе после Константина - так будет проще. У тебя с мужем был брачный контракт? Или нет?

Марианна: Марина нахмурилась, обняв Лёню за плечи. - Нет. Контракта не было. Все было так спонтанно и ни я, ни он не думали тогда об этом, когда расписывались. Это плохо? ... И ты уверен, что после моего ареста у меня что-то осталось?... Конечно, к маме поехать мы сможем. Ума не приложу, как ей все объяснить, - она уткнулась лбом ему в плечо.

Лионель Савиньяк: - Это хорошо, - Савин кивнул, выслушав Марину, и приобнял ее, прижал к себе. - Да, ты имеешь право на половину имущества Константина, только сама не можешь распоряжаться им, потому что ты под подозрением. Но доверенность написать на мать ты можешь. Так что нужно к ней ехать и решать этот вопрос поскорее. Тебя можно только выкупить, милая. Другого способа избежать тюрьмы нет. Вот только матери стоит ли говорить сейчас все? Может быть, не нужно ее пугать. Леонид погладил Марину по спинке.

Марианна: Марина затихла, по прежнему прижимаясь к его плечу и потом только проговорила. - Ленечка... я тебя очень люблю. И я тебе верю. Она выпрямилась, видимо принимая важное для себя решение. - Мы поедем к моей маме и я скажу, что я пока под подозрением. Тебя можно представить, как следователя, который мое дело и ведет, чтобы она не волновалась так. Я напишу доверенность и остаюсь полной бесприданницей, - тут она грустно улыбнулась, запуская пальцы в свои волосы.

Лионель Савиньяк: - Да, так будет лучше всего, - кивнул Леонид, а потом посмотрел на Марину, которая выглядела растерянной и испуганной. - Не бойся, - добавил он, - Это решение не только верное, но и вообще единственное из всех возможных. Нужно выкупить твою свободу. Сейчас это самое главное. А потом, если... когда все получится, - решительно сказал Савин, - может быть ты согласишься остаться со мной и жить здесь? Я понимаю, что ты привыкла к другому, но... боюсь, что кроме этой старой однушки мне нечего тебе предложить. Леонид затаил дыхание в ожидании ответа от Марины. Неужели его давняя мечта сбывалась - хотя и при таких диких обстоятельствах?

Марианна: Марина посмотрела в его глаза. Нет, ее Костя не мог сравнится с Леней. Костя был каким-то странным в проявлении любви и пытался задабривать ее подарками, а сам безбожно ревновал без повода, хотя вынужден был брать жену по всяким мероприятиям, а потом и пенял ей за откровенные наряды и улыбки направо-налево. Создавалось впечатление, что она - ширма для него, эталон качества. А Лёня... Лёня тот самый рыцарь, который вытаскивает ее из болота, нежданный спаситель, любовник, друг и ...возможный покровитель. О гламурной жизни можно забыть, но стоит ли жалеть? Она блистает, но каково мужчине, который боится ее потерять? Марина положила голову ему на плечо. - Если мы выкупим мою свободу, то я останусь здесь, с тобой. Но, Лёнечка, связь со мной не повредит ли твоей работе? Где угодно могут возникнуть сплетни за спиной, что ты сам участвовал во всей этой афере, чтобы выкупить любовницу, это грозит твоей карьере. Вполне может быть, что нам придется потом уехать отсюда. Она поглаживала его плечи. Он сильный, умный, все сделает, но и она должна чуть-чуть соображать, чем грозит ей и ему такой поворот дела.

Лионель Савиньяк: Леонид погладил Марину по голове. - Не я первый, не я последний, - усмехнулся он, - Если что-то и могло бы мне повредить, то точно не это. На нашей "кухне" такие дела время от времени случаются и считаются почти в порядке нормы. Не бойся, милая, - Савин снова прижал Марину к себе, - ничего не бойся. Леонид поцеловал возлюбленную в макушку и подвинул ей телефон. - Позвони матери, договорись с ней, - сказал он, пересаживая Марину на другой табурет и вставая, чтобы открыть форточку на кухне, - А я пока покурю.

Марианна: Марина послушно кивнула и глубоко вздохнула, собираясь с духом. А собраться надо было непременно, неизвестно, как мать отреагирует на весть о вдовстве дочери и криминальной ответственности. Она взяла мобильный, белый, совсем новый... Он достался ей ценой хорошей затрещины месяц назад, иногда Марине казалось, что он и сам пульсирует, как и ее щека тогда. Еще раз вздохнув, она набрала нужный номер и вполголоса стала разговаривать. Естественно, она не сразу сказала, что произошло. Из разговора было понятно, как нелегко Марине было рассказывать о случившемся. Единственное, чем она попыталась успокоить маму, так это то, что она под покровительством человека, который займется ее делом и что она не в тюрьме. Разговор длился долго. Мама плакала. за ней стала плакать и Марина, уговаривая старушку ее дождаться, чтобы подписать бумаги и не волновать себя. Когда разговор закончился, она повернулся к Лёне. - Нам нужно ехать уже завтра. Я боюсь за маму. Если она меня не увидит в ближайшее время, то решит, что я нарочно ее обманываю, чтобы она не волновалась, и сижу в тюрьме...

Лионель Савиньяк: Когда Марина закончила разговор с матерью, Леонид затянулся последней порцией горького сигаретного дыма и затушил окурок в пепельнице. - Поехали сегодня, - сказал он, оборачиваясь, - ведь у меня выходной. Чем быстрее удастся все уладить, тем лучше... Давай завтракать и собираться, - предложил Савин, - Кофе готов?

Марианна: - Ой, кофе! - вскочила с места перепуганная Марина и кинулась к плите, обжигаясь о горячую ручку, - Сейчас выкипит! Схватившись обожженными пальцами за мочку уха, она зацокала языком. - Сегодня? Ах да, уже ведь сегодня, а не завтра. Ты прав, Лёня... А тебя как представить маме? Друг или.. муж?

Лионель Савиньяк: - Будущий, - улыбнулся Леонид, - Если только ты и правда согласна выйти за меня замуж. Он взял у кухонной раковины тряпку, чтобы поймать потеки кофе на плиту, но благодаря вмешательству Марины "аварии" не случилось. - Осторожно, милая... Савин взял руки Марины в свои и поцеловал обожженный пальчик. - Ну и ты ведь собиралась сказать матери, что я следователь, который ведет твое дело, - добавил он, водружая на место кофеварки на плите сковородку для будущей яичницы с ветчиной, - Так что, думаю, я смогу убедить ее в том, что все не так страшно, чтобы она не волновалась. Капитан привычно быстро приготовил завтрак, пока его возлюбленная разливала кофе по чашкам.

Марианна: - Тогда сейчас не следует ей говорить о нашей связи, иначе она расценит мое поведение более чем легкомысленное или даже продажное, - Марина насыпала сахар в кофе и поглядела в окно, - Оставим все, как есть. Ты - следователь, я - подозреваемая. Как это похоже на женский роман, ты не находишь? Будет время и я с удовольствием вспомню эти моменты... И вопреки всем законам жанра я могу сейчас сама, краснея от смущения, сделать тебе предложение, чтобы ты женился на мне, - она села за стол, глядя на "шеф-повара".

Лионель Савиньяк: Савин тоже сел за стол и улыбнулся Марине. - Я счастлив его принять, - признался он, - Я никогда не надеялся, что ты захочешь стать моей женой. Хотя, это неправда, - он усмехнулся, - Конечно, я надеялся. Но уводить тебя у Константина было бы нечестно, потому что... ты же сама видишь, как я живу, - он передернул плечами и посмотрел на девушку, - Но я люблю тебя. Очень люблю и сделаю все для того, чтобы мы были вместе, и ты ни о чем не беспокоилась. Леонид накрыл руку Марины своей, потом взял ее и поднес к губам. - Поверь, так бывает не только в женских романах, - улыбнулся он.

Марианна: - Сейчас для тебя нет никаких преград, любимый, - Марина порозовела от удовольствия, - Мне до сих пор все это кажется сказкой, Лёня. Слишком все неправдоподобно, страшно и прекрасно. А сейчас... давай позавтракаем и поедем. Хоть мне и будет тяжело сейчас говорить с мамой, но чем быстрее, тем быстрее, правда? - она посмотрела в его глаза. Как странно - друг вдруг становится мужем...

Лионель Савиньяк: - Да, верно, - согласился Леонид, и уже довольно скоро они собрались и вышли из дома, чтобы отправиться к матери Марины. Приятная пожилая женщина показалась Савину очень перепуганной, потому они с Мариной постарались прежде всего успокоить ее, хотя... Было видно, что теперь покойного мужа своей дочери она не любила, и волновалась только за Марину. Хотя, на капитана она тоже смотрела с недоверием, так ему показалось, но бедную старушку можно было понять. Вскоре были улажены все дела и у нотариуса. Савин посмотрел бумаги и покивал сам себе - денег должно было хватить. - Все будет хорошо, - снова сказал он обеим женщинам, когда они вышли из конторы. - Марина, останься сегодня с матерью, все равно мне завтра на работу, а тебе лучше не быть одной. Я приеду вечером, - пообещал Савин, - нужно будет еще кое-какие бумаги подписать.

Марианна: Марина кивнула и, обнявшая мать, стояла на пороге. Потом сказала, что позвонит кое-кому и отошла с капитаном за угол. Там порывисто обняла, чтобы поцеловать на прощение не на глазах у мамы, чтобы не волновать лишний раз. Целовала страстно и будто в последний раз, смакуя его теперь уже такие родные губы. - Милый, возвращайся поскорей, я ведь жду тебя, - провела она рукой по его щеке, - Ты мой мужчина, я твоя женщина...только вернись.

Лионель Савиньяк: Леонид обнял Марину, прижал к себе, отвечая на ее горячий поцелуй, перехватывая инициативу. - Не волнуйся, любовь моя, - в который раз уже сказал он, - Я все улажу. Савину удалось сделать так, чтобы Марина не попала в тюрьму, но пришлось отдать практически все, на что она имела право после смерти мужа, включая и коттедж, где они жили с Константином, и его машину, и накопления. Несколько дней Марина пожила с матерью. Когда все окончательно было улажено, Савин пришел к любимой. - Это тебе, - сказал он прямо на пороге, доставая из-за полы куртки чайную розу на длинном стебле, - и это тоже, - Леонид протянул раскрытую ладонь, на которой лежала бархатная коробочка с кольцом в две зарплаты следака, - Давай подадим заявление прямо сегодня?

Марианна: Марина прикрыла ротик обеими ладонями, глядя на подарок, потом перевела взгляд на капитана и только кивнула, радостно ахнув. - Милый... Я согласна, - она даже не раскрыла коробочку, а только подставила кисть со свободным уже пальчиком. - Примеришь? И прямо сегодня?! - ахнула она, - Это невероятно! И так быстро! - похоже, что она не верила этому счастью.

Лионель Савиньяк: Леонид поцеловал руку Марины прежде, чем надеть на ее пальчик золотое кольцо, украшенное бриллиантом. Оно оказалось впору. - Тебе нравится? - спросил он, снова прижимая к губам маленькие пальчики возлюбленной.

Марианна: - Нравится, - проговорила Марина, глаза ее блестели от невольных слез радости. Она вдруг сильно обняла Савина и прижалась всем телом. - Но ты мне понравился первым! - шептала она.

Лионель Савиньяк: - А когда? В какой момент я тебе понравился? - спросил Леонид, обнимая любимую и крепко прижимая к себе. В его голосе просквозило неподдельное любопытство.

Марианна: - В тот самый, когда мы с тобой встретились. Может быть ты этого уже не помнишь, но я тогда впервые почувствовала, что могу довериться тебе не как к обычному служебному исполнителю, а как мужчине, рыцарю, - Марина покраснела, когда начала вспоминать, обнимая Савина, - На мне еще была эта ужасно пошлая маечка с розой, я была вся заплаканная, ужасно некрасивая и растерянная. Мне казалось, что на меня все в том коридоре смотрели, как на проститутку, а ты - нет. Ты оказался не таким, как все. Даже когда Коля приехал домой, все еще упрекал меня в том, что я вырядилась как шлюха, что я роняю его авторитет даже в вашей богадельне... А я стыдилась тогда, что ты меня такой увидел. Но и была благодарна. Я не ошиблась в тебе, милый, - шептала она на его ухо, - И я по праву остаюсь только с тобой... уже с той самой минуты.

Лионель Савиньяк: - Я тоже полюбил тебя в тот самый момент, когда увидел впервые, там, в управлении, - признался Леонид, - Сколько же времени мы потеряли зря... Но ничего, - он улыбнулся, - теперь ты моя и только моя. Савин поднял Марину на руки и закружил, словно собирался так и перейти за порог квартиры и нести любимую женщину к самому загсу.

Марианна: Марина звонко смеялась и обнимала Савина за шею. - Да хоть сейчас, милый! Сейчас же и подадим заявление! Я не хочу быть вдовой в такой прекрасный день, хочу быть твоей женой. В тапочках, халатике, с жареной картошкой! Но что бы ты был рядом, любовь моя.

Лионель Савиньяк: - Отлично! - обрадовался Леонид. - А на обратной дороге купим торт и шампанское. Он поцеловал любимую, отпуская ее с рук, чтобы она могла собраться.

Марианна: - Любое твое желание теперь закон, Марина смеялась. Действительно, почему бы тут же не поехать в свадебное путешествие или не гулять по городу всю ночь до утра? Или купить угощение для дома, а самим скрыться в неизвестном направлении! - Мы купим шампанское и торт, я измажу тебя всего этим тортом, а в шампанском искупаемся!

Лионель Савиньяк: - Тогда собирайся скорее, - улыбнулся Леонид, - Мечтаю быть измазанным. Заявление они подали быстро, в районном загсе Савина очереди не было. День свадьбы был назначен через два месяца. Потом они вернулись к капитану домой. На столе в комнате ждал торт, в холодильнике охлаждалось шампанское.

Марианна: Марина сразу же увлекла своего будущего супруга в ванную, чтобы собственноручно вымыть его, густо и щедро намыливая мочалкой, ласкать влажными пальцами кожу и целовать, целовать и еще раз целовать... Незаметно она оказалась рядом с ним под душем и повторилась восхитительная феерия чувств от слияния тел под горячими струями воды.

Лионель Савиньяк: Расслабиться в теплой воде после холода улицы было приятно, тем более, если рядом находится похожая на русалку с длинными мокрыми волосами возлюбленная. Леонид подхватил на руки Марину как в прошлый раз, прижимая спиной к стене - так в его маленькой тесной ванне было удобнее всего, тем более сейчас льющийся на них горячий душ казался ему райским водопадом...

Марианна: Секс, смешанный с пеной, теплым водопадом и запахом обоих возбужденных тел - был прекрасным коктейлем. Марина после него лежала с Лёней в уже остывающей воде и рисовала узоры на его груди пальцем, явно не строя планы на будущее.

Лионель Савиньяк: Леонид расслабленно лежал в ванной, любуясь своей возлюбленной, теперь уже невестой. Будет ли она с ним счастлива после всего, что произошло, примет ли его простой жизненный уклад? Савин очень надеялся на это. - Марина, - сказал он, пошевелившись в воде и ловя губами пальчик любимой в мыльной пене, - Ты хотела бы детей от меня?

Марианна: Марина приподняла брови. - Лёня, ты сам спросил? - она,будто удостоверяясь, приподнялась, что бы повнимательней его лицо разглядеть, - А сколько, милый? Мальчики или девочки? А может быть, как в сказке - четыре сыночка и лапочка-дочка? - она засмеялась, - Боже мой, дорогой, конечно. Я хочу дом с тобой, чтобы все время было слышно кого-то, ребенка...а может быть сразу двоих. Я так боюсь, но всегда мечтала о двойне! Говорят, что когда они подрастают и начинают ползать, то непременно в разные стороны, - тут она прыснула и спрятала лицо на груди Савина.

Лионель Савиньяк: Савин улыбнулся удивленному виду Марины. - Пусть будет двойня, - сказал он, - Я бы тоже хотел посмотреть, как они поползут, - он тоже фыркнул со смеху, когда Марина уткнулась ему в грудь, и прижал ее к себе крепче. - Ну что, пойдем пить шампанское? За то, что мы теперь вместе... и за наше будущее.

Марианна: - Конечно, милый, - расслабленно шепнула Марина, тайком погладив свой живот, не исключено, что о двойняшках она подумала не случайно. Интуиция подсказывала, что мечты уже воплощаются в реальность.

Лионель Савиньяк: Савин быстро вытерся, завернул любимую в пушистый персиковый халат и на руках вынес из ванной.

Марианна: Очень скоро капитан Савин и Марина поженились. Свадьба была небогатой, зато веселой и душевной. Марина чувствовала необыкновенное облегчение и покой, когда стала женой Лёни и скоро сообщила ему трепетную новость. Близость перед свадьбой не прошла бесследно - она забеременела и родила для дорогого сердцу мужчине двух малышей, которые со временем действительно могли исследовать этот тесный и полный любви мир, расползаясь в разные стороны



полная версия страницы